Чтение онлайн

Виталий кивнул и исчез. Ортега извлек из дорожной сумки небольшой лэптоп, удобно устроился в кресле и, набрав несколько команд, нажал «Ввод».

На экране возникло лицо, хорошо известное обитателям Тайного города. Комиссар Темного Двора был, как всегда, облачен в сногсшибательный светлый костюм и рубашку с бриллиантовыми запонками. На мгновение на заднем плане обозначился Кумар, приветливо махнул рукой и тут же исчез – значит, комиссар находился у «лас-вегасов».

– Здоровеньки були, пане Ортега, – поздоровался Сантьяга. – Ну, як там в «ненці Україні», все гаразд?

– Трудно сказать, – пожал плечами Гарсиа. – Судя по тому, что видел и слышал по дороге из аэропорта, прогресс наблюдается.

– А как Дарий? С ним все в порядке?

– Виталий как раз выясняет. Надеюсь, все нормально, на солнце он был недолго, да и крем для кожи оказался совсем неплох.

– Ты его береги, сам знаешь – для Захара он как сын.

– Не беспокойтесь, комиссар. Виталий за ним присмотрит, да и я в стороне не останусь.

– Хорошо. Теперь к делу. Когда у вас встреча с полковником?

Ортега бросил взгляд на часы:

– Примерно через полчаса. Здесь, в гостинице, как и договаривались. У меня в номере.

– «Жучки»?

– Нет, только что проверили. Во время беседы, на всякий случай, включим «глушилку» – доверие доверием, но перестраховаться не мешает. Тем более, что о Барабаше мы знаем только со слов Корнилова.

– Добро. А, Дарий, здравствуйте, как себя чувствуете?

– Сносно, – масан, как всегда, появился бесшумно и совершенно неожиданно. На нем по-прежнему были темные очки-консервы, а вместо плаща – нечто, напоминавшее рясу. – Это купальный халат, – пояснил он, поймав недоуменный взгляд Ортеги. – Кстати, очень удобный. Думаю прихватить с собой, мне он нравится.

– Дарий, что-нибудь уже есть? – Сантьяга доброжелательно взглянул на длинноволосого.

– Есть, – Дарий пододвинул второе кресло поближе к Ортеге и развалился в нем. – Когда объезжали площадь, заметил небольшую православную церковь.

– Преображенский собор, – вставил Гарсиа. – Раньше в нем располагался музей религии и атеизма.

– Так вот, – не обращая внимания на начальника, продолжил масан. – Когда мы проезжали мимо, в какой-то момент я уловил всплеск, причем настолько сильный, что у меня чуть голова не лопнула.

– Ну, это, в общем-то, объяснимо – ведь культовые сооружения во все времена и у всех народов как раз и старались возводить именно в местах концентрации Силы, – заметил Сантьяга.

– Я в курсе, – с некоторой обидой отозвался Дарий. – И неоднократно чувствовал эту самую Силу на собственной шкуре в разных точках земного шара. Здесь было что-то совсем иное, даже отдаленно не напоминавшее проявление обычной Силы. То есть, нормальная Сила здесь тоже присутствует, но в стабильном фоновом режиме, как у всех церквей. А это был всплеск чего-то совершенно отличного, только чего – пока не могу идентифицировать.

Неслышно появился Виталий, отвесил поклон Сантьяге и, разложившись на столе, принялся споро собирать какое-то устройство.

– Хорошо, – после непродолжительного молчания произнес комиссар. – Мне тут придется на некоторое время отлучиться, так что действуйте по обстоятельствам, но особо не раскрывайтесь, придерживайтесь легенды. С Корниловым я договорился, при необходимости он подтвердит все вами сказанное, тем более что это была его просьба. И постарайтесь избежать ненужных эксцессов – Виталий, ты меня слышишь?

– А я что? Я ничего, схемку тут ваяю, никого не трогаю, – крепыш повернулся к экрану и с самым невинным выражением уставился на Сантьягу.

– Смотри мне, а то если повторится Тобольск, Кортес осерчает, и я больше за тебя заступиться не смогу. – Комиссар едва заметно улыбнулся, а Виталий вдруг смутился и опустил глаза. – Да, и еще, учитывая поспешность вашего отлета из Москвы, высылаю вам кое-какую дополнительную информацию. Все, удачи.

Комиссар исчез, его место заняло изображение конверта со значком «Тиградкома». Скачав файл, Ортега раскрыл его и повернулся к Виталию, рьяно копавшемуся в приборе. На коллег он старался не смотреть.

– А что такого произошло в Тобольске? – полюбопытствовал Дарий, с интересом глядя на крепыша.

Виталий засопел, но головы не поднял.

– Ничего особенного, – ровным голосом пояснил Ортега. – Помнишь заварушку в Сибири? Так вот, в какой-то момент нашему другу пригрезилось, что в тобольском Кремле появились «мертвые демоны», и он, не долго думая, завалил их всех из «гремучки». Вместе с Кремлем.

– Так это был ты? – масан присвистнул. – Да, принять ролевиков за «мертвых демонов» – это не каждому дано.

– Но никто же не пострадал, – не выдержал Виталий. – Так, отделались легким испугом и небольшими синяками, ведь «гремучка» на челов не действует. Да и про Кремль преувеличение, всего лишь надвратная башня…

– Это да, но сделать так, чтобы ничего не просочилось в прессу, чтобы несчастные ролевики и остальные посетители Кремля обо всем забыли и, самое главное, полностью восстановить чудо русского деревянного зодчества за одну ночь – это, знаешь ли, потребовало некоторых усилий. – Ортега извлек из бара очередную бутылочку «колы» и, рассеянно прихлебнув из нее, погрузился в чтение.

– Представляю, как взбесился Кортес, – засмеялся Дарий. – И как он только тебя не выставил?

– Ну, во-первых, все расходы Виталий покрыл из собственного кармана, а, во-вторых, за него неожиданно вступились Сантьяга, который напомнил Кортесу о «праве на одну ошибку», и Артем.

– Подумаешь, – пробурчал Виталий. – Со всяким бывает. Сколько времени прошло, а все забыть не могут. Эй, Ортега, притормози, оставь и мне немножко «колы». Кстати, навам ее пить вредно, – с этими словами он вдруг неожиданно ловко сцапал бутылку из-под носа у зазевавшегося коллеги.

– И кто же такое сказал? – поднял брови обездоленный нав.

– Один знакомый эрлиец. А они в таких вопросах не ошибаются, – ответил Виталий, с видимым удовольствием присасываясь к напитку.

Когда раздался стук в дверь, все уже было приготовлено, то есть «глушилка» собрана, содержимое бара выставлено на стол, а Дарий даже ухитрился сменить купальный халат на спортивные штаны и футболку с изображением черепа в берете и надписью «Mercenaries never die – they just go to Hell to regroup». Ортега крикнул «Войдите», и на пороге вырос живот, обтянутый голубой рубашкой от Мак-Грегора и удерживаемый снизу бежевыми идеально выглаженными брюками. Вслед за животом появилась пышущая здоровьем толстощекая физиономия с двумя вислыми усами и густыми сросшимися бровями под абсолютно лысым черепом. Завершал композицию темно-синий галстук, располагавшийся строго параллельно земле.