Правитель мертв
Шрифт:
Рот мой тоже открыт, и я попробовал провести сухим языком по губам. Ничего не получилось. Тогда я внимательно прислушался к себе, уделяя огромное внимание области солнечного сплетения. Там горел огонек, пока слабый и беспомощный, но он разгорался все сильнее с каждым ударом моего сердца. И я потянулся к нему, пытаясь влить в свое тело хотя бы немного энергии из источника Силы.
Язык достиг пересохших губ. Я приподнял руку. Движение далось мне с огромным трудом, мое тело не хотело меня слушаться. Ну, нет, сдаваться мы не привыкли. Огонь во мне стал разгораться все ярче, я перекачивал энергию в свое непослушное тело, возрождая себя, подобно Фениксу.
Гул пропал. Расплывчатые светлые образы перед моими глазами стали проясняться. Я обнаружил, что надо мной висит огромный мутно-белый шар, источник света – довольно яркого и режущего глаза. Я моргнул один раз, второй, стараясь сфокусировать зрение. Взгляд мой метнулся вправо, влево, но я ничего не мог различить, кроме мутной завесы, окружающей меня.
– Ты очнулся. – До моего слуха словно издалека донесся незнакомый мне голос.
Он не спрашивал, он утверждал. Я не стал ничего отвечать, потому что, если бы и мог, мне нечего ответить.
– Подкачай еще энергии, – подсказал голос.
Спасибо за подсказку. Издевается, что ли?
Тем не менее я начал аккумулировать энергию из пространства вокруг себя. Энергия шла неохотно, словно через сито, и меня это удивляло. В последний раз, когда я накапливал в себе энергию, Сила наполняла меня мгновенно. Что-то не так.
Но энергия все же в меня поступала. И через минуту я уже мог управлять своим телом. Со стоном приподнялся, обводя взглядом помещение, в котором находился. Образы по-прежнему оставались мутными, границы помещения скрывались в белесом тумане, но я увидел прямо перед собой чью-то фигуру. Очевидно, это и есть обладатель незнакомого голоса.
– Кто ты такой? – попытался спросить я твердым голосом.
Вместо твердого голоса получилось жалкое подобие слабого хрипа, практически неразборчивая гамма звуков, которые даже мне показались какой-то абракадаброй. Но незнакомец меня понял.
– Мы никогда с тобой раньше не встречались.
Это я уже и так понял. Что дальше?
– Хотя я всегда мечтал об этой встрече. Благодаря Прорыву моя мечта сбылась.
Что он говорит? Я не понимал ни слова. Какого черта он мечтал о встрече со мной, если никогда меня раньше не видел? При чем тут Прорыв? Видимо, мозг мой еще не оправился и толком не может обработать поступающую информацию. Я захлопал глазами, подавая дополнительный импульс энергии на глазные нервы. Силуэт стал более отчетливым, я увидел, что передо мной стоит мужчина в белых одеждах. Белых одеждах...
Белых одеждах...
– Черт возьми! – я попытался вскочить, но один его спокойный жест – и я снова потерял контроль над своим телом.
Белый невозмутимо продолжал:
– За тысячи лет, что ты провел на Доске Атл, или, как ее называют люди, Земле, ты не уяснил основного правила Игры. Будь ты Пешкой или Королем, всегда найдется кто-то выше тебя.
Я попал в переплет. Причем такой переплет, какой мне и не снился. Теперь я понимал, почему энергия так неохотно в меня поступала – это обусловлено местом, где я сейчас нахожусь...
Подождите, а разве это разрешено Правилами? Черт побери, я не помнил. У Игры очень запутанные Правила, особенно когда речь идет о высших материях.
Зрение мое прояснилось полностью, и я уставился в горящие бледно-голубым светом глаза незнакомца. Глаза эти пылали таким холодом, что на лбу у меня появилась испарина.
Я по уши в дерьме, ситуация безвыходная, спасения нет. Стоит существу, которое сейчас смотрит на меня, шевельнуть мизинцем, и я навсегда уясню, что такое небытие. Мои силы по сравнению с силами того, кто стоит передо мной, несравнимы – подобно тому, как нельзя сравнить силу мухи и слона. И должен заметить, что в данном сравнении силой слона обладал не я.
Я быстро огляделся. Мы находились в круглом помещении без стен. Либо со стенами, но прозрачными – за ними повисла пустота, белая пустота, без движения. Абсолютный порядок... Ну-ну.
Положение мое представлялось, как я уже сказал, безвыходным, поэтому я перестал думать о собственной безопасности. Я знал, что, скорее всего, погибну – шансов против Белого Игрока у меня никаких.
Он смотрел на меня довольно долго, и легкая улыбка играла на его бледном лице.
– Итак, Черный Король, – наконец сказал он. – Ты понял, кто я.
– А чего тут понимать? – спросил я, усмехнувшись. – Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, кто может стоять в зале посреди статики и холодить взглядом.
– Дерзишь, – констатировал он, без особых эмоций.
– Ага, – развязно ответил я. – И, кстати, расскажи-ка мне, кто разрешил тебе снять меня с Доски?
Белый молчал минуту, по-прежнему не сводя с меня глаз. Холод от его взгляда проникал мне в душу, вид его заставил меня впервые почувствовать страх.
– Как ты знаешь, – медленно проговорил Белый Игрок, – мне не нужны ничьи разрешения. Мне захотелось встретиться с тобой, и я с тобой встретился.
– И как, полегчало?
Положительно, я не в своем уме. Я провоцирую его, прекрасно понимая, что играю со смертью. Неужели он и эту выходку оставит без ответа?
Белый начал менять форму. Вместо симпатичного человека он стал превращаться в некое подобие глыбы из белого мрамора с щупальцами и когтями, торчащими во все стороны. Три бледно-голубых глаза не мигая уставились на меня, холод становился все ощутимее.
Голос его проник в сознание, прогрохотав канонадой внутри моего черепа:
– Глупая, ничтожная Фигура. Неужели ты настолько слеп, чтобы не видеть, кто перед тобой? Твое самомнение и пикировка неуместны перед лицом того, кто двигает Фигуры. Не забывай, что ты – всего лишь фигура в нашей Игре! Игре, которая длится с начала времен и будет длиться бесконечно. Что ты знаешь о Бесконечности, Король, когда-то бывший Ферзем? Что ты знаешь об устройстве мира?
– Немного, – хмуро ответил я. – Да я особо и не стремлюсь ломать голову над неразрешимыми задачками по мирозданию. Я – воин, мне ничего не нужно знать ни о Бесконечности, ни о строении Вселенной.
– Глупец, – прошипел голос. – Ты не хочешь развить свое сознание?
Я почувствовал вспыхнувший во мне гнев.
– Вы только посмотрите, кто говорит о развитии! – воскликнул я. – Белый Игрок, ратующий за порядок и статику! Белый Игрок, всю Бесконечность отстаивающий принципы стабильности, а значит, и деградации! Кто угодно может сказать то, что сказал ты, кто угодно – даже любая Белая Фигура, но не ты! Фигуры – твои слуги, ты двигаешь ими, и они слепо повинуются тебе, они пытаются претворить в жизнь твои принципы, чтобы получить от тебя награду! Они могут искренне заблуждаться, отстаивая твои убеждения. Но ты, ты, кто создал всю Белую политику, не можешь говорить о развитии! Откуда ты вообще знаешь это слово? Оно – часть хаоса, против которого ты борешься.