Чтение онлайн

— О-о! — протянул Альберто. — Так вот какой у тебя план! Однако!

— А я буду время от времени менять дислокацию, — продолжил Кольер. — Представь, постоянный режим возвращения домой к любящей женщине.

— М-м, а знаешь… — Альберто поднял глаза к потолку.

— Позвольте небольшой совет, молодые люди, — добродушным тоном произнёс Каниони-старший. — Женщина не должна жить одна. Две недели, максимум три можно отсутствовать. Иначе она привыкнет всё решать сама. В том числе…

Умберто хитро сощурился.

— И постельные вопросы, — добавил он. — Если не хотите воспитывать чужих детей, спите со своей женщиной сами. Тебе-то Энтони, не надо примеры приводить?

— Да, не надо, — кивнул тот. — Что же… Тогда, Альберто, придётся тебе всё же жениться.

— Э-э! А почему это только ко мне относится, а?

— Зато у тебя есть верный друг, от которого дети вдруг не случаются, — добавил Энтони. — Смотри, как удобно, да? И дети только твои, и жена довольна.

— У меня только один вопрос будет в этом случае, — процедил Альберто.

— Какой же, дружище?

— Что написать на твоём памятнике?

— М-да. Вот так и проверяются люди, — вздохнул Энтони. — Как, значит, в бой, так друзья. А как…

— Да ты вообще себя слышишь!? — возмутился Альберто. — Да за меньшее отрезают всё выступающее!

Дворец Роз

Рабочий кабинет королевы Гвендолин

Вечер

Как уже упоминалось, право беспрепятственного доступа в любое время получили два человека. И среди них не было мужа королевы — Джефри Сегрейва.

Чтобы не поднимать всю эту историю, в которой немало случаев, когда обе стороны делали, скажем мягко, резкие шаги, упомянем один факт. Так как Гвендолин Сегрейв стала Деллир, то Джефри Сегрейву пришлось передать статус главы рода своему брату, Вирджилу. Мужу Франциски. Для такого человека, как Джефри только один этот момент стал бы достаточным, чтобы он затаил лютую злобу.

Ну, и для понимания ситуации. Королева Гвендолин, урождённая Кеппел, оказалась больше Сегрейв, чем глава рода. С тех пор, как Джефри занял пост главы, род Сегрейв всё больше заходил под влияние родов, именуемых общим названием Хобург. Король Гилберт Деллир не смог в должной мере выступить противовесом для королевы Дианы Хобург, урождённой Блант. В тот период Хобурги приобрели очень серьёзное влияние в королевстве. Именно в этот временной период столица значительно вырвалась вперёд, именно поэтому политическая жизнь практически полностью переместилась в Тарквенон. Более того, когда умер король Гилберт, королева Диана всерьёз поднимала вопрос о том, чтобы она осталась править. Но её влияния всё же оказалось недостаточно, чтобы это продавить. И пришлось уходить в отставку.

Зато Хобурги стали активнейшим образом работать через главу рода Сегрейв. В деле выбора королевы. По традиции, положено было, чтобы после короля шла королева. Хобурги своего короля выбрали быстро. Кандидатом стал Годфри Блант… Сын королевы Дианы. Это было не по традиции, но раз выбрали… А вот с королевой Деллир возникли серьёзные проблемы.

В отличие от Джефри Сегрейва, остальные рода, входящие в общий род Деллир не разделяли его убеждений насчёт необходимости одного правителя. Что предлагал Джефри. Глава Сегрейвов желал соблюсти традиции, но сделать, фактически, одного правителя. То есть, выбрать номинальную королеву, которая будет работать вывеской. Понятно, что Джефри стремился к удовлетворению своих амбиций, но почему-то остальные роды: Моубреи, Харди, Гоуэр, Гросвеноры, Варен и соответственно, стоящие под ними аристократы не захотели жертвовать своими правами и привилегиями. Не захотели беднеть, терять влияние, власть. Даже интересно, чего это они? Такая прекрасная перспектива, чтобы Хобурги стали самыми главными и начали диктовать правила. И почему Деллиры не согласились?

