Правда о Порт-Артуре. Часть II
Шрифт:
Вс видли эту борьбу, вс понимали — что переживаетъ Стессель, и спшили, спшили за нимъ, едва поспвая.
Герой въ душ — переживалъ страшную душевную бурю и, какъ воли сильной человкъ, ршилъ отказаться во имя человколюбія отъ отважнаго, свойственнаго его природ выступленія на форту.
Онъ приносилъ себя въ жертву и почти уже бгомъ удалялся.
Генералъ Смирновъ, не понимая — что творится въ душ генералъ-адъютанта, предложилъ ему пройти на лит. Б, откуда отлично видна вновь выведенная на фортъ траншея.
— Чего я тамъ не видлъ? Траншея, такъ траншея. Даромъ огонь только привлечемъ — былъ отвтъ.
Генералъ Смирновъ не понималъ Стесселя. Они говорили и думали на разныхъ языкахъ.
День уже былъ.
Загремли орудія, участился ружейный огонь, завыли бомбы, запли пули, загромыхали взрывы.
Картина осады и обороны во всей крас.
На слдующій день гарнизонъ и жители Артура читали нижеслдующій приказъ:
Октября, 9-го дня, 1904 года. Кр. Портъ-Артуръ.
№ 750
Вчерашняго числа на форту № 2 я нашелъ видъ людей отличный, видна заботливость ротныхъ командировъ и г.г. офицеровъ. Люди, при самой трудной боевой обстановк, имютъ видъ веселый, указывающій на полную вру въ своихъ начальниковъ и въ свои силы, а это очень важно. Благодарю коменданта форта молодца капитана Рзанова, г.г. ротныхъ командировъ и всхъ г.г. офицеровъ, а молодцамъ стрлкамъ, артиллеристамъ и саперамъ форта № 2 и Куропаткинскаго люнета сердечное спасибо. Видно, что молитвы наши достигаютъ престола Всевышняго, и Онъ, Отецъ нашъ, помогаетъ намъ не только отстаивать крпость, но и сохраняетъ во всхъ защитникахъ тотъ русскій, молодецкій, геройскій духъ, сокрушить который никому не удавалось.
Подлинное подписалъ: начальникъ Квантунскаго укрпленнаго раіона
генералъ-адъютантъ Стессель.
Съ подлиннымъ врно: начальникъ штаба
полковникъ Рейсъ.
Телефонограммы.
9 октября.
Копіи.
Ночью японцы энергично ведутъ окопы. Перестрлка. Наши тоже работаютъ.
Капитанъ Головань.
2 часа 4 м. ночи.
На восточномъ фронт ночь покойна. Бросаютъ бомбочки безъ вреда для насъ.
Полковникъ Покладъ.
3 часа 10 м. утра.
Непріятель энергично обстрливаетъ дорогу отъ перевязочнаго пункта въ штабъ отряда, что раньше не наблюдалось.
На лит. А разорвалось орудіе, вчера починенное.
Капитанъ Головань.
3 часа дня.
Японцы рдкимъ огнемъ обстрливали наши посты. Подвозилось много лсу. Баталіонъ производитъ ученіе (разсыпаніе въ цпь и маршировка).
Въ ночь съ 8-го на 9-ое 12-дюймовыя батареи — квадратъ 655 С и 594 Д обстрливали лит. Б, внутреннюю ограду у Плоскаго мыса. [34] Отвчали Стрлковая, Драконъ (и т. д.).
Въ 7 утра квадратъ 594 обстрливала городъ.
Съ 3 часовъ 11-дюймовыя орудія, квадраты 594 и 655, открыли огонь по форту 4 и Крестовой.
Къ перевалу Инчензы 200 японцевъ везли орудіе.
Лейтенантъ Ромашевъ.
Большая гора. 4 часа 5 м. дня.
34
Попаданіе въ 5-ый венерическій госпиталь; больные и доктора разбжались.
Телефонограммы.
9 октября.
Копіи.
Ночь на западномъ фронт прошла покойно, безъ перемнъ.
Капитанъ Романовскій.
9 час 40 м. утра.
На лвомъ фланг сухопутной обороны благополучно. Наблюдается ученіе эскадрона.
Укрпленіе позиціи безостановочно.
Полковникъ Ирманъ.
3 часа 10 м. дня.
9 октября.
"…Подступы японцевъ получаютъ особенное развитіе за эти дни впереди Куропаткинскаго люнета. У форта II никакихъ новыхъ почти нтъ, но зато стрлки съ капонира II видли, что изъ-подъ гласиса выносятъ камни — видимо, изъ минныхъ галлерей.
