Чтение онлайн

Когда она присутствовала на подобных праздненствах, то обычно скромно усаживалась в уголке и ограничивалась массажем. Прилюдно заниматься сексом ей не позволяло воспитание. Быть плохой девочкой, шалавой и шлюхой плохо, стыдно и нехорошо. А почему нехорошо и кому от этого плохо – Сильвия никогда не задумывалась. Обычаи этой страны шокировали ее, во многом пошатнули ее мировоззрение, очень трудно было привыкать к свободным нравам, себя переламывать и подстраиваться.

Она никогда не пробовала и даже не думала попробовать с двумя мужчинами сразу. Надо выбрать кого-то одного, ей так привычнее. Щеки Сильвии порозовели. «Господи, я веду себя, как смущенная школьница, которую впервые поцеловал одноклассник!» – Сильвия снова закрыла глаза ладонью. Вздохнула. Надо взять себя в руки. И расслабиться. Здесь все это делают! И ничего страшного не произойдет. Тем более, парни такие красивые!

Эрв чуть поднял бровь, быстро взглянул на Мирта. Они госпоже не понравились? Не вызвали желания? Мирт чуть пожал плечами. Что это с госпожой? Голова болит? Слишком поглощена другими вопросами? Или не может выбрать кого-то из них? – иначе Мирт не мог истолковать ее явные колебания. Лично он уходить не собирается! Что Сильвия умирает от смущения и борется сама с собой – он даже предположить не мог. В их стране женщины не стеснялись своих плотских желаний и потребностей.

– Что прикажет наша госпожа? – Мирт прервал молчание бархатным низким голосом. – Вы позволите?

Мирт подался вперед и положил руки на тонкие лодыжки Сильвии. Очень мягко подушечками пальцев погладил выступающие косточки. Госпожа протянула руку, коснулась его волос, пропустила мягкую прядь между пальцев. Наклонилась и зарылась носом в его гриву. «Все-таки это потрясающе красиво, длинные ухоженные волосы у мужчины»,– подумала она. Почему то в ее мире, если мужчина и отращивал волосы, то они были жидкими, неопрятными, сальными, и дополнялись бородищей, а то и плешью. Мирт пах еле уловимо чем-то нежным и цитрусовым. Апельсин или лимон? Она прикрыла глаза, наслаждаясь прикосновениями к шелковым волосам раба.

Мирт глазами показал Эрву в сторону двери, продолжая уже уверенно гладить ноги госпожи. Эрв отрицательно мотнул головой, оскалился и сделал страшные глаза – он тоже не собирался оставлять покои. Госпожа не приказывала ему уйти! Он поднял руку госпожи с подлокотника и стал поглаживать, прикусывать и облизывать ее пальцы. Сильвия едва от неожиданности не вырвала руку, а теперь задумчиво смотрела за его действиями, прислушиваясь к своим ощущениям.

Оказывается, это очень приятно, когда тебя гладят две пары теплых опытных рук. И ужасно стыдно. Невероятно.

Мирт тихонько привстал и опустил руки на плечи госпожи, провел ладони вниз до локтей, вернулся обратно. Торсом он прижимался к голеням хозяйки, руками обнимал ее плечи и склонился к груди. Ступни Сильвии оказались у него в паху, и она мгновенно вспыхнула – наложник был внизу живота таким горячим, большим и твердым! Настойчивые руки Мирта подхватили ее под ягодицы и придвинули ближе к краю кресла. Сильвия выдохнула, запуская руки ему в волосы. Эрв тут же подержал госпожу за плечи, обнимая сзади, скользя по гладкому шелку ее тонкой сорочки, огладил грудь. Сильвия выгнулась назад, оказываясь в кольце его рук. Дыхание Эрва щекотало ее шею, и Сильвию все больше охватывало возбуждение. Раб невесомыми легкими поцелуями покрывал ее шею, держа ее тело на одной руке, а второй умело лаская грудь.

Мирт тем временем покрывал горячими поцелуями внутреннюю поверхность бедер госпожи, поднимая тонкую ткань все выше и выше. Мягко, но настойчиво он развел ноги госпожи, еще ближе подтянул ее к краю кресла и жадно вторгся языком, раздвигая, щекоча и лаская. Стон Сильвии выпил Эрв, приникая к ее губам.

Мирт облизывал, прикусывал нежную плоть, пока лепестки не стали совершенно мокрыми. Тогда он вздернул ненужную сорочку вверх, где Эрв тут же аккуратно продел ее через руки госпожи и отбросил в сторону. Мирт с Эрвом переглянулись, и Эрв занял его место, а Мирт занялся грудью госпожи, сладкими мягкими полукружиями с розовыми нежными вершинками. Сильвия часто дышала, выгибалась, не в силах преодолеть разливающуюся по телу истому. Она уже не следила, кого обнимает и целует, контроль и моральные устои полетели к черту.