Джефри Сегрейв, к тому времени, уже на постоянной основе проживал в Тарквеноне. А живя далеко от владений своего рода, от людей в него входящих и, банально, от своей собственной семьи, крайне сложно всем этим эффективно управлять. Но это ещё полбеды. Почему-то Джефри Сегрейв был убеждён в том, что его взгляды разделяет его род. Он же глава. И когда он начал свою кампанию против остальных правящих родов Веттина, то обнаружил очень неприятную вещь. Глава рода — это не только право, но и масса обязанностей. Говоря по-простому, дома надо жить, тогда и знать будешь, кто и чем дышит.

И уж точно не стоило оскорблять свою собственную жену, гуляя по светским раутам с различными юными особами со слабыми моральными устоями. В результате, самоуверенный глава получил удар оттуда, откуда совершенно не ждал. Видимо совершенно запамятовав, что Гвендолин Сегрейв — это не покорная коза, которая будет смирно ожидать дойки…

… Поэтому, члену рода Сегрейв, обычному члену, без привилегий, пришлось ожидать, пока королева его примет. Впрочем, почти шестидесятилетний Джефри Сегрейв уже не качал права. Потому что уже пытался. Результат был так себе. Королевские гвардейцы приказ королевы выполнят, невзирая на лица, чины и статусы.

Около восьми часов вечера из кабинета в приёмную вышла Франциска Сегрейв. Окинула холодным взглядом деверя.

— Прошу вас, господин Сегрейв, — произнесла Франциска.

Джефри Сегрейв молча поднялся. И также молча проследовал к двери. Разумеется, Франциска даже не подумала оставить мужа и жену (формально королева и Джефри ими всё ещё являлись), зашла следом. И устроилась на диванчике сбоку. Посетителю же королева предложила сесть перед своим столом.

— Здравствуй, Гвендолин, — негромко произнёс Джефри.

— Сколько не виделись, Джефри, год? — с лёгкой иронией произнесла королева. — А ты не изменился.

У последних слов явно имелся подтекст. Который Джефри понял, так как нахмурился.

— Что же, я слушаю тебя, — произнесла королева. — Моё здоровье тебя вряд ли волнует. Как и дела у Рианы. Кстати, как Валентайн?

Старший сын Джефри и Гвендолин — Валентайн Сегрейв, предпочёл столичную жизнь. Собственно, он и учился в Тарквеноне, и разделял отцовские взгляды на жизнь. Особенно в части увеселений.

— Нормально, — хмуро ответил Джефри.

— Да? Странно, — хмыкнула Гвендолин. — А у меня другие сведения.

— Я не поэтому приехал, — ответил мужчина.

— А я думаю именно поэтому, — произнесла Гвендолин. — Долги надо отдавать, Джефри. Тогда и не придётся делать то, что делать противно. Например, ездить к бывшей жене.

Мужчина насупился.

— Но вернёмся к делам, — произнесла королева. — Что же тебе поручено передать?

Джефри поджал губы…

… Франциска, проводив «дорогого гостя», вернулась в кабинет. И застала королеву и подругу на обычном месте для раздумий. У окна, с мундштуком, в котором дымилась тонкая сигаретка.

— А Каниони крепко их зацепили, — произнесла королева явно довольным тоном. — Похоже, столь активного противодействия никто не ожидал.

— Говоря честно, — заметила Франциска, садясь на диванчик. — Мы тоже.

— Да, это верно, — согласно кивнула Гвендолин. — Но согласись, от семьи торговцев действия в духе прожжённых вояк весьма неожиданны. Я полагала, что они и согласиться могут с предложением. Или уедут. Или хотя бы запрутся в своём особняке. А тут такая прыть. Как бы не пришлось их притормаживать.