Въ нашихъ контръ-минахъ сегодня въ первый разъ услышанъ былъ подозрительный стукъ, однако я самъ долго прислушивался изъ обихъ галлерей, ноничегоне слышалъ; думаю, что это просто ошибка, вызванная невольнымъ движеніемъ кого-нибудь въ самомъ капонир. Тмъ не мене. я приказалъ минерамъ прислушиваться возможно чаще и возможно внимательне…"
Телефонограммы.
10 октября.
Копіи.
Ночь на восточномъ фронт прошла покойно. Всю ночь рдкая перестрлка.
Капитанъ Головань.
7 час. утра.
Ночью изрдка обстрливали 11-дюймовыми фортъ 3. Японцы ведутъ везд послднія параллели.
Съ форта 3 были спущены 4 шаровыя мины, три приняли нежелательное направленіе.
Капитанъ Головань.
9 час 20 мин. утра.
Съ утра сомредоточенный огонь. Обстрливаютъ Заредутную, Курганную и укрпленіе 2.
Одинъ изъ 11" снарядовъ попалъ на Курганную. Произошелъ взрывъ.
Капитанъ Головань.
4 часа 20 мин. дня.
На Дагушан прибавилось 6-ое орудіе.
По городу вечеромъ стрляла новая батарея. Замчено, что на смну въ окопы шелъ морской офицеръ и 15 матросовъ.
Лейтенантъ Ромашевъ. Большая гора.
11 час. вечера.
Телефонограммы.
10 октября.
Кoniu.
Ночь на передовыхъ позиціяхъ прошла покойно.
Капитанъ Романовскій.
9 час. 45 мин. утра.
Отдльныя групны бродили по деревнямъ въ равнин между Угловой и полуостровомъ.
Днемъ японцы разбирали русскій домикъ близъ деревни Даянтоуа и таскали доски.
Днемъ японцы рдкимъ ружейнымъ огнемъ обстрливали позиціи Соловьева и конные посты.
Капитанъ Романовскій.
6 час. 40 мин. вечера.
10 сентября.
"…До сихъ поръ японцы ничего не предпринимаютъ, дабы цликомъ завладть открытымъ капониромъ № 3, и положеніе тамъ самое оригинальное. Мы устроили окопъ, образовавши такимъ образомъ ретраншаментъ, и, помимо него, занимаемъ два отростка окоповъ. Въ концахъ отростковъ стоятъ наши часовые, не боле 15 шаговъ впереди у нашихъ обгорвшихъ блиндажей. За траверзами изъ мшковъ стоятъ японцы; изрдка наши бросаютъ къ японцамъ ручныя гранатки, но т пока не отвчаютъ; иногда переговариваются, при чемъ японцы ругаются. Положеніе наше тмъ боле странное, что нашъ ретраншаментъ по эту сторону вершины обстрла впередъ не иметъ.
При той близости, въ какой находятся теперь наши и японскіе окопы, неизбжна постоянная частая ружейная стрльба, при чемъ каждый старается высмотрть противника и пустить въ него пулю.
Наши солдатики прибгаютъ къ такому пріему: одинъ прикрпляетъ къ себ на спину колъ съ папахой на немъ и наброшенной шинелью и на четверенькахъ пробирается по транше,— японцы немедленно открываютъ огонь по движущемуся, обнаруживаютъ себя и даютъ возможность нашимъ воспользоваться этимъ и пристрлить одного-другого изъ непріятельскихъ стрлковъ.
Вообще духъ гарнизона не падаетъ; вдь русскому человку надо очутиться ужъ въ слишкомъ тсныхъ тискахъ, чтобы наконецъ начать энергично изъ нихъ выбиваться, а до этого онъ пальцемъ не шевельнетъ, чтобы отъ нихъ освободиться. Такъ и теперь — плохо приходится, мы не унываемъ, а наоборотъ, будто начинаемъ оживляться. А между тмъ тягость осады все замтне: наступаютъ холода, по ночамъ бываютъ уже чуть ли не заморозки, въ легкихъ блиндажахъ становится неуютно, а въ окопахъ и совсмъ-таки неважно; опасность отъ непріятельскихъ снарядовъ и пуль все больше; пища все скудне… а наши солдатики какъ будто и не замчаютъ, а наоборотъ, стали какъ будто веселе и оживленне…
Курица стоитъ 13 р., гусь 20 руб., яйцо 1 р. шт., фунтъ муки 1 р.; фунтъ конины 50 коп."…………
Сегодня покойный Сергй Александровичъ мягче относится къ нашимъ солдатикамъ.
Болитъ его инженерское сердце, что работы подвигаются медленно.
Оно вполн понятно.
Ему во что бы то ни стало хочется помшать работамъ противника, не дать ему возможности охватить траншеями форты.
Но работа ему въ утшеніе стала подвигаться быстрй.
Всякое проявленіе дятельности, сообразительности, удали — приводитъ его въ восхищеніе.
Будучи по природ человкомъ крайне дятельнымъ и энергичнымъ, онъ не выноситъ инертности и медлительности.