Чтение онлайн

Последние слова возмущения прозвучали уже у двери квартиры, а потом и в самой квартире.

– Что случилось?
– на шум тут же коршуном влетела в прихожую мачеха.

– Мам, он врет. Он постоянно врет, - из детских глаз моментально выкатились крупные слезы.
– Он сейчас с ней в наш дом поедет, а меня сюда привел.

– С кем с ней? Куда?
– ничего не могла понять женщина.

– Ни с кем я никуда не еду, - буркнул недовольно Вадим, - Мил, прекрати концерт закатывать. Раздевайся, - стянул с дочери шапку.

– Не прекращу, - вырвалась Милка.
– С Инной он едет. Туда, к себе, к нам. В ту квартиру. Обманщик. Говорил, что она ему не нравится совсем, а сам. Сам только возле нее бегает и улыбается. Пойдем с нами гулять на елку... Мы тебя подождем...
– ехидно передразнила, припоминая Вадиму, как он уговаривал учительницу пойти с ними.
– Три часа ждали! Сегодня вообще из-за нее в театр опоздали.

– Вы не были в театре?
– мачеха оглянулась растерянно на Вадима.
– Какая Инна?

– Были, конечно, - ответил он, - мы...
– но Милка своей гневной тирадой не дала вставить отцу и слова.

– Были, но опоздали. После третьего звонка пришли, пока этих ее засранцев ждали. Все уже смотрели спектакль, а мы в туалете бегали и искали во что переодеться. Как придурки, честное слово.

Рассказ Миланы был до того сумбурным и непонятным, да еще сквозь слезы, что мачеха даже забыла сделать замечание по поводу неподобающего лексикона дочери.

Пытаясь вникнуть в суть проблемы, она то и дело переводила встревоженный взгляд с Милы на Вадима и обратно.

– Говорит, не нравится, а сами обнимаются и целуются, как будто влюбились, и еще думают, никто ничего не видит, - продолжала тем временем в запале ябедничать Мила.
– Все всё видят. Все!

– Мил, ты что придумываешь?
– возмутился раздраженно Вадим. Дочь, кажется, от обиды не на шутку понесло.

– Я придумываю? Я ничего не придумываю, - закричала еще сильнее она.
– На елке вы что, не обнимались, еще скажи. Обнимались! И носами вот так делали, - Миланка помотала зареванной мордашкой, пытаясь изобразить, как Вадим с Инной терлись друг с другом носами на прогулке, - как будто парочка. И на море вообще целовались. Тоже скажешь - нет?

– Нет.

– А когда мы с пирса прыгали, и вы в море упали? Целовались? Целовались. А на караоке, когда вы меня в номере ночью одну оставили? Я все видела. Мы с пацанами бегали, подглядывали. Прямо при всех в засос сосались. При всех! И спали вы вместе в одной кровати! И сейчас идешь с ней спать.

Взрослые замерли в напряженном молчании, а Миланка, усевшись прямо у входа на пол, уткнулась в ладони и совсем разрыдалась.

Кто с кем целовался или нет, стало, пожалуй, не так уж и важно. Эх, Милка-Милка! Дочь в порыве гнева разболтала уйму неприятных и не предназначенных для разглашения вещей. Особенно ушам мачехи это все было слышать не положено.

Не став дожидаться, когда еще и эта присоединится к обвинениям, Вадим поспешно развернулся к двери.

– Вадим, - все-таки задержал его обеспокоенный женский голос, но сегодня Вадька слушать точно больше ничего не хотел. Как-нибудь потом разберутся с этими прыжками в воду, засосами и ночными подглядываниями. Дернул дверную ручку, - Вадим. Она же замужем, - все же догнали его встревоженные слова мачехи.

Остановился. С насмешкой посмотрел в ошарашенные глаза.

– И что?
– равнодушно пожал плечами, хотя на самом деле уже был на взводе, внутри все кипело и тоже хотелось кричать, как и дочери.
– То, что отец был женат, тебя же почему-то не остановило. Так ведь?

За захлопнутой дверью рев дочери стал глуше, а через лестничный пролет, куда Вадька ринулся вниз пешком, вообще стих. И все равно на душе удушающим грузом повис тяжелый ком. Нехорошо было на сердце. Почему у него все всегда получалось как-то не так и неправильно? Почему все так сложно?

