Чтение онлайн

На дверце возлежал разжиревший Кот, степенно вылизывающий левую пятку. «Попался, гад, – говорили ехидные зеленые глаза, – ты никогда не внушал мне доверия».

Смахнув животное, я отодвинула задвижку. Встрепанный варрен вылетел наружу, одновременно щурясь, ругаясь, кашляя и обещая убить «безмозглую дуру».

– Ты рехнулась?! – горячился он.

– Будешь орать – отправлю обратно, – я зевнула. – У меня новость.

Лис отряхнул рубаху. Затем потряс волосами, в которых, подобно седине, появились ниточки-паутинки.

– Дались мне твои новости.

– Я уезжаю. Думается, надолго.

– Почему? – Лис собиралась подняться на второй этаж, но спрыгнул со ступеньки.

– Да нужно помочь… другу.

Правый уголок губ варрена предательски дрогнул.

– Разреши пойти с тобой.

В бездне черных глаз заплясала искорка надежды.

– Зачем?

Лис оскалился. Интересно, он хоть иногда улыбается по-настоящему, а не так, будто из-за нужды?

– Я влюблен в тебя…

– Ложь.

– Честно.

Я добралась до спальни, сгребла вещи в кучу и придирчиво отобрала самые нужные. Всего, к сожалению, не увезти. Спрашивается, на кой ляд покупала браслеты, платья, книги, расписные шкатулки? Разве что на радость горожанам. Те непременно растащат утаскиваемое и распилят приколоченное, как только узнают о побеге.

Рядом путался Кот, терся о бедро, мурлыкал. Я почесала животное за ухом.

– Блохастый, охраняй жилище, копи мышей. Скоро свидимся.

Кот протяжно мяукнул, видимо, понял, что расстается с хлебосольной хозяйкой.

– Так вот, – я вспомнила о мнущемся в проходе Лисе, – ты плохой актер, и в любовь твою я ни на медянку не верю.

– Я заплачу, – моментально сменил точку напора варрен.

Другой разговор. Уж больно не хочется побираться по тавернам или ловить крыс в сточных канавах.

– Договорились.

Лит ухмыльнулся и достал златцы из мешочка на поясе. Монетки блеснули в последних лучах солнцах. Я убрала их в походную сумку, в последний раз погладила стенающего кота и прикрыла дверь в комнату.

– А куда мы идем? – поинтересовался Лис.

– Мучаюсь тем же вопросом.

Варрен предпочел смолчать. Когда я полезла через окно, он на миг остановился, склонив голову и сведя брови домиком. Но опомнился и полез следом.

– Допустим, я тут не в почете. А ты чего? – пробормотал Лис, перекидывая левую ногу через подоконник.

– За компанию, – хмыкнула я. – И благодаря другу. Кстати, вот и он.

И показала на привалившегося к забору Всемила. Князь с интересом осматривал какую-то травинку. Обнюхал, общипал ногтем. Разве что не попробовал. Быстро же он свыкся с бродяжьей жизнью.

– Ты дружишь с князем?! – прохрипел Лис, юркнув обратно в дом.

– Самую малость.

– Я никуда с ним не пойду, – возразил варрен.

В тот самый момент Всемил вскинул голову. В закатных красках лицо его выглядело окровавленным. Светлые брови взметнулись ко лбу.

– Лада, – князь понизил голос, – осторожно. За тобой беглый вор!

– Его зовут Лис, – добродушно представила я варрена, насильно выпихивая его наружу. – Вы на равных условиях: и тебя, и его собираются казнить. Поэтому прошу любить и жаловать.

– Я никуда не пойду с ним! – округлив глаза, выдал Всемил уже знакомую мне фразу. – Ты хоть знаешь, за что он был осужден?! Этот наглец вломился в княжескую сокровищницу! Посреди бела дня. А когда его уводила стража, вопил что-то про крайне необходимый для спасения чего-то там камень. Он же умалишенный.

Мои будущие спутники ощетинились, напряглись. Казалось, они могли разорвать друг друга в клочья, как два бойцовых петуха. Я вскинула руки.

– Так, определяйтесь без меня, с кем я иду, а кто остается приглядывать за котом.

– Со мной, конечно. – Лис по-хозяйски погладил мое плечо. – Я тебе заплатил.

От подобной наглости я поперхнулась. И только осознала, что люблю князя, как тот взметнулся:

– А я заплачу позднее!

– Да вы… вы… – окончательно растерялась я. – Неужели вы считаете, что меня можно купить?

– Судя по всему, уже купили, – оскалился варрен.

Гнев переполнял меня, как вода – чашу. Глаза застлала туманная пелена. Я сплюнула и развернулась на пятках.

– Да беса с два я куда-то пойду с вами! Сами, ребятки, сами. По болотцам, лесам. А я, пожалуй, останусь. В отличие от вас, меня тут жалуют и уважают. Сдались вы мне!

Перспективы побегу без колдуньи заставили их содрогнуться.

– Лада, – залебезил князь, – не обижайся. Мы его тоже возьмем…

– Слава, – вклинился смутившийся Лис, – я без тебя пропаду. Ты же знаешь. Я согласен на всё.

Вроде наступило перемирие. Но самые красочные ссоры, как известно, возникают из пустоты.

– Лада, – поправил варрена князь.

– Слава, – поморщился Лис.

– Лада, – напирал Всемил.

– Слава!

– Ла-да!

– Да что за бараны! – зарычала, заткнув уши, я. – Перелезли через забор и пошли. Вместе!

Округлый солнечный блик терялся за линией гор. Мужская половина помалкивала, петляя среди огородов и высматривая прореху в частоколе, окружающем город. И я в последний раз наслаждалась покоем засыпающего Капитска. Тот провожал меня безмолвием. Закатной прохладой и изморозью на пожухлой траве.

ПУНКТ ДЕСЯТЫЙ

Продать её тоже проблематично

«Умные люди возвращаются из чащи.

Мудрые туда не ходят».

Народное изречение.

Ну и куда идти? Либо тянущиеся на многие версты поля, голые, пустые, с покосившимися пугалами; либо чернеющая полоса леса. И пусть у меня начинался нервный зуд при воспоминаниях о чащобе, но затеряться легче там, нежели на открытой местности.

Вдалеке взвыл волк, причем настолько проникновенно, что захотелось поделиться с ним мясом. Блюда было целых два: худощавое, полное желчи, но молоденькое, или упитанное, взрослое, противное, зато откормленное за счет городской казны. С удовольствием бы избавилась от обоих. Ещё б и доплатила.