Чтение онлайн

Дамы в зале снова зашумели.

– Читать сначала научись!

– Наглая девчонка!

– Кончено, она не верит своим глазам, – раздались ядовитые высказывания.

– Из самого дальнего угла страны и вдруг наследница!

– Можно, я возьму? – решительно сказала Соня и протянула руку к свитку. Глашатай Закона переглянулся со своими соседками и вручил ей свиток. Соня всмотрелась в мелкие петлястые узоры, покрывающие свиток. К ее ужасу, они никак не складывались в понятные слова.

– Я не могу это прочитать, – призналась она.

– Неудивительно, он написан храмовым письмом, – улыбнулась снисходительно Преподобная Мать. – Я уж подумала, что ты правда его знаешь. Ему учат только в Храме. За разглашение этих знаний положена смерть.

– Простите, если можно, прочитайте еще раз, боюсь, я невнимательно слушала,– призналась Соня.– Я так потрясена. До сих пор не могу в себя придти.

Дамы покивали сочувственно, и Глашатай Закона прочитал свиток еще раз. Это был список имущества, и насколько поняла Соня, чуть ли не в каждом городе у семейства был дом или поместье, в каждой провинции имение или замок, пашни, виноградники, леса, водоемы и прочие угодья. С каждым новым названием сзади раздавались возмущенные придушенные возгласы очередной обделенной дамы.

– Простите, а удостоверение личности требуется? У меня же все вещи пропали, – спохватилась Соня. Конечно, это все прекрасно, ошеломительно и очень завлекательно, но она не будет претендовать на чужое! И вообще, она не Сильвия. Она Софья. Ошибку надо разъяснить как можно скорее.

– Родовые регалии примут вас после подписи.

– Подпись, то есть, не важна? – слабым голосом уточнила Соня, подавленная масштабом чужого наследства, поистине королевского.

– В сущности, нет, соблюдение протокола это просто дань традиции, главное – принятие родовых регалий, – терпеливо объяснил Глашатай.

Ей указали нужную строчку и дали палочку, напоминающую карандаш. Она поставила свою подпись. Софья Уварова. Русскими буквами. Уж не обессудьте, господа присяжные заседатели! Чужим именем она не будет подписываться, и выдавать себя за другое лицо – не будет. Хотите вручить богатство ей? Вручайте. Она примет, так и быть. Не дура, чтоб отказываться от такого!

– Что это за язык?– озадаченно спросил глашатай, разглядывая подпись.

– Скоропись суттан, полагаю, – с умным видом над свитком наклонилась Преподобная Мать. – Вы удивляете нас, девочка. Я считала, что это письмо утрачено. Им еще кто-то владеет?

– Да, мой троюродный брат, Дестон. Пишет и читает, – сдала «братца» Соня, указывая на притаившегося за занавеской Антона.

– Поразительно!

Соня пожала плечами. Глашатай взял из ее рук подписанный свиток, и неожиданно кольнул чем–то острым в ладошку. Соня вскрикнула, капля крови сорвалась и упала на свиток. Его тут же окружило синеватое сияние. Преподобная Мать схватила девушку неожиданно сильно за руку и поднесла к ранке крупный перстень. Соне показалось, что капелька крови впиталась в прозрачный камень перстня, он стал ярко-розовым и засветился мягким голубым сиянием.

– Регалии рода признали наследницу! – стоя провозгласил Глашатай Закона.

– Наследница рода – Сильвия Мессерти! – громко произнесла Преподобная мать.

– Ныне Глава рода Мессерти – лира Сильвия! – заключила это торжественное трио Великая Блюстительница.

Соня не могла придти в себя от изумления. Генетическая экспертиза признала ее родство с какими-то аристократами!? Злобное разочарованное шипение долетело, казалось, до купола Синего зала.

– Осталось решить еще ряд вопросов, – Блюстительница пригласила Соню сесть и вернулась на свое место. – Первый вопрос – погребение.

– Все, согласно традициям и установленным правилам, – тут Соня не сомневалась. Если помершая бабулька была такая богатая и знатная, то подобное мероприятие положено проводить с помпой.

Трио чиновников одобрительно закивали. Перо Глашатая Закона заскользило по бумаге.

– Второй вопрос – как поступить при погребении с движимым имуществом покойной? Прикажете похоронить вместе с госпожой?

Соня недоуменно нахмурила брови. Движимое имущество? Они что, мебель или сокровища собрались захоронить? Или стада какие-нибудь имеют в виду? Лошади, коровы, овцы? Ну, вроде да, положено снабжать покойника всем, чем он пользовался при жизни. Фараонам чего только не складывали, викингам тоже. Посуду, ткани, еду, украшения. Тут какая-то восточная деспотия, значит, так тоже положено и будет правильно.

– Согласно традициям, – неуверенно сказала Соня.

Родственницы издали дружное негодующее шипение. Она заметила краем глаза движение и увидела, что лир Ракс, сидевший рядом с остальными мужчинами, закрыл лицо руками. Остальные сидели с очень тоскливыми лицами. Ой, что-то она не то сказала!

– Извините, я не вполне знакома с местными обрядами, уточните, пожалуйста, какое точно имущество вы имели в виду? – спросила Соня, покраснев.

– Традиция предписывает умерщвление наложников и захоронение их с госпожой, – охотно пояснила Блюстительница. Соня похолодела и чуть не свалилась с диванной подушки. Она что, подписала сейчас этим мужикам смертный приговор? Милая традиция, нечего сказать! Круглыми глазами Соня уставилась на чиновницу. Та слегка улыбнулась.

– Однако, по закону Империи разрешено несколько отступлений от традиционного погребения. Наложники могут быть оставлены для нужд новой главы дома. Или розданы кровным родственницам в качестве погребальных даров. Как вы поступите?

Соне показалось, что сзади от теток раздались сладострастные причмокивания, а мужики еще плотнее сбились в кучку с неприступным и мрачным видом.

– Эти… прекрасные мужчины верно служили моей… бабушке, – неуверенно начала Соня. – Преданные слуги дома не заслужили смерти. Поскольку они являются имуществом рода, я должна распорядиться ими… разумно, как рачительная хозяйка. Я не вижу в их смерти большой пользы. Жестоко лишать их жизни.

– Вы оставите гарем себе? – доброжелательно спросила Блюстительница.

– Нет, конечно же, нет! – испуганно воскликнула Соня, чуть не задохнувшись от абсурдности такого предположения. – Они мне не очень подходят… – а потом прикусила язык. Как бы не отдавать мужиков хищным гарпиям и себе не брать? Жалко мужиков, но вот по прямому назначению она их точно не будет использовать.

– Думаю, такие опытные и знающие мужчины могли бы мне помочь во многом во дворце! Они нужны мне здесь, но не в качестве наложников! Они помогут мне войти в курс дела, освоиться. Я предложу им другое занятие, по вкусу каждому, ведь дворец такой огромный, дело для всех найдется. Госпоже Мессерти будут нести посмертные жертвы не только я, но и все они, так я уважу память моей почившей бабушки. – Соня посмотрела на группу наложников. Они оживленно закивали.

– Если же кто-то сам захочет покинуть этот дом и переехать к… родственницам – то я отпущу их.

Наложники так же дружно отрицательно помотали головами.

– Вопросы решены? – с надеждой спросила Соня, утирая пот.

– Еще один. Ваши родственницы, проживающие сейчас в домах и поместьях, принадлежащих роду, будут продолжать безвозмездно пользоваться этим имуществом, как позволяла ваша бабушка? Что скажет новая Глава дома? – интерес Блюстительницы был неподдельным, она недобро покосилась в сторону родственниц.