Чтение онлайн

— Вот бы подслушать, о чем и с кем он треплется!

Но ему не повезло. Славик засунул телефон в карман и занял очередь на маршрутное такси. Скворцов включил аварийку, вышел из машины и, сделав вид, что он копошится в капоте, стал изучать лицо парня. На улице было тепло, даже жарко, однако щеки подозреваемого имели какой-то синюшный оттенок, в глазах его затаился страх, руки дрожали. «Эге, дружок, а совесть-то у тебя не в порядке», — подумал Константин, быстро закончив «ремонтные работы»: подошла нужная маршрутка, и Славик юркнул в салон. Оперативник поехал за ним. Микроавтобус петлял по самым узким улицам Приреченска, на одной высадив преследуемого. Парень снова достал мобилку, кому-то позвонил и уверенно направился в один из подъездов старого дома-хрущевки.

Скворцов последовал за ним. В этой пятиэтажке не было лифта, что позволило милиционеру с точностью определить номер квартиры, в которую зашел друг пропавшей девушки. Он спустился на первый этаж и стал изучать список жильцов. В квартире номер семь проживал некто Белов А. А. С чувством наполовину выполненного долга Константин вернулся к своей машине, приготовившись к длительному ожиданию. Но ждать слишком долго ему не пришлось.

Славик не провел в гостях и часа. Покинув своих знакомых, он по тому же маршруту отправился домой и в этот день уже никуда больше не выходил. В полночь Скворцов оставил пост.

— Парень, несомненно, отчего-то очень испуган, — с порога заявил он Кате. — Но имеет ли это отношение к делу? Я не знаю. Постараюсь взять отгул на следующей неделе.

Только сейчас он заметил красные пятна на щеках жены и следы недавних слез.

— Не надо, — тихо произнесла она. — Мне очень жаль, что я втравила тебя в это дело. Славик, похоже, не виноват… Кстати, что с твоей мобилкой?

Скворцов растерянно достал из кармана телефон:

— Черт, разрядился!

Зорина кивнула головой:

— Я звонила тебе полдня, как и твой друг Павел. Свяжись с ним, пожалуйста.

Он опустился на табуретку в прихожей:

— Что случилось?

— Пропала еще одна абитуриентка. После подачи документов ее никто не видел. Родители подали заявление.

Муж повернулся к двери:

— Я поехал!

— Я с тобой!

На этот раз Константин не стал ей возражать.

— Господи, что же с ней могло случиться?!

Эти причитания супруги Скворцовы услышали с порога. За столом Павла сидела измученная женщина средних лет.

— Это Сафонова Людмила Васильевна, — представил ее Киселев. — Пропала ее дочь, Алена. Причем так же, как и Аня Соболева. — Он повернулся к несчастной матери: — Это мои коллеги, оперативник Константин Скворцов и журналистка Екатерина Зорина. Давайте расскажем эту историю еще раз, специально для них.

Сафонова не возражала, однако не сумела вымолвить ни слова: ее душили рыдания. Павел сам начал излагать суть дела:

— Ее дочь, Сафонова Алена, семнадцати лет, вчера отправилась подавать документы в Приреченский государственный университет на экономический факультет и домой не вернулась. Мне удалось выяснить: документы девушка действительно подала, но потом как в воду канула.

— Вы обзвонили всех ее подруг и друзей? — спросила Катя.

Людмила Васильевна снова заплакала и стала сбивчиво рассказывать: разумеется, она обзвонила всех, хотя заранее знала их ответы. Алена не такая девушка, чтобы задержаться в гостях, не уведомив об этом маму, с которой она всегда хорошо ладила. Вот уже несколько лет, после гибели в автомобильной катастрофе отца Алены, у них не было никого ближе друг друга.

— Выходит, последние, кто ее видел, — члены приемной комиссии? — поинтересовался Константин.

Павел кивнул:

— Фотографии Алены у нас имеются.

Поняв, что сегодня женщину уже ни о чем не будут спрашивать, Катя подошла к ней и положила руки ей на плечи:

— Идите домой. Вы далеко живете? Если далеко, мы попросим, чтобы вас подвезли.

— Спасибо, — Сафонова тяжело поднялась со стула. — Хотела у вас остаться: вдруг вы что-нибудь узнаете, да и надежда еще не умерла… А если доченька моя домой позвонит? Не надо меня провожать, мой дом через дорогу. — Она посмотрела на оперативников, вложив в свой взгляд всю душу. — Миленькие мои, если она найдется… Прошу вас…

— Ну конечно, — Павел, поддерживая Людмилу Васильевну за локоть, вывел ее из кабинета. Вернувшись, он включил в розетку электрический чайник, спросил: — Какие предложения?

— С завтрашнего дня берем на прицел вуз, — отозвался Скворцов. — Расставляем повсюду наших, опрашиваем студентов и преподавателей, вывешиваем ее фотографию с просьбой откликнуться всех, кто видел девушку. Петя и Леня прошвырнутся по ее друзьям. Знаете, как бывает… Мать могла о многом не иметь представления.

Он взглянул на жену, которая неожиданно улыбнулась:

— Ребята, а ведь в этом деле я — незаменимая для вас помощница, что бы ты ни говорил, Костик!

— С чего ты взяла? — не понял ее супруг.

— Никто из вас не знает университет лучше меня, — отозвалась Зорина. — Я окончила это учебное заведение всего каких-нибудь четыре года тому назад, поэтому для меня его лабиринты — это родные пенаты, а преподаватели — почти что родственники.

— Слушай, а ведь она права! — восхищенно заметил Павел.

Журналистка фыркнула:

— Представляю себе физиономию шефа, когда я сообщу ему о своем участии в новом расследовании!

— А по-моему, главный редактор Пенкин в курсе, что ты давно уже — наш человек, — предположил Киселев, выключая закипевший чайник. — Чайку не желаете?

Катя взглянула на часы.

— Пожалуй, лучше кофейку, — рассмеялась она. — Ехать домой и ложиться спать бесполезно. Как ты считаешь, мой господин?

Скворцов кивнул:

— На сей раз я согласен с тобой целиком и полностью.

— Значит, завтракаем, — Киселев вытащил из пакета не съеденные за день бутерброды. — Какие есть соображения по новому делу?

— Сразу высвечиваются несколько версий, — откусив громадный кусок от бутерброда, пробормотал с набитым ртом Константин. — Это может быть работник университета, страдающий сексуальными отклонениями, абитуриент, студент или… какой-нибудь тип со стороны.