Еще минута, и Эрв подхватил госпожу на руки и отнес к ложу, с которого Мирт быстро откинул покрывало. Они уложили хозяйку на красный шелк и залюбовались на дело своих рук – трепещущее, отрытое, истекающее соками тело.

– Госпожа, кого вы хотите первым? – тихо спросил Эрв, снимая набедренную повязку.

Они оба были разгорячены и готовы. Сильвия открыла глаза, улыбнулась обоим и протянула руки навстречу Мирту. Тот счастливо улыбнулся на ее приглашение, погладил свой ствол, размазал по нему обильную смазку и лег между ног госпожи. Они страстно поцеловались, сплетаясь языками. Одно движение и он был внутри. Сильвия застонала, подаваясь ему навстречу. Уверенные и неторопливые движения сводили ее с ума, она извивалась, ей хотелось большего. Мирт отлично понимал желания ее тела, постепенно заводясь все больше, стал двигаться резче и сильнее, выходил почти полностью и снова врывался мощным толчком, наполняя и растягивая огненные своды, сжимающие его так, что он не мог сдержать хриплых стонов. Напряжение все нарастало, тело Сильвии пронзила молния, ее сотрясла крупная дрожь, она вцепилась в ягодицы Мирта, плотно прижав, не давая ему отстраниться, и приняла с наслаждением всю пульсацию его излившегося члена.

– М-м-м, хорошо, – сказала Сильвия, еще продолжая слегка задыхаться.

– Я счастлив, что доставил наслаждение моей несравненной госпоже, – Мирт, и правда, был совершенно счастлив.

Эрв, повинуясь жесту госпожи, налил обоим вина. Они немного полежали, отдыхая, потом госпожа увела обоих наложников в купальню, где, удивляясь самой себе, затискала и зацеловала обоих, а они в четыре руки выкупали ее. Госпожа шалила, брызгалась, Эрв с Миртом тоже расслабились и стали шутить и смеяться.

Потом круглое ложе приняло на себя три тела. Под живот Сильвии Мирт пристроил круглую подушку. Настала очередь Эрва войти в желанную глубину. Полные круглые ягодицы Сильвии вздрагивали, и их колыхание возбуждало обоих наложников до неистовства. Мирт лег под стоящую на четвереньках Сильвию и стал жадно целовать, лаская ее грудь руками. Потом он немного сдвинулся, и перед лицом Сильвии возник его прямой, как стрела, с такой же стреловидной головкой член. Сильвия распахнула недоуменно глаза, а сильные пальцы Мирта нежно, но настойчиво обхватили ее затылок. Сильвия не успела возмутиться, как двойные незнакомые ощущения от горячей плоти во рту и бешеный ритм Эрва сзади сломали все комплексы, увлекая ее в безумство животной страсти. Она замычала и забилась в ярчайшей вспышке, до звезд в глазах. Она никогда не испытывала ничего подобного. Наложники дали ей пережить затихающие волны наслаждения и продолжили. Потом мужчины менялись, ловко переворачивали ее на спинку, на бок, продолжали двигаться стоя, сидя, лежа, а Сильвия, потрясенная своими накатывающими ощущениями, погружалась в бездну морального падения. И это ей ужасно понравилось. И бездна, и падение.

Они так и уснули, свалившись в обнимку. Спереди ее обнимал Мирт, сзади прижался Эрв. В комнате остро пахло резким мужским потом, спермой и совсем немного – вином.

– Милая, – тянули ее за ухо. – Пора вставать! На работу опоздаешь!

– А!? Что?! – Сильвия подскочила. О боже, столько лет прошло, а она все еще боится проспать на работу?

Радом тут же зашевелились еще два тела. Дестон прошел к двери, крикнул страже отвести наложников в гарем, вернулся и сел на кровать.

– Ты что творишь? Не ожидал от тебя! – Дестон сузил глаза.

– Я сама не ожидала, – хрипло сказала Сильвия, принимая бокал с морсом. – В шоке. Ужас просто.

– Тут воняет развратом, как в борделе!

– Извини, не была, не знаю, – Сильвия откинулась на спину.

– И как тебе с двумя жеребцами? – спросил Дестон с усмешкой.

– Слушай, я тебя очень люблю. Но перестань врываться в спальню, как ревнивый муж. Тут это не принято. Даже среди мужей! Ты же сам хотел, чтоб мы не отрывались от здешних норм. – Сильвия мучительно покраснела. Ей самой было и жарко, и стыдно, но в то же время упоительно хорошо ночью. – Сейчас все точно успокоятся.