Чтение онлайн

– Мне очень жаль.

– Я знаю.

– И больше никто не заболел? Никто не знал об их болезни?

– Нет. Только мы с сестрой и двое людей, которые были абсолютно преданы бабушке. Они любили её. как истинную невесту, понимаешь?

Невесёлый смешок.

– Разумеется.

– Все были очень осторожны. Похороны были тихими и тайными: бабушка не хотела, чтобы кто-то знал про лихорадку. А туннели. их вскоре закопали.

Мы помолчали под тихий плеск воды и мягкое тепло водяного пара.

– Альто, - позвала я негромко.
– Что с тобой случилось? Ты ведь тоже переболел жёлтой лихорадкой, верно?

– М-м-м.
– Альто вздохнул.
– Я ведь привлекательный интриган и блестящий прожигатель жизни, а не болезненный юноша с тухнущим взором. Расскажи я тебе о том, как ползал, беспомощный, между матрасом и нужником, вряд ли я сохраню в твоих глазах прежнее обаяние.

Я не сдержала смешок.

– У тебя море обаяния. Особенно когда ты заставляешь меня мыть посуду.

Альто издал смешок в ответ.

– Ну, если уж ты настаиваешь, чтобы мы стали лучшими друзьями...
– Он помолчал.
– Знаешь, у меня давно не было друзей.

– Тогда поделись со мной, - тихо сказала я.
– Мы с Тейей очень близки, и я знаю, как это здорово, когда рядом есть друг.

Или сестра, которая очень хочет выдать тебя замуж за одного наглого мерзавца. Но Тейя вряд ли знала всю правду о Нариссе.

Альто долго молчал.

– Я не сразу стал правой рукой Лорены, - наконец сказал он.
– В начале своего пути я был чересчур глупым и наглым юнцом, который желал лишь одного - стать фаворитом высшей ринии. А если повезёт, то и мужем.

– Любой высшей ринии? Или только главы клана?

– Безразлично. Я был дерзким, но нищим мальчишкой совершенно без знакомств и связей, так что выбирать не приходилось. У меня был один козырь, - Альто глубоко вздохнул, - но о нём я говорить не буду.

– Какая-то особенная фирменная дерзость?
– предположила я.

Невесёлое хмыканье.

– Будешь смеяться, но да. Знал бы я, к чему это приведёт.
– Альто оборвал себя.

– Ты не мог знать, - тихо сказала я.
– Ринии вблизи и легенды об истинных невестах - это две разные вещи, и далеко не все об этом знают.

– Разница огромна. Но я знал, Леонора. Я примерно представлял, что мне предстоит, и мне было плевать.
– Альто хмыкнул.
– Я был готов стать собственностью, чтобы подняться до всевластного фаворита, советника, сделать головокружительную карьеру, встать наравне с самыми могущественными мужчинами Ларетты. Для нищего юнца из провинции, для которого венцом желаний была спортивная машина, такая судьба была всем.

– И тебе могло повезти, - глухо сказала я.
– Не все ринии таковы, как Лорена. Ты мог...

– Это всё равно было бы насилием, - резко произнёс Альто из тумана.
– Не обольщайся. Я хотел достигнуть власти, положения, больших денег и знал, чем за это придётся платить. Любви в моих планах не было. И мне повезло: одна стареющая красавица меня заметила.

– Из какого клана?
– быстро спросила я.

– Не скажу, а то мне отрежут голову. Сейчас поймёшь почему.

Я вся обратилась в слух. Даже водяной пар, казалось, отпрянул от меня и начал клубиться вокруг соблазнительно обрисованного в тумане силуэта лежащего Альто.

– Я был дерзок и нагл вне всякой меры, - произнёс голос из тумана.
– Я создавал себе врагов на каждом шагу. Я оскорбил мужей по меньшей мере трёх глав кланов, когда они собрались на приватную вечеринку, и даже моя покровительница была недовольна. Что до её собственного мужа и прежнего фаворита, я втоптал их в грязь.

Я присвистнула:

– И твоя покровительница тебя не приструнила?

– Сначала её это забавляло. Потом.
– В заминке Альто я уловила колебание.
– Мне кажется, что она поняла, что не смогла до конца меня доломать. В её представлении это было невозможно, в представлении других риний тоже, но ничем иным мою излишнюю независимость объяснить было нельзя.

Мои брови взлетели.

– Хочешь сказать, что ты чем-то отличался от остальных? Был особенным?

Альто долго молчал.

– Нет, - наконец сказал он.
– Просто до моей болезни. у меня была вера в себя. Возможно, слишком много веры в себя. И одно семейное сокровище, о котором я умолчу. Но это всё не спасло меня от моей собственной глупости. Будь я умнее, я бы понял, что впереди пропасть, но меня было не остановить.

Я скептически покачала головой. Да нет, Альто наверняка был обычным дерзким юнцом. Неважно, во что он верил и какие секретные сокровища прятал за пазухой: его дерзость и наглость объясняются только дерзостью и наглостью.

– Это не вера в себя, а самоубийство!
– произнесла я вслух.
– Тебя должны были съесть живьём!

– Ну уж. Какие-то методы предосторожности я всё-таки принимал. Увы, хватило их ненадолго.

Альто вновь замолчал. Я начала догадываться, к чему он клонит.

– Как-то ночью, когда я ночевал один, меня особенно мучила жажда, - произнёс он.
– Ужин был острым и солёным: один из любовников нашей госпожи решил её порадовать, а вино помогло мало; к тому же я всё-таки не собирался напиваться вдрызг. Так вот, у моей кровати всегда стоял графин с водой, и стакан был наполовину полон. У меня мелькнула слабая мысль, что я уже допивал воду из стакана этим утром, но рука оказалась быстрее мысли, и я выпил содержимое залпом. У него был неприятный маслянистый вкус.

Я тихо ахнула.

– Вода оказалась заражена, - спокойно сказал Альто.
– Когда об этом узнала моя покровительница, я ещё держался на ногах, но едва-едва. Ей совершенно не был нужен публичный скандал, и она не желала, чтобы кто-то в цитадели узнал о моём отравлении, поэтому она отправила меня в один неприметный дом умирать в одиночестве.

Мне очень хотелось сказать что-то, чтобы его утешить, но я не могла найти слов. Прошло столько лет... Боль, должно быть, давно ушла.

– Твоя карьера фаворита была разрушена, - прошептала я.
– Твои враги добились своего.

– Ну, скорее уж я добился своего, раз меня считают мёртвым, - хмыкнул из тумана Альто.

– Но мне очень повезло. Не думаю, что моя покровительница ждала, что я выживу. Впрочем, возможно, ей было интересно.

– Тебе было очень тяжело?

– Чудовищно, - просто сказал Альто.
– Я превратился в ползающее, кашляющее, едва дышащее существо, которое не могло выпить даже чашку бульона без того, чтобы его не вырвало дважды. Я то и дело терял сознание.

Он помолчал.

– А потом мне приснился сон.