Чтение онлайн

В течение веков и вплоть до наших дней русская православная церковь стремилась использовать искусство для объединения верующих, эмоционального возбуждения у христиан глубоких религиозных настроений и чувств. Культовое зодчество, иконопись, хоровое пение, предметы культа (кресты, покрывала, медальоны), роспись храмов, религиозная литература предназначены для демонстрации могущества бога и ничтожества, бессилия человека. Специфические формы эмоционально-образного отражения окружающей действительности, только в искаженном виде, нужны церкви как способ отрыва, отчуждений паствы от объективно существующего мира.

Современные богословы принялись доказывать, в частности, тесную связь народной и церковной музыки. По их мнению, основная роль церковного песнопения заключается в том, чтобы «при помощи напева раскрыть содержание и смысл религиозного текста» на понятном и близком народу языке. Сейчас широко практикуется исполнение церковных песнопений всеми, кто присутствует на богослужениях (вместо церковного хора, ибо все меньше желающих «петь на клиросе»). При этом верующие вынуждены глубже вникать в смысл и содержание текста, ощущая себя соучастниками происходящего, а не просто молящимися, что оказывает большее эмоциональное воздействие, чем прежде.

В религиозной литературе Московского патриархата часто встречаются различные статьи и богословские изыскания, где авторы преподносят церковное искусство как «неземное», имеющее «особые формы, совсем не похожие на формы и образы мирские, начиная от внешнего вида храма и кончая самыми малыми предметами церковного обихода. Все в церкви приведено в соответствие с ее „надмирной“ природой и все согласованно служит ее конечной цели — спасению мира». Подобными аргументами богословы стараются поднять авторитет православия в среде молодого и среднего поколения.

Между тем «история общественного развития и искусства при верном научном ее исследовании дает богатейший материал для разоблачения надуманных положений теоретиков прошлого и настоящего, утверждающих родство и вечную связь искусства и религии. Марксистско-ленинское учение доказывает, что история развития искусства — это история его борьбы с религией, история постепенного освобождения от цепких пут христианской догматики» [92] .

Коммунистическая партия всегда уделяла и уделяет пристальное внимание социалистическому искусству, чтобы с его помощью осуществлять эффективную работу по коммунистическому воспитанию трудящихся, приобщению их к художественному творчеству, стимулирующему проявление народных дарований. Далеко не безразлично, какое искусство воспринимает советский человек и каковы его эстетические ценности.

Н.К. Крупская разъясняла: «Противостоять религиозным влияниям можно, лишь приобщив массы к искусству, сделав его максимально народным, близким массам, организуя массы на почве искусства». Она призывала «неустанно работать над тем, чтобы придать искусству более народный характер, больше увязать его с бытом, с настроением, с переживаниями масс» [93] .

Советская творческая интеллигенция вносит весомый вклад в общенародное дело строительства коммунизма. В искусстве глубоко отражается социалистический реализм, находит отклик то, что предопределяет жизнь советских людей в сфере экономики, политики, идеологии, нравственности. Создаются произведения, достойные истории нашей страны, ее настоящего и будущего.

В Отчетном докладе ЦК КПСС XXVI съезду партии говорилось: «Бесспорны успехи творческих работников в создании ярких образов наших современников. Они волнуют людей, вызывают споры, заставляют задумываться о настоящем и будущем… Не могло не отозваться в советском искусстве и растущее внимание нашего общества к вопросам морали. Человеческие отношения на производстве и в быту, сложный внутренний мир личности, ее место на нашей неспокойной планете — все это неисчерпаемая область художественных поисков. Важно здесь, конечно, добиваться того, чтобы актуальностью темы не прикрывались серые, убогие в художественном отношении вещи. Чтобы герои произведений не замыкались в круге мелочных дел, а жили заботами своей страны, жизнью, наполненной напряженным трудом, настойчивой борьбой за торжество справедливости и добра» [94] .

XXVI съезд КПСС наметил исторические задачи дальнейшего развития социалистической культуры и искусства, повышения их роли в формировании марксистско-ленинского мировоззрения, более полном удовлетворении многообразных духовных потребностей советских людей.

Естественно, что торжество идей коммунизма в корне подрывает устои религии. Однако богословы и духовенство не хотят сдаваться, концентрируя все усилия на том, чтобы тем или иным образом приспособиться к трудной для них обстановке.

Советские ученые подчеркивают необходимость не только «строгого и точного учета в атеистической пропаганде… конкретных форм религиозной интерпретации социальных явлений, но и выяснения их мировоззренческой направленности, идеологического значения, практической роли. Нужно при этом иметь в виду, что попытки богословов отождествить социальные принципы христианства с коммунизмом порождают немало иллюзий хотя и об ограниченной, тем не менее положительной функции религии в таких областях, как область социальных отношений, культуры, нравственности» [95] .

Христианство, как и всякая другая религия, «направляет» общение людей. Высшим его видом духовенство всегда считало богообщение, второстепенным — общение с ближними, то есть с семьей, окружающими, обществом в целом. Здесь-то, в культовой деятельности, и происходит якобы общение с «небесными силами», влияющее на все стороны жизни.

В период раннего христианства, когда его становление и развитие протекало в окружении иных религий, проповедники и приверженцы нового вероучения собирались тайно — в пещерах, домах для богообщения. Однако уже тогда, не возлагая особенные надежды на «волю божию», проповедники стремились вооружить своих последователей знанием веры и сосредоточить их усилия на религиозной пропаганде среди родных, близких, знакомых, чтобы увеличить количество христиан, создать домашнюю церковь…

Христианство вначале возвещало «скорое пришествие Христа» на землю — он освободит своих «детей» от несправедливости, угнетения, улучшит их жизнь. При рабовладельческом строе эта иллюзорная идея привлекала обездоленных, отчаявшихся и бесправных. Они становились активными распространителями религиозных взглядов и представлений, помогая проповедникам вербовать себе «овец пасомых». Тем самым духовенство и верующие совместными практическими усилиями, не ожидая вмешательства Иисуса Христа, собирали и объединяли ближайшее окружение. Далеко не всегда и не везде объединение шло мирным путем. Читатель уже убедился, что, когда не действовали увещевания, доказательства «бытия божия», тогда, опираясь на «священное писание», служители культа призывали к бескомпромиссной, беспощадной войне против идолопоклонников, то есть язычников. Усилившаяся христианская церковь заслужила признание правителей и эксплуататорских классов. Христианство, получив поддержку власть имущих, становится господствующей религией во многих государствах. Духовенство уже не обещает «скорого пришествия Христа», а отдаляет его на неопределенное время.

Частые, почти непрекращающиеся междоусобные и захватнические войны рабовладельцев и феодалов тяжким бременем ложились на плечи трудового народа, усугубляли его и без того тяжелое положение. Массы ищут спасения, «веры, надежды, любви» в религиозном утешительстве. Духовное успокоение, убаюкивание верующих несбыточными иллюзиями приносит служителям культа ощутимые успехи. Христианство превращается в определенный социальный институт, который обязан быть послушным воле «начальников на земле». Иначе без их заступничества оно не могло бы только утешительством объединить миллионы верующих.