Чтение онлайн

***

– Брат! Ты говорил мне про маму? А это кто?

– Это? Жизнь. Мы без мамы никуда. Пока. Вот вырастем, тогда станем самостоятельными.

– Вырастем?

– Конечно. Ты разве не замечаешь, как мы растем? Каждый день, каждую минуту.

– Замечаю. Вернее, я вижу, как растешь ты.

– А я, как ты!

– Видишь, как нам повезло.

– Да…

– А мама знает про нас?

– Конечно! А как же?

– А откуда?

– Чувствует. Мамы все чувствует, что происходит с ее детьми. Ей говорить ничего не надо.

– А когда мы вырастем и родимся, как ты говоришь?

– И тогда будет чувствовать. Ребенок со своей мамой связан всю жизнь, даже когда он становится взрослым.

– Это хорошо?

– Это хорошо. Мама защищает от всех бед. Мама молится за нас. Мама любит.

***

Люба не спала всю ночь. Лежала с открытыми глазами. А слезы скатывались по щекам. Через окно в комнату пробивался лунный свет. Сережа тихо посапывал во сне. Целый вечер просидел у компьютера. Перекинулись двумя словами. Не оторвать. Она где-то услышала фразу «компьютерная вдова». Все правильно. Компьютер владел Сережей безраздельно. Все объяснялось работой. Там он не успевал. Но Любаше от этого не легче. Вроде замужем, а вроде и одна. Два одиночества в одной квартире маленькой. Ужин совместный. Постель. Не такого хотелось. Хотелось взахлеб делиться сокровенным, видеть в глазах любовь и понимание. Восхищение. Слышать слова о том, какая она, Любаша, чудная, любимая, родная. И ведь было все это сначала. Называл ее «светлячком». Не «зайцем» или дежурным «малышом». Сама виновата. Скрыла от него самое главное, Асю. Не представляла, как сказать, что в пятнадцать лет. Все откладывала. А теперь? Ложь травила их отношения, каждый день, час за часом. Он, наверное, тоже хотел чего–то другого. А может, и не хотел. Кто их знает, мужчин? Чего им надо? Она их не понимала. Отца не было. Так, герои книг. Онегин, Болконский. Жила в мечтах. Так Руслан в ее жизни появился. Мальчик, старшеклассник. Они играли во взрослые отношения, встречались после школы, гуляли по городу, целовались. Она открывала загадочный мир под названием «мужчина». Он был очень красивым. Первый парень в школе. Девчонки одноклассницы завидовали, шептