Чтение онлайн

Существует также плюралистический подход к легитимации права. В рамках этого подхода исследуются не только легитимация права, но и легитимация органов государственной власти. Причем сторонниками этого подхода право рассматривается как один из институтов государственной власти 176 . Легитимация права здесь взаимосвязана с легитимацией институтов государственной власти: «Юридическое в большинстве случаев опирается на легитимирующую силу политики для собственной легитимации, а политическая власть, в свою очередь, считается законной на основе юридических процедур, которые ее организуют. Именно политика дает формальную легитимацию законодательству, а в плюралистических обществах, таким образом, легитимируется и значительная часть его содержания» 177 . Получается, что если государственная власть будет легитимной, то и право будет легитимным.

М. А. Супатаев представляет еще один подход к легитимации права. Он рассматривает такое явление, как легитимация права в контексте российского права. По его мнению, категория культуры позволяет содержательно и разносторонне раскрыть суть ценностного обоснования права в обществе 178 . Ученый исходит из того, что легитимность российского права зависит от признания и поддержки его норм самыми широкими слоями многонационального народа России, характеризующегося чрезвычайной социокультурной разнородностью 179 .

Представители еще одного подхода призывают отойти от позитивного понимания права к синтезу различных подходов к праву. Если рассуждать с позиции российского ученого-позитивиста М. И. Байтина, то данное понимание права можно назвать широким 180 . Охарактеризуем сам подход. Он называется духовно-нравственным. Этот подход в правопонимании позволяет, с одной стороны, раскрыть национальный, духовно-нравственный характер представлений о юридической справедливости и правосудии и благодаря этому определить условия легитимности права, а с другой – рассматривать закон как выражение этого национального, духовно-нравственного характера и основную форму, закрепляющую меру воздаяния, равный масштаб, применяемый к субъектам права 181 . С точки зрения представителей данного подхода, право, отражающее нравственные и духовные ценности общества, будет легитимным.

Позиции ученых, представителей названных выше направлений и подходов, отличаются прежде всего их взглядами на отношение к позитивизму в праве 182 и касаются вспомогательных предметов исследования легитимации.

Еще одно отличие в позициях ученых, представителей очерченных выше направлений и подходов в юриспруденции, заключается в разных представлениях об условиях легитимности, при реализации которых в реальной жизни право получает народное признание и которые реализуются с помощью легитимации. Например, в одной теории говорится, что право не должно противоречить моральным принципам общества 183 , в другой – что право должно соответствовать социокультурной среде общества 184 . По третьей – для легитимности права необходимо, чтобы общество воспринимало бюрократический аппарат органов государственной власти как «публичный менеджмент», обладающий специфическими навыками, знаниями и умениями 185 , и др.

Отличия в позициях ученых относительно легитимности и легитимации во многом обусловлены выбранными ими методологическими рамками рассмотрения права. Нами систематизированы отмеченные рамки. Так, некоторые ученые рассматривают право как один из институтов государства, и тогда говорится о легитимации государства и его институтов, при легитимности которых становится легитимным и право. С позиций других право рассматривается как часть системы, правового режима. И тогда условия легитимности права определяются в зависимости от условий легитимности правового режима. Третьи рассматривают право как самостоятельное явление. В этом случае определение условий легитимности и сама легитимация права обусловливаются непосредственным взаимодействием с правом.

Теперь проиллюстрируем основные предметы легитимации права на примере правового режима в сфере введения в России моратория на смертную казнь. Концепт смертной казни как меры наказания признан принципами и нормами международного права явлением, противоречащим гуманистическим ценностям и не выполняющим функцию исправления осужденного. Россия, будучи государством, вошедшим в Совет Европы и присоединившимся к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, также стремится соблюдать фундаментальный принцип, запрещающий отнимать у человека жизнь 186 . Формально-юридически это стремление выражается во введении посредством актов Конституционного суда Российской Федерации временного моратория на применение смертной казни 187 .

Итак, соответствие российского права общепризнанным принципам и нормам международного права является одним из важнейших условий его легитимности, благодаря которому авторитет права в глазах народа, несомненно, повышается. В данном случае условием легитимности выступает отмена смертной казни в российском государстве. Поэтому в качестве процесса, с помощью которого (в нашем примере) право становится легитимным, справедливо рассматривать присоединение России к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также введение временного моратория на применение смертной казни в стране. Ведь благодаря этим процедурам условия легитимации воплощаются в жизнь.

