Право первой ночи для ледяного дракона, или Баба Зоя против!
Шрифт:
Упав на бок, я повернулась на спину и посмотрела в синее небо.
Глядя на дракона, который увеличивался в размерах, думала о том, что трубка всё же помогла спасти жизнь. Не стукни я ей по кинжалу, юный фанатик вогнал бы железку себе в сердце.
Всё было, как в замедленной съёмке. Дракон опустился и стремительно преобразился, а ко мне бросился покрытый красивой радужной чешуёй Кахин.
– Эдана!
Коснулся моей окровавленной груди и шумно выдохнул, глядя так, что сердце замерло. Кажется, он решил, что я ранена. Убедившись, что это не так, обрадовался. Мои губы шевельнулись, и мужчина склонился:
– Что ты сказала?
– Моё имя Зоя, повелитель – призналась я.
Но Кахин не услышал, поскольку Калхон накинулся на него голодным зверем. С диким рычанием сбил с ног, и мужчины покатились по земле, пытаясь одолеть друг друга. Разумеется, повелитель быстро справился с раненым и аккуратно скрутил ему руки за спиной.
Я приподнялась, тоже сражаясь, – с собой и дурнотой, – но тут же снова улеглась на землю.
– Что-то мне нехорошо…
– Поскорее убейте меня! – услышала злобное и отчаянное шипение Калхона. – Я стал зависим, как и вы, мой повелитель! Стоит этой женщине приказать мне, я могу напасть даже на вас!
– Повторю ещё раз. Я не зависим от потомка Марагонии, – спокойно и уверенно проговорил Калхон. – Это невозможно, ведь Эдана – моя истинная пара.
– Нет! – почти истерично взвизгнул молодой воин и попытался вырваться. – Княгиня – жрица, мой повелитель. Эта женщина – жрица! Она управляла мной. Клянусь моей преданностью вам!
Кахин нахмурился и бросил на меня быстрый взгляд. А молодой воин жарко продолжал:
– Она скрывала свои способности, но, когда едва не выскользнула из моих когтей, проявила свою истинную сущность. Боясь разбиться, она повелевала мной!
Я попыталась приподняться и всё объяснить:
– Эй, дело в том, что…
Но горло будто тисками сжало, и раздалось лишь сипение.
– Княгиня – моя женщина, – ледяным тоном напомнил Калхон. – Того, что ты говоришь, не может быть. Вы не были близки.
– Её сила велика! – Дракон глянул на меня исподлобья, и я невольно содрогнулась от дикой смеси обожания и ненависти. – Она может скрывать свой дар. И управляет драконом даже без физической близости. Жрицу нужно немедленно убить!
Кахин обернулся, и в его взгляде я заметила подозрение. Нет, он мудрый мужчина, и не мог бы поверить в этот бред. Или мог? Всё было против меня. И этот фанатик, и странное оцепление, охватившее меня после того, как кинжал вонзился в грудь молодого воина.
И сразу вспомнила записку, которую оставил Октавий.
«Убирайся, злой дух!»
Мои руки и ноги начали леденеть, я уже не ощущала пальцев, а повелитель кивнул пальцев на воткнувшийся в землю окровавленный кинжал:
– Где ты взял это?
– Не знаю, повелитель…
– Кахин, – леденея от ужаса, прошептала я. – Кажется, я умираю. Но почему?!
Увы, кажется, мужчина не услышал меня.
«Эй, ты, скользкий тип! – воззвала про себя. – Где ты? Приди и спаси меня ещё раз!»
«Я могу только повелевать драконами, – услышала ответ. – Я не в силах преодолеть силу артефакта».
Так дело в кинжале? Но почему плохо мне, если дракон бил в грудь себя?
«Моя вина, – призналось существо. – Магия жриц связала ваши тела. Но другого выхода не было, ведь ты могла погибнуть».
«Будто я сейчас не умираю», – разозлилась я.
Собрав последние силы, я попыталась преодолеть слабость и выкрикнула:
– Кахин! Позаботься о девочках. И…
Он повернулся, и взгляды наши встретились.
– Ты самый лучший, – призналась ему. Слабея, добавила: – Во всех мирах.
Глава 57
Кахин
Мой воспитанник смотрел на меня печально и одновременно с вызовом.
– Зачем ты ранил себя? – устало спросил я.
– Я хотел спасти вас, мой повелитель, – упрямо заявил он, крепко спелёнатый моей магией. – Этот кинжал однажды чуть не убил княгиню, пронзив её грудь. Жрица тогда спаслась, но я мог забрать её с собой, если бы убил себя. Нас связала магия Марагонии!
Вспомнив нашу первую встречу с иномирянкой, я вздрогнул. Значит, кинжал – магический артефакт? Как же я этого не увидел?
– Сколько повторять, что Эдана не жрица? Поверив Арчему, а не мне, ты едва не погиб, идиот.
– Лучше я, чем вы. Только так я смогу отплатить вам за всё, что получил. Эта женщина больше не будет вашей зависимостью…
– Она и не была! – рыкнул и тряхнул его за грудки. – Тебя обвели вокруг пальца! Эдана – моя истинная пара. Женщина, предназначенная мне судьбой.
– Вы ослеплены её чарами, – настойчиво твердил он. – Она управляла мной. Клянусь!
– Кахин! – вдруг услышал дрожащий голос Эданы. – Позаботься о девочках. И…
В груди похолодело, и я, разжав руки, повернулся.
– Ты самый лучший, – она улыбнулась мне так, как улыбаются на прощание: – Во всех мирах.
– Нет! – кинулся к женщине, но она уже была бездыханной. Я прижал к себе её тело и запаниковал: – Что? Как? Ты же не была ранена…
Рядом приземлился Коэн, и к нам бросились сёстры Эданы.
– Стойте! – предупредил их.
Но над головой закружил Волластон, и кот, которого одна из девочек держала на руках, проворчал:
– Ушла душа. Её прогнала кровь дракона!
– Как? – ахнула Талилия.
– Этот кинжал, – продолжил кот. – Артефакт самой Марагонии. Хранился у матери Эданы, потом перешёл к старшей сестре. Даже драконы не могли почуять его магию!
– Нужно его уничтожить! – девочка схватила оружие и собралась разломить пополам, как кот мяукнул:
– Ма-о-о! Только он вернёт душу из другого мира обратно!
– Как? – в отчаянии выдохнул я. – Умоляю, скажи, животное! Я не могу потерять свою истинную пару…
Волластон закружил над нами, курлыча и рассыпая сверкающие искры.