Глава 43

Два поворота ключа в замочной скважине, и отворившаяся дверь встретила их негромким попискиванием сигнализации. Вадим щелкнул выключателем, осветив прихожую, набрал на пульте нужную комбинацию и кивнул Инке:

– Заходи.

– Ух ты, даже трешка!
– окинув беглым взглядом стандартную планировку, с восторгом и даже некой завистью оценила квартиру Инна.

– Да. Проходи-проходи, не стесняйся, раздевайся, - подтолкнул ее Вадька.

Инна и не думала деликатничать. Уж с кем с кем, а с эти оболтусом она ощущала себя как нельзя легко и просто. Было бы из-за кого робеть - это ж Вадька. С любопытством она беспечно прошлась по квартире, быстро обошла все комнаты, нигде надолго не задерживаясь. Смотреть толком здесь было нечего - полупустая гостиная, да две спальные комнаты.

Вадим не обманул, обитал он здесь один. Это определить можно было сразу - по необжитости, неухоженности и беспорядку. Беспорядком Вадька переплюнул даже не очень аккуратную по жизни Инну. Хотя, справедливости ради сказать, у хозяина квартиры с личной гигиеной все было не так уж и плохо. Вещи, судя по огромнейшему вороху чистого белья, небрежно сваленному на диване в гостинной, время от времени стирались, но видимо до шкафа никогда в жизни так и не добирались.

Было заметно, что кое-какие усилия для поддержания чистоты в доме, Вадим прилагал. Допустим, слоя пыли толщиной в палец в доступном обозрении Инна не обнаружила, а на полу не наблюдалось ни грязи, ни так все время бесящих крошек. Впрочем, их с лихвой заменяли без труда просочившиеся из Милкиной комнаты кубики от конструктора и мелкие игрушки. На одной такой Вадька споткнулся, пока проводил для Инны быстрый экскурс по своему жилью. Скривившись от внезапно пронзившей ступню боли, он недовольно выдохнул подходящим для такого случая словом и пинком отправил куда подальше попавшую под ноги мелочь. Смурфик из "Киндер сюрприза", прогремев по ламинату пластмассовым боком, стремительно пересек коридор из детской прямиком во взрослую спальню и укрылся где-то под кроватью. Скорее всего, надолго.

Инна сначала посмотрела туда, в непроглядную темноту, куда улетела игрушка, потом на пустую банку пива, притулившуюся на полу у ножки кровати, потом на саму кровать, впопыхах заправленную, кривовато наброшенным клетчатым пледом. Сегодняшний вечер, по всей вероятности, им предстояло провести тут, а может даже и ночь. Без слов понятно для чего ее пригласил к себе Вадим, да Инна и сама в принципе для этого и пошла с ним, но не с порога же раздеваться догола и сразу нырять в постель. Хотя в предыдущий раз надолго не затянувшаяся прелюдия в подъезде в считанные минуты загнала их обоих в кровать, они даже не разделись толком, терпения хватило лишь спустить штаны. И только потом, намного позже, чуть разрядив нахлынувшее желание, в перерывах между толчками, ахами и стонами, когда катастрофически стало не хватать еще более тесного соприкосновения телами, они стали стягивать с себя оставшиеся на них шмотки.

Восстановленные в памяти ощущения прокатились по Инкиному телу приятной волной возбуждения и сладостного предчувствия. Секс с Вадькой был вкусным, но все же сегодня не хотелось так сразу с места в карьер. Инна оглянулась на Вадима. Его взгляд блуждал по кровати. Непонятно, что он при этом думал:

– Здесь спальня, - вдруг машинально пояснил он очевидное и, сорвавшись поднял с пола банку, - ну что, все посмотрела? Пойдем, посмотрим, что можно замутить на ужин.

"Мутить" толком было не из чего, в этом они убедились, просмотрев всевозможные ящики большого, но как оказалось практически абсолютно пустого и потому совершенно бесполезного кухонного гарнитура. Вадим готовить не умел, а потому продуктов и посуды в наличие у него оказалось негусто. Несколько тарелок и столько же кружек-ложек, ну и, кажется, где-то набор кастрюль промелькнул. Непонятно для чего хозяин квартиры устраивал здесь все эти прикольные навороты со встраиваемой техникой, приведшие Инку в тихий восторг и зависть, если сам ничем практически не пользовался.