Социокультурной причиной, препятствующей легитимности отмены смертной казни в России на протяжении почти всего прошлого века, было общественное мнение, в целом позитивно принимающее смертную казнь. В 90-е гг. прошлого века благодаря влиянию средств массовой информации, деятельности политиков, внутренней и внешней конъюнктуре общественное мнение стало склоняться в противоположную сторону. Смертная казнь к моменту ее отмены стала восприниматься значительной частью россиян как фактор, противоречащий гуманистическим ценностям, не выполняющий в оправдывающей себя мере функцию профилактики правонарушений, подрывающий авторитет государства, препятствующий его развитию в направлении правового государства, демократизации и гуманизации. Отмеченная тенденция неприятия российскими гражданами смертной казни сохраняется и в настоящее время. Так, если обратиться к данным Фонда общественного мнения (ФОМ), то россияне с каждым годом все больше склоняются к недопустимости смертной казни в России: в 2001 г. допустимой смертную казнь считали 80 %, недопустимой – 16 % россиян, в 2006 г. – 74 % и 15 % соответственно, а в 2015 г. – 60 % и 22 % соответственно 188 . Вместе с тем в последнее время в средствах массовой информации все чаще появляются обращения авторитетных общественных и политических деятелей с инициативой о введении в действие смертной казни в России (об этом мы поговорим отдельно) 189 . Несмотря на это, как нам представляется, общественное мнение не могло радикально поменяться за столь короткий промежуток времени. Значит, на данный момент отсутствуют веские основания говорить о том, что смертная казнь в России вновь будет практиковаться в ближайшее время.

Пример со смертной казнью весьма важен, так как отношение в обществе к смертной казни является во многом отправной точкой для оценки тяжести правонарушений. Поэтому исследование динамики условий и причин легитимации смертной казни всегда, на наш взгляд, будет актуальным.

Более глубокий анализ легитимности права обусловлен комплексным анализом соответствующего правового режима. В самом распространенном классическом варианте трактовки под правовым режимом понимается «особый порядок правового регулирования конкретной области общественных отношений, состоящий из совокупности юридических средств и отличающийся определенным сочетанием» 190 .

По нашему мнению, легитимность права зависит от правового режима, сложившегося при регламентации той или иной сферы общественных отношений. Такой вывод следует из микро-, макро- и мегауровневого иерархического междисциплинарного методологического подхода к моделированию правового режима. Поскольку право рассматривается как часть системы правового режима, то в данном случае оно будет находиться на макроуровне, а правовой режим – на мегауровне, его конкретные правоприменительные проекции (например относительно смертной казни) – на микроуровне; тогда условия легитимности права будут определяться в зависимости от условий легитимности правового режима и зависеть от бифуркационно-флуктуационных явлений, обусловленных логикой микро-, макро- и мегауровневого функционирования синергетических систем 191 . Исследование бифуркационно-флуктуационных закономерностей – это задача и предмет отдельной фундаментальной работы. Однако и на самом первоначальном этапе микро-, макро- и мегауровневого моделирования правового режима справедливо отметить, что если нормы права, а также средства и методы правового регулирования учитывают интересы субъектов права и удовлетворяют их потребностям, то такое право справедливо считать легитимным.

Подход, когда легитимность и легальность рассматриваются в контексте однородного правового режима, позволяет, на наш взгляд, корректно исследовать возможность существования разных вариантов их сочетания.

В работе А. А. Дуденковой правовая коллизия иллюстрируется примером, который интересен для нас с точки зрения особенностей взаимодействия легальности и легитимности. А. А. Дуденкова отмечает: «В истории неоднократно присутствовали случаи, когда власть, ее постановления, распоряжения и т. д., по сути, были легальными, т. е. формально соответствующими установленным законам, и вместе с тем – нелегитимными (к примеру, в результате государственного переворота провозглашаются новые законы и порядки). Так, формально действия представителей новой власти могут приобретать, вследствие революционных переворотов, легальность, но сама эта легальность, как и ее источник, могут быть нелегитимными, т. е. незаконными в некотором более глубоком и неформальном смысле» 192 . При этом легальность, по мнению ученой, – «это законное право на управление общественными процессами, регламентацию и контроль за разворачивающимися в обществе общественными отношениями, а легитимность – это законность форм и методов осуществления государственной власти, правомерности проводимой политики государства» 193 .