Чтение онлайн

На предыдущей остановке в вечернее время водитель всегда предупреждает пассажиров, что если их застанут без билета и высадят в окрестных местах шансов выжить мало. Салон сразу освобождается наполовину. Если зайцы и остаются, то только те кому либо терять нечего, или которые знают этот район как свои яйца, - типы вроде меня.

Сразу видно, что люди здесь живут небогатые. Домишки все облупленые, крыши ржавые, запах стоит как в нечищенном свинарнике. Здесь рядом городская свалка находится.

Я услышал шаги - двое идут за мной. Обернулся сразу, чтобы недоразумений не было. Врядли примут за знакомого, но дать понять, что душа у меня вовсе не в пятках надо. К счастью, один из них узнал мою рожу, схватил товарища за руку и оба исчезли в ближайшей калитке.

Я умиротворенно вздохнул, осознавая, что не забыли еще Козьму и двинулся дальше. Как бы не перепутать. В этом месте все домишки похожи один на другой из фанерных щитов сделаны и одинаковой краской покрыты. Но Маркелов дом пропустить невозможно. Даже в адски нестерильной местности его жилище - один черт, что хлев у нерадивого крестьянина. Окна клеенкой залеплены, дверь просто так прислонена, в крыльце дыры - без ног остаться можно. Из щели выпрыгнула собака и едва не зашибла меня уделанным репьями хвостом. Я заткнул нос и шагнул в сумрак.

Мой брат - это вообще феномен. На своем уникальном чутье мог бы большущие бабки зарабатывать. Ему предлагали место нюхача на парфюмерной фабрике. Но он - вольное существо, дитя природы. Без помойки ему жизни нет. Все что ему надо - по помойкам шариться, бутылки собирать, другое его не прельщает. Зато в этом деле своим нюхом он может по заказу любую вещь отыскать. Местная знаменитость, за определенное вознаграждение от местных бичей готов выполнять заявки. Один раз какой-то тип заказал ему найти деньги. Любые. Через два дня Маркел напал на клад - кто-то кучу долларов посеял в мусоре. Ну на радостях они забурились в ближайший кабак, немного потратили на выпивку, часть ушла на баб, которые растрезвонили на всю округу о невероятном везении моего братца. Вскорости пожаловали хозяева сокровища, ну может быть и не хозяева - кто знает. Однако у обоих кладоискателей фиолетовый оттенок лица через месяц прошел. С тех пор Маркел больших денег сторонится.

Зашел я в дом. Ну так и есть! Забываю все время, что у Маркела за этим шкафом туалет. Придется теперь ботинки мыть. Долорес жуть как запаха дерьма не переносит.

– Маркел!

Из под вороха газет высунулась неумытая пьяная рожа.

– А, Козьма. Принес?

– Конечно.
– Я протянул ему виски. Хоть и бич, а пижонства в нем на десятерых хватит. Я, мол, всякую гадость пить не могу, мне подавай "натур продукт".

После обильного причмокивания и слюнопускания поллитра как не бывало.

– А-а-а. Хорошо.

Зеленые щечки кровью налились, в глазах радость жизни появилась чертовски приятно ощущать мгновенные результаты твоих забот и трудов. Вот где братская любовь просыпается.

– Дело есть?
– догадывается Маркел.

Еще бы. Без дела в этот гадюшник меня трезвого не затащишь.

Даю ему огрызок.

– Надо определить, что за сигарета.

– Нет проблем.

Я предложил ему зажигалку, но он отстранил руку, деловито вытер пальцами сопли и обтерев их о штаны, залез в нагрудный карман своего несвежего пиджака

– Смотри что у меня есть.
– Передо мной предстала очередная находка недешевая инкрустированная зажигалочка из тех, что подаются гостям в богатых домах. Неплохой экземплярчик. В другое время я поинтересовался бы его историей плотнее, но было не до того.

Маркел долго смолил, выпуская дым из всех отверстий, пока не остался один фильтр. Задумчивая его рожа и отсутствие реакции едва не заставили меня заорать, но брат вышел из минутного паралича и вяло протянул:

– Не-е-е, - ничего подобного ни разу не курил.

Это очень интересно. Чтобы Маркел и не курил. Разве такое бывает?

– Я и сам удивляюсь, но, как говорится - против логики не попрешь, особенно если она железная.

– Ладно.
– Я даже не пытался скрыть разочарования.
– Если сообразишь, выходи сразу на меня.

– На наркотик не похоже. Может какой новый сорт.
– видя мое растройство Маркел извиняюще повел плечами.

Я попытался избавиться от накопившихся за день отрицательных эмоций и, прежде всего, заставил все тело вздрогнуть, ну а потом как всегда:

– Не говори мне, что у тебя нет простой водки.

– Пива - пей не хочу.

– А-а-а, черт с ней...

...Домой возвращался в худшем настроении, чем заявился к братцу. Мало того - невпопад зарядил дождь, и через пять минут жидкости на мне стало больше чем в мочевом пузыре, который я опорожнял по пути раз пятнадцать. Единственная польза состояла в том, что ботинки от дерьма отмывать не надо - под струями воды они стали как новые.

...В доме тишина. Долорес лежала в постели, сжимая в нежной ручке пульт от телевизора, который еле заметно шипел, помигивая серой рябью экрана, словно боясь разбудить.

Ну уж нет, я к ней не притронусь. Лучше на раскладушке лягу, чем стану ее отодвигать и будить. Склонился только, чтобы погладить ее щечки.

Сопит моя милая, улыбается во сне. Ну нет. В гробу я видал эту раскладушку. Теперь уже я завелся. Дай только раздеться, крошка...

Глава 4.

Все-таки не пойму я ее. Не Долорес. Жизнь не пойму. Да и Долорес впрочем тоже. Всегда мне приятно с ней, но стоит только проявиться ее характеру, как все летит к чертям. Ей перемены в жизни подавай. Из нее бы, между прочим, неплохой путешественник-естествознатель вышел или пират - джентельмен удачи, гроза мужиков. Ни один бы живой из под нее не выполз. Кроме меня. Она так прямо и говорит. Да и я верю. Порой всю ночь пилимся, другой бы уже сдох давно, я все как огурчик. Вот только ведь не железный. Поэтому наступают периоды, когда хочется бросить все нахрен. Хорошо что это совпадает и с ее исканиями, расстаемся быстро и без сожалений.

Теперь вот снова вместе. Интересно надолго ли?

Ночь. Спит город. Иногда слышен шум самолета. Аэропорт далеко, но изредка прорывается рев лайнеров. Особенно ночью и после дождя. Капли еще неназойливо барабанят по карнизу. Кареглазая прижалась ко мне, губками в шею впилась. Даже во сне предпочитает действие.

Я не могу уснуть, но никогда не психую при бессонице. От нее еще никто не умирал. Зато есть время все обдумать.

Итак, прибавился еще один пункт: труп номер два. Несомненна теперь связь между всеми пятью. Раз этот выходил на связь со мной насчет мотоцикла, а вдобавок сигарета в руке.

Теперь ясно прослеживается цепь: кто-то угоняет мой мотик, чтобы я спустился вниз искать Петровича и, скорее всего так, чтобы я мог предотвратить преступление. Одновременно он звонит в милицию. Так, стоп. Выходит он должен был поторопить меня, чтобы я выскочил из "Айсберга" тогда, когда это было нужным.

Сейчас надо вспомнить, кто бы это мог быть. Официант? Нет, он даже приставал ко мне, со своими чаевыми. Тот детина на кухне тоже исключается. Кто же? Сегодня все равно заеду в ресторан, в его обстановке легче будет вспомнить. Пойдем дальше. Красотка, выпорхнувшая из склада. Как-то неувязывается ее тип женщины с жестоким убийством. И, как мне показалось, она была напугана чем-то. Может не она? Черт! Надо будет осмотреть склад: может там другой выход есть. Я никого не видел, хотя там есть где спрятаться. Но думаю менты не настолько глупы, чтобы не обследовать все. Значит если и был кто-то, то он успел уйти и до девицы и до меня тем более.