Чтение онлайн

— Ты их в руке подержал — оно и хватит.

А вот с небывалыми дело обстояло сложнее. Каждое такое желание Сергей Иванович (то есть Дед Мороз) обязан был внимательно изучить, представить, поверить в него — тогда оно исполнялось, несмотря на всю фантастичность.

Сергей Иванович прочитал на отобранном листочке: «Чтобы Оловянный Солдатик не сгорел. И нога у него выросла!». Положил листок на ладонь. Прикрыл другой. И представил себе блестящего оловянного солдатика на каминной полке. Обе его ноги были на месте, сапоги матово отсвечивали.

— Все, — сказал Сергей Иванович, и одна из охлей быстренько выхватила записочку из рук, поволокла в стопку «бывалых».

А кто-то из птёрков уже протягивал очередную записочку…

Ёлки в доме у сестры Морозов ждал с волнением, даже со страхом.

Бродил по дому, вздыхал, поглаживал отросшую окладистую бороду. Бродил до тех пор, пока случайно не оглянулся и не обнаружил, что за ним по дому, след в след, ходит вереница птёрков и охлей. Они растянулись длинной цепочкой и повторяли все его движения, вплоть до почесывания затылка.

— Это что еще за представление? — прогремел Сергей Иванович.

— Так это… мы волнуемся, переживаем, — объяснил Главный Птёрк.

— А что, у меня что-то может не получиться?

Бедный Дед Мороз аж присел от такой мысли.

— У тебя что-то может не получиться, только если ты захочешь, чтоб что-то не получилось. Понимаешь? Как скажешь, так и будет! Вот можешь захотеть — и мы уйдем…

Птёрк засопел от обиды, видимо, уже представил, как они все гордо уходят. Но Сергей Иванович и не собирался никого прогонять, он крепко задумался.

— Слушай, птёрк, а если я захочу, чтоб звезда на землю упала, тогда что? Мы все погибнем?

— Видите ли, любезный Сергей Иванович, — птёрк нацепил на нос невесть откуда взявшиеся очки и начал прохаживаться по полу с видом профессора, читающего лекцию: — Так вот, — продолжил он, — когда вы говорите «хочу звездочку с неба», вы же не представляете вслед за этим картину вселенской гибели, правда? Вы представляете, что у вас в ладошке что-то теплое и светится, правильно? Вот и сбудется то, что вы себе представляете!

— Послушай, а если я захочу, чтоб меня не было… Ну, чтоб не умел я желания исполнять?

Птёрк мгновенно стал серьезным, запрыгнул на спинку стула и погрозил Сергею Ивановичу кулаком.

— Ты это брось! Даже и не думай, понял!!! Думаешь, раз мы птёрки, то уже и не люди? Что с нами так можно? Как тебе только в голову пришло? Опять нам без работы сидеть? Ты есть, понял!!! Потому что ты — Дед Мороз. Давай, одевайся, тебя дети ждут…

Выступавший птёрк с усталым видом начал слезать со стула, а остальные засуетились и откуда-то притащили синий тулуп, расшитый серебром, валенки, посох и мешок.

Одежда показалась Сергею Ивановичу странной, но он не посмел обидеть птёрков после столь пламенной речи их вожака. Он покряхтел, влез в тулуп, потопал ногами в валенках, взял мешок…

— Посох не забудь, — затараторил птёрк, — иди спокойно, мешок под елку положи, не волнуйся, дыши глубже…

В этот момент в комнату заглянула Маша, она уже как раз собралась и искала мужа. Заглянула и всплеснула руками, замерев на пороге.

— Ну как, — спросил у нее Сергей Иванович, — дурацкий вид, да? Как я в таком виде по улице пойду?

Но Маша не согласилась, а кинулась ему на шею.

— Я всегда знала, что ты необыкновенный!

— Да ладно вам обниматься, — раздался снизу грозный голосок, — пошли уже, дети ждут!

Сергей Иванович не напрасно волновался: на улице на него все обращали внимание, дети смеялись, подбегали и спрашивали:

— А ты кто?

— Дед Мороз! — отвечала за мужа Маша.

Ей было весело. Постепенно развеселился и сам Сергей Иванович. В гостиную к племянникам он вошел с видом молодецким, даже задорным.

— А где тут хорошие, послушные дети? — прогрохотал он, едва дверь открылась.

За дверью оказалась Дуняша, прислуга сестры. Она растерялась и залепетала:

— Шубу вашу извольте…

— Не изволю! — пробасил Сергей Иванович. — Изволю видеть елку.

Так и прошел в валенках в гостиную. Там его появление произвело фурор.

— Дядя Сережа! Дядя Сережа! — старшие дети не поддались на маскарад и облепили Сергея Ивановича.

Младшие слегка испугались и прижались к маминым и няниным подолам.

— Я не дядя Сережа! — не сдавался Сергей Иванович. — Я Дедушка Мороз. А ну, кому подарки?

Этого говорить не стоило. Подарки понадобились всем и одновременно. Даже малыши, сперва испугавшиеся странного тулупа и посоха, завизжали и бросились к месту раздачи. Дядя Сережа мгновенно оказался парализован, и не то что подарки дарить — посох свой еле спас. Пришлось вмешаться Маше.

— Не все сразу, дети, — сказала она, — не все сразу. Первым подарок получит тот, кто… хорошо учится в школе.

Это несколько ослабило натиск. Не все гимназисты могли похвастаться отличными оценками. А малыши вообще обиделись.

— А я еще не учу-у-усь! — заревела пятилетняя Наташенька. — А подарок хочу-у-у!

Маша присела к безутешной девочке, погладила ее по голове и спросила:

— Но ты ведь будешь учиться?

Наташа закивала, как породистая лошадка.

— И на одни пятерки?

— А я уже все знаю! — вдруг сообщила Наташенька и бодро выпалила. — «Однаждывстуденуюзимнююпору яизлесувышел былсильный мороз».

— Здорово! — сказала Маша. — А теперь, пожалуйста, для всех.

Она подхватила будущую отличницу и установила ее на стул. На сей раз девочка продекламировала стишок с выражением и почти до конца.

Может, и до конца добралась бы, но ее перебил гимназист Ванечка.

— Эй! Другим тоже подарков хочется!

Упоминание о подарках вернуло Наташеньку с небес на землю. Вернее, со стула на пол, к подножию дяди Сережи.

— Молодец, — сказал тот, запуская руку в недра мешка, — вот тебе подарок.