Чтение онлайн

– Не знаю, - зевнула я.
– Может, я дала обет не стричься, пока вновь не встречу Фрэнсиса?

– Боюсь даже представить, насколько они у тебя ещё отрастут.

– Метра на три, не меньше.
– Я приподняла голову и повернула к нему лицо.
– Знаешь сказку про ринию с длинными волосами?

Альто поднял бровь:

– Которая задушила ими неверного жениха? Помню, помню.

Я вздохнула. Да уж, теперь мужчины начнут переписывать все наши сказки под себя. И уверенная в себе юная риния станет беспомощной девой в беде.

.. .вот как я сейчас.

– Ну нет, - решительно сказала я в темноте.
– В своей собственной сказке душить женихов я не буду, но и беспомощной куклой быть не собираюсь.

– Да ну?
– Альто сдвинулся, устраиваясь поудобнее. Теперь мы лежали напротив друг друга, и я с тоской посмотрела на вожделенное плечо, которое оказалось вне досягаемости.

– И какой же будет твоя сказка?

Я нахмурилась, перебирая в памяти сказки, где прекрасная принцесса выбирала себе жениха, а потом отправлялась с ним в приключение. Или давала поручения сразу нескольким юношам, чтобы посмотреть, кто лучше справится.

Какие бывают сказки? О поиске. И о возвращении домой.

Я взглянула в окно. Лёгкие занавеси развевались под ночным ветром, и пахло свежестью и ночной травой. Можно было представить, что мне снова четырнадцать и мы с Фрэнсисом идём по ночному полю, взявшись за руки, а над нами - ничего, кроме звёзд.

– Я бы хотела снова попасть в сказку о Фрэнсисе, - произнесла я в темноту.
– И прожить её по-настоящему.

– А ты разве уже её не прожила?
– отозвался мягкий голос в темноте. Сейчас он не был похож на голос Альто. Словно эхо другого, смутно знакомого мне голоса.
– Десять лет в ледяной башне - разве этого недостаточно? По мне, даже несколько чересчур.

– Но я свободна, - возразила я.
– И Фрэнсис свободен. сейчас, когда свободны все мужчины.

– И обожает риний, конечно же.

В голосе послышалась ирония, но тёплая, не обидная. И в ней была правда. Ведь если Фрэнсис прошёл той же дорогой, что и Альто, сможет ли он верить риниям? Поверит ли он мне?

– Десять лет ожидания в ледяной башне что-то значат, - произнесла я.
– Разве нет? А если и нет, значит. значит, это будет короткая и грустная сказка. Но всё же сказка.

– «Прекрасная принцесса подошла к нему и обратила на него взгляд чудесных глаз цвета речной воды, - продекламировал голос из прошлого.
– Но юноша остался холодным и безучастным. За годы, проведённые в обществе огненных ведьм, он научился любить лишь себя, и ледяные стены столь же надёжно ограждали его от других людей, сколь и величественная ледяная башня принцессы».

– «Но юноша желал тепла, - возразила я.
– Как и все, он хотел быть любимым. Хотел увидеть огонёк в ночи, услышать голос, обращённый к нему, тёплое плечо, чтобы к нему приникнуть. Хотел, чтобы его выслушали и поняли. А кто может выслушать и понять лучше, чем влюблённая в него женщина?»

– Ты удивишься, сколько влюблённая женщина может не понять, - произнёс Альто своим обычным голосом.
– И на что готовы пойти упрямые юноши, чтобы остаться в одиночестве.

– Значит, это всё-таки будет сказка с грустным концом?
– тихо спросила я.

Альто неожиданно обнял меня за плечи.

– Конечно, нет, - негромко ответил он.
– Любовь не предполагает грустного конца. Просто это будут две сказки. С разными дорогами.

Я откинулась на его руку и закрыла глаза.

– Хорошо бы и у нас были две счастливые сказки, - пробормотала я.
– Потому что с Нариссом я могу представить только дом ужасов. И не только для себя.

– А ведь твой клан, возможно, такой же дом ужасов, - ровным голосом произнёс Альто.

Я чуть не подскочила на кровати, забыв, как удобно лежать на руке Альто.

– Ты вообще что несёшь?
– хрипло проговорила я.

Альто тяжело вздохнул.

– Вот говорил же себе, что язык мой - враг мой. Но не выдержал.

Он сел на кровати, обхватив руками колени. Одеяло упало с голых плеч. Сейчас, в темноте, исчезли вздёрнутый подбородок и безупречная осанка, и Альто выглядел не старше, чем Фрэнсис в свои семнадцать, с такими же растрёпанными волосами и ссутулившимися плечами.

– Объяснись, - резко сказала я.

– Всё очень просто. Когда двое людей живут вместе, - по лицу Альто скользнула невесёлая усмешка, - они прокладывают границы. Они учатся говорить друг другу: «Да, это здорово, мне нравится» и «Нет, пожалуйста, сделай шаг назад, мне неприятно». Понимаешь?

– Конечно. Бабушка учила нас с Тейей договариваться ещё с детства...

Альто негромко засмеялся.

– Договариваться. Конечно. Но, видишь ли, вы с Тейей были равными. А если бы у тебя был брат, который любил бы тебя больше жизни, подчинялся тебе во всём и видел в этом только радость?

Я почувствовала, как улыбаюсь.

– Ну, это было бы весьма прият.
– начала я. И остановилась.

«Подчинялся бы тебе во всём».

– Ты поняла?
– негромко спросил Альто.

– Да, - тяжело сказала я.
– Он не смог бы прочертить свои границы. Не смог бы сказать мне: «Подожди, мне это не нравится, перестань». Некому было бы меня остановить. А я. я не до конца умею останавливать себя сама.

– Справедливости ради, до высот Лорены ты бы не дошла, - тяжело произнёс Альто.
– Да и твоя бабушка, по словам Гордона, способна была на благородство. Но этого недостаточно, Кора. Ты же знаешь, что этого недостаточно.

Я молчала, закусив губу больно-больно, почти до слёз. Недостаточно. И Альто никогда, никогда, никогда не свяжет свою судьбу с кем-то, кто даже теоретически может посягнуть на его границы невозбранно, как это делала Лорена.

– Твой дом и клан были для кого-то адом, - завершил Альто.
– Это истина. А отрицать её... зачем?

– Незачем, - глухо сказала я.
– Альто. а как это бывает? Когда ты. подчиняешься? Ты испытываешь протест внутри? Или тебе хорошо, а в сердце живёт нежность? Или.

– Ты правда хочешь знать, как называется это чувство?

По моей спине прошёл холодок. Несильный. Плохое предчувствие. След невысказанной вслух мысли. Потому что в ровном голосе Альто мне вдруг почудилась сдержанная ярость.

– Это любовь, - подчёркнуто нейтральным тоном произнёс Альто.
– Истинная. Настоящая. А заодно и потеря критического мышления, когда речь идёт о твоей любимой. Её просьбы, капризы, особенности её характера тебя просто не задевают.

– И. ты чувствовал себя счастливым?

Альто встал с кровати. Почти голый, он всё же выглядел уверенным и величественным, словно принимал гостей в тронном зале.

– Думаю, да, - светски произнёс он.
– Как мужья твоей бабушки, например.

– Моя бабушка - не Лорена Флори, - твёрдо произнесла я.

– Ну да, совсем нет. Привязала к себе шестерых рабов - сущий пустяк, надо сказать. Как ты думаешь, у тебя было бы больше? Или ты ограничилась бы тремя?

Я вскочила с кровати, сжав кулаки.