Чтение онлайн

Влад поднял брови:

— И почему же?

— Он украл мои рукописи! — Тамара как-то жалобно всхлипнула. — Рукописи, которые я превратила в книгу и собиралась публиковать в ближайшее время. Во время Великой Отечественной войны в нашем городе произошла удивительная история. Из-за ревности одной женщины погибла целая подпольная организация. Я раскопала этот факт и стала работать над своим произведением. Моя работа длилась в течение пяти лет. Отец одобрил эту тематику и договорился с одной ленинградской редакцией, готовой взять на себя заботы по опубликованию моей полудокументальной повести. Пять лет я молчала, сжигаемая желанием поразить своих знакомых, коллег и друзей, показав им напечатанную книгу. Своим секретом я поделилась только с ним.

Шумелов с жалостью посмотрел на собеседницу, заранее зная, чем все кончилось.

— Ваш… мужчина просто стащил эту рукопись, — констатировал он.

— Именно так! — Крошина стукнула кулаком по столу. — У меня не было копий, я не оформляла авторские права. Поэтому, увидев ее в печати — под его фамилией, — я ничего не смогла сделать, — она грустно улыбнулась. — С тех пор я не пишу книги.

— Очень жаль!

Появившийся на сцене оркестр из трех музыкантов заиграл медленную музыку. Влад встал и протянул руку собеседнице:

— Пойдемте танцевать.

Она смутилась:

— Я так давно не танцевала…

Молодой человек продолжал мягко тянуть ее за собой:

— Что-то подсказывает мне: раньше вы делали это очень красиво.

Ее бледные щеки порозовели:

— Я занималась бальными танцами.

— Вот видите…

Дама рассмеялась:

— Что же я должна видеть?

— Что из нас получится прекрасный дуэт.

Она сдалась:

— Ну давайте попробуем, — и грациозно встала со стула.

Пара закружилась в танце.

— Вот видите, — повторил он, прижимаясь к ней.

Тамара слегка отодвинулась:

— Не надо, Влад.

— Почему? — Ему ужасно хотелось поторопить события, однако никакого сексуального влечения к ней он не испытывал. Хоть бы она не заметила! На его счастье, Крошина не уловила фальши в его поведении.

— Потому что вы не можете относиться ко мне иначе, не как к патрону в мире журналистики и литературы, — Тамара смахнула ниточку с его плеча. — Но, поверьте, это излишне. Вы безумно талантливы и сами всего добьетесь, без моей помощи, — она резко отстранила его и направилась к столику. — Думаю, наш вечер закончен. Спасибо за приглашение.

Он поплелся следом, напоминая своим видом побитую собаку:

— Я вас чем-то обидел?

Крошина взяла сумочку:

— Вы мне очень нравитесь, но я не хотела бы разочаровываться еще раз…

Итак, он ей не безразличен! Это придало ему уверенности.

— Но проводить вас все-таки можно?

Она взглянула на часы:

— Пожалуй.

Такси Влад поймал довольно быстро. Через десять минут они прибыли к дому Крошиной.

— Не смею спросить, могу ли я довести вас до квартиры, — парень слегка коснулся ее руки.

— Не надо, — ответила редактор, ласково улыбнувшись, и помахала ему на прощание.

Верный своему решению, Шумелов не отступил от поставленной им перед собою цели, продолжая ухаживать за Тамарой. Та, обладая немалым жизненным опытом, понимала, что может понадобиться от нее молодому красивому парню, но в глубине души надеялась: а вдруг это любовь? У них много общего, ему с ней интересно… Да и вообще, почему бы не попробовать? Ведь, в случае чего, можно и развестись, сколько они ни проживут вместе — все ее. В один прекрасный день «женская логика» победила, и она сдалась. Свадьбу назначила на конец мая. За день до торжества приехали родители Влада. Отец уже перевелся в Приреченск, надеясь остаться там: он любил этот город, где прошло его детство. Сын с ходу похвастался перед отцом своими успехами.

— Ты, смотрю, идешь в гору, — порадовался полковник.

— Стараюсь, папа, — он с гордостью посмотрел на отца, — как тебе невестка?

— По мне — лучше не придумаешь.

Влад самодовольно хмыкнул:

— Видишь, я усвоил твои уроки.

Полковник пригладил седеющий чуб:

— То есть ты ее не любишь?

— Ну что ты, папа!

На следующий день они расписались. Выходя замуж во второй раз, Тамара не надела белое платья и отказалась от пышного торжества в ресторане.

— Справим в моей квартире.

Народу они пригласили немного — только самых близких и хороших друзей. Родители невесты не почтили мероприятие своим вниманием: они посчитали такой союз недолгосрочным.

— Не огорчайся, — посоветовала мужу новоиспеченная супруга.

— В конце концов, они увидят, как ошибались, — констатировал он, окидывая взглядом приглашенных. Его внимание привлекла хорошенькая девушка, похожая на куклу. Огромные голубые глаза и светлые льняные волосы.

— Моя племянница, Ирочка, — представила ее Тамара.

— Очень приятно.

Уже несколько недель сохранявший верность одной женщине, не вызывавшей в нем влечения, парень буквально пожирал глазами свою хорошенькую новую родственницу, чувствуя: эта девица — тертый калач и уже давно не девственница. Она без зазрения совести окажет ему услугу. Стоит только намекнуть… Шумелов вдруг осознал: ему нравится ходить по лезвию ножа, он не сможет без этого жить, нуждаясь в постоянном притоке адреналина в крови. Чертовски интересно было бы изменить жене прямо на свадьбе! За столом он сидел рядом с девицей и временами сжимал ногу Ирины, призывно ей улыбаясь. Это возымело свое действие. Когда Влад вышел в маленький садик возле дома, объяснив свой уход желанием покурить, блондиночка ринулась следом за ним. Без всяких предисловий он схватил ее за руку и поволок в кусты сирени, где набросился на нее, как изголодавшийся тигр. Девушка не сопротивлялась. Утолив свой сексуальный голод, он встал, отряхнулся и направился обратно, ни слова не сказав случайной любовнице, что тоже немало его позабавило. Теперь Владу хотелось, чтобы жена что-то почувствовала, начала подозревать, снова вогнав его в желанное состояние риска и азарта, однако этого не случилось. Тамара поднялась навстречу супругу, нежно улыбаясь:

— Накурился?

Он посмотрел ей прямо в глаза:

— Передумал, дорогая. Жалко было отравлять табачным дымом такой свежий воздух! И вообще, надо бросать курить. Когда ты станешь матерью…

Женщина обомлела:

— Ты хочешь ребенка?!

— Больше жизни!

Она крепко обняла его:

— Я тоже. Пусть он будет похож на тебя!

«Вот уж этого не надо, — подумал лейтенант. Он терпеть не мог детей. — Возможно, как-нибудь обойдется».