Чтение онлайн

Фил метался по комнате, не находя себе места, и, ругаясь сквозь зубы, слушал бесконечные гудки. Поддавшись панике, Кошка штурмовала городские больницы и звонила по всем подряд номерам клиник, найденным в Интернете. Только блондин внешне оставался глухим и отстраненным. С нарочитым спокойствием он растянулся на диване и строил вид, что полностью погрузился в чтение книги. Правда, Зак выглядел бы убедительнее в своем безразличии, если бы не держал томик вверх тормашками, и роман не назывался «Распахни врата страсти».

Неожиданно, после шестидесяти минут сущего ада, трели в трубке оборвались, и из динамика донесся непонятный шорох. Словно споткнувшись, Филипп замер посреди комнаты и с облегчением перевел дыхание.

– Алло, – прозвучал сиплый шепот, в котором едва‑едва узнавался Сашин голос. Она сдавлено кашлянула.

– Ты где?

– Не знаю.

– Тогда оглядись по сторонам!!! – рявкнул Вестич.

Последовала долгая пауза. Сквозь простуженное сопение различались яростный грохот, гул и чьи‑то далекие разговоры. На лице Филиппа нервно задергался мускул.

– Тут висит указатель, как выйти на вокзал, – наконец, оповестила девушка. – Кажется, я в метро.

– Тебе кажется?! – не сдержавшись, заорал парень. – Твои родители с ума сходят, а тебе кажется, что ты в метро?! Ты рехнулась?!

Со стороны Зака донеслось сдавленное фырканье – он явно потешался над братом. В гостиную влетела обеспокоенная Лиза, догадавшись, что пропавшая подруга, наконец, объявилась.

– У меня что‑то с глазами. Надпись так странно рябит, – точно бы издеваясь, пробормотала Александра.

– Наплевать, что у тебя там зарябило! Просто стой, где стоишь, и не смей даже сдвинуться с места! – разделяя слова, процедил Филипп. – Поняла меня?

– Я сижу. Кажется.

– Если тебе кажется, то сиди, где сидишь, лежишь или что ты там еще делаешь! – Он едва‑едва заставил себя пропустить крепкие словечки, коими так хотелось сдобрить приказ. – Сейчас приеду!

– Ладно, приезжай, я подожду. Только… ты кто?

Филипп на секунду опешил, а в трубке наступила гробовая тишина – разговор ни с того ни с сего оборвался. Вестич изумленно посмотрел на угасающий экран и, не обращаясь ни к кому конкретно, пробормотал:

– Саша в метро.

– Может, она решила на карусели покататься, но перепутала с кольцевой веткой? – предположил с усмешкой Зак.

– Накаченная какой‑то дрянью, – не обратив внимание не сарказм брата, договорил Филипп. – Она даже не сообразила, на какой именно станции находится.

– Надеюсь, она в метро нашего города, а не где‑нибудь… в Питере! – Лиза устало растерла глаза.

– Ее нужно забрать домой. – Застонав, Фил запустил пальцы себе волосы и взлохматил шевелюру. Никогда в жизни он не чувствовал столь чудовищной растерянности. – Она сказала, что на станции есть выход к вокзалу.

– Если ты забыл, то напомню, что в городе много вокзалов, а еще больше станций метро рядом с этими вокзалами! Я тоже еду, – решительно заявила Кошка и немедленно накинулась на кузена: – Зак, а ты какого рожна развалился на диване или тебя это не касается?

Тот неторопливо дотянулся до нетронутого бокала с виски, стоящего на полу рядом с диваном, и сделал большой глоток. Не поморщившись, ведьмак обтер губы тыльной стороной ладони и невозмутимо прокомментировал:

– Мне за руль нельзя. Я выпил.

– Продолжай в том же духе, и алкоголизм тебе обеспечен! – обозлившись, процедил Филипп. Измерив блондина тяжелым взглядом, он направился вон из комнаты и, не оглядываясь, бросил: – Кошка, проверь станции на юге города, а я на площадь трех вокзалов.

Уличная темнота пахла холодом. В далеком черном небе едва заметно мерцала россыпь мелких звезд. На капоте автомобиля в свете вспыхнувшего фонаря заблестела изморозь. Сбежав с крыльца, парень натянул пиджак и чертыхнулся сквозь зубы. Впопыхах он схватил с вешалки вещь сводного брата, великоватую и в плечах, и в росте.

Усевшись за руль, Вестич подрегулировал зеркальце заднего вида, завел двигатель, включил фары. Каждое движение отличалось нарочитой аккуратностью. Он держался из последних сил. Не время злиться, нужно ехать…

– Твою мать, Саша! – Сорвавшись, парень в ярости шибанул кулаком по «баранке», и тишину двора разорвал короткий пронзительный сигнал клаксона. Стараясь совладать с иррациональной обидой на бывшую подружку, ведьмак откинулся на сиденье и медленно досчитал до десяти, но легче, прямо сказать, не становилось. Кое‑как подавив раздражение, он выехал со двора и резко вжал педаль газа в пол.

Бросив машину в переулке рядом с привокзальным метро, Филипп вошел в просторное фойе с турникетами. Подземка встретила парня неласково: грохотавшими поездами и странным запахом, смесью машинного масла и духоты.

Вестич осмотрел и кольцевую станцию, и радиальную, проверил два длиннющих перехода, но Саши не нашел. В трясущемся вагоне он проехал по кольцу, но и на следующей остановке его поджидала неудача. Складывалось ощущение, что девушка исчезла, не оставив ни следов, ни подсказок, растворилась в пространстве.

Время до закрытия стремительно таяло, толпа рассеивалась, а платформы пустели. Ведьмак вглядывался в лица незнакомок, пытаясь узнать ту единственную, пропавшую рыжеволосую девчонку. Вокруг сновали люди, оживленные, усталые, тащившие на закорках груз собственных проблем, но все плевать хотели, что сегодняшним вечером в бесконечной паутине темных тоннелей Филипп потерял кого‑то очень важного.

Без особой надежды он вышел из вагона на станции рядом с вокзалом, откуда провожали поезда в далекую Украину. Взгляд упал на световой короб, покачивающийся от сквозняка. Крупная надпись указывала направление к железнодорожным кассам, и действительно рябила из‑за жгучей лампы, спрятанной внутри. Очень медленно и недоверчиво парень оглянулся назад.

Саша, по‑детски зажав ладошки между коленок, сидела на деревянной скамье и послушно дожидалась приезда Филиппа. Рядом с ней на лавке кособочился ядовито‑розовый кролик, зато ни куртки, ни рюкзака не было. Подойдя, Вестич присел на корочки и попытался заглянуть в скрытое пеленой волос лицо беглянки. Реакции не последовало.

– Эй, пропажа, просыпайся, – мягко позвал он.

Девушка заторможено подняла голову. Пустые глаза с неестественно расширенными зрачками смотрели сквозь визави.