Чтение онлайн

— Пользуясь вашей же аналогией, — холодно возразил Аратай, — гнилые ветви следует отсекать раньше, чем они погубят дерево.

— Ветвь можно вылечить, а не рубить сгоряча. Можно посадить в землю и надеяться, что она даст добрые всходы. Это дольше, тяжелее, требует усилий…

— Неоправданных.

— Поспешность суждений — признак слабости ума, не в обиду сказано, мой дорогой брат, — женщина обвела взглядом зал. — Есть время дел, есть время раздумий и наблюдений. Клан гор считает, что эта ветвь достойна присмотра.

Селена встала, приблизилась к весам, раскрыла ладонь, уронив горсть изумрудов на одну из чаш.

Между Повелителями воцарилась напряженная тишина.

В приоткрытое окно вместе с дуновениями сквозняка вползали звуки вечерней столицы: далекое ржание лошадей, стук набоек на сапогах стражи, шелест разговоров. Но сам зал собраний погрузился в тяжелое молчание, нарушаемое лишь дыханием драконов.

Колокол на центральной башне Капитолия прозвонил девять раз.

— Голосование окончено, путь выбран, — кашлянув, объявил Веронар. — Совет поддерживает прошение эссы Ланкарра о снятии Печати с отлученного Риккарда из Дома льда.

Сердце подкатило к горлу, застучало кровью в висках. Зал поплыл. Я едва удержалась на ногах: силы внезапно покинули меня.

Мы победили?

За спиной собирались грозовые тучи. Ледяное дыхание севера растекалось по залу, предвещая… что? Я боялась обернуться, посмотреть на Аратая. Чем ответит на решение Совета непреклонный Повелитель снегов?

— Поступайте, как хотите.

Аратай встал и в сопровождении Сараска направился к выходу. Ровер задержался, с интересом посмотрел на Рика, будто собирался ему что-то сказать. Но передумал, покачал головой, усмехаясь собственным мыслям, и поспешил догнать Владыку Севера.

— Поздравляю! — Исхард ненадолго задержался.

— У тебя будут неприятности, — Рик кивнул на удаляющуюся спину Повелителя Севера.

— Решение принято. Оно взвешено, справедливо и направлено на благо Предела, — сухо отозвался эсса, напоминая: долг долгом, но дружеских чувств к меченому он по-прежнему не испытывает. Потом снежный лорд повернулся ко мне, и взгляд слегка оттаял. — Ты держалась молодцом, Солнце. Особенно для первого раза.

— Она смелая девочка, — подтвердила Каттера, ободряюще кивнула нам и удалилась, что-то обсуждая с примкнувшей к ней Астрой. Блондинка отнеслась к проигрышу философски, будто ее совершенно не волновала судьба голосования.

Мы трое неловко замолчали.

— Эсса Ланкарра, не поможете мне?

Дамнат опустошенно сидела у чаши с весами, точно оборвавшаяся связь с Повелителем гор и цветов забрала у нее все силы.

— Да. Конечно, — ухватилась я за предлог хоть как-то выйти из сложившейся ситуации. — Исхард, если ты не возражаешь, поговорим завтра?

— Хорошо.

Чувствовалось, другу хочется что-то спросить немедленно, но тактичный эсса был готов подождать до утра, прекрасно понимая про неподходящий момент. Коротко простившись, он последовал за соклановцами, я же протянула руку Дамнат. Тонкие ухоженные пальцы стальной хваткой вцепились в мое запястье, рванули, едва не свалив с ног. Великая Мать, не думала, что бард настолько тяжелая!

— Мы в расчете, sei-ar, — шепнула Селена на ухо, подмигнула и поспешила к ожидающему ее у дверей Веронару, позабыв, что пять секунд назад не держалась на ногах.

— …береги спину, — пока я отвлеклась на Дамнат, к Рику подкралась Повелительница Луэль. — Мое почтение, эсса Ланкарра. Восхищаюсь людьми, способными на безрассудные поступки — они напоминают буревестников. Знаете, говорят, эти птицы часто разбиваются о скалы. Но когда удается поймать надежный ветер, им не страшен даже самый лютый шторм.

Я в растерянности смотрела на поднимающуюся к выходу Повелительницу Запада, пока меня не отвлек Рик.

— Ты… сделала это! Ты и правда сделала это, Лань!

На побледневшем лице лихорадочно блестели черные глаза. Впервые на моей памяти меченый выглядел настолько огорошенным. Наконец, прорвавшись сквозь суету, пришло осознание.

— Мы сделали. Вместе!

Мы победили! У нас получилось! С Рика снимут Печать!

Радость прорвала плотину недоверия, и я бросилась на шею дракону. Необычайная легкость захватила тело, вскружила голову. Казалось, ничего не мешало распахнуть крылья и взлететь прямо сейчас, в реальности, а не в мире снов.

— Кхм, — кашлянула Харатэль, разрушая эйфорию. — Жаль прерывать вас, но раненому давно пора возвращаться в лазарет. Лана, я не собираюсь ни тащить твой коготь на загривке, ни тем более оправдываться перед леди Нархарой.

***

Война закончилась.

Эта. Но сколько их еще будет? N’eari продолжит проверять на прочность барьер мира снов, а значит, через десять лет, сто, тысячу все повторится. Возможно, новые марионетки Владыки Хаоса уже скрываются среди кланов, цедят любезности в лицо и плетут за спиной сети интриг, терпеливо дожидаясь шанса нанести удар. Глупо полагать, что у заточенного Дракона не было запасного плана, пусть разыгранная им серебряная карта и оказалась невероятно, убийственно сильной.

Излишне, однако, сваливать все бедствия на интриги Древних. В душах людей и драконов достаточно хаоса, дабы призвать на просторы подлунных королевств новую кровавую бурю, и мне приходилось молиться Небесам, чтобы уроки прошлой войны изгладились из памяти людей не слишком скоро.

Как бы то ни было, жизнь постепенно вливалась в мирное русло, и все возвращалось на круги своя.

Селена пропала сразу после памятного суда, не дав мне возможности поблагодарить ее. Да и сомневаюсь, что для Дамнат имели значение слова признательности. Насколько я успела изучить драконицу, ей были чужды сантименты. Она просто оплатила давний счет, и больше нас ничего не связывало: у меня не осталось тайн, способных заинтересовать Странницу. Но, возможно, когда-нибудь ей все-таки захочется узнать продолжение этой истории, и она снова явится в мою спальню, без стука и приглашения.

Галактия вернулась к Братству. Пока Йорк прикован к постели, ученице надлежало стать его глазами и руками в непростом деле по чистке рядов Ложа от скверны предательства. Помочь ей, естественно, рассчитывая на особую благосклонность, вызвался Дирк Риттер. Сомневаюсь, правда, что у парочки хватит времени для любовных утех. Юную охотницу, волей случая проникнувшую в тайны Храма и Братства, ждала блистательная карьера доверенного лица магистров.

Я не взялась бы предсказать, как сложится дальнейшая судьба — ее и моя. Возможно, мы пронесем нашу странную дружбу через года, подпитывая редкими встречами и неуклюжими, полными недомолвок письмами. Или же жизненные дороги будут расходиться все дальше, пока однажды, случайно свидевшись, мы не поймем, что абсолютно чужие друг другу люди. Но сегодня мне не хватало ее присутствия.

Кристофера удостоили чести стать одним из когтей Харатэль. Вредный рыжик дня три задирал нос и многозначительно улыбался, делая вид, что допущен к фундаментальным секретам мироздания, хотя на месте Альтэссы я бы не доверила ему выносить ночной горшок. Неделю назад он пропал — отправился выполнять какое-то жутко секретное и невероятно важное поручение — и я не знала ли, успеет ли он вернуться: пускай его наглая рыжая морда временами раздражала до безумия, я хотела бы попрощаться, прежде чем снова надолго оставлю Южный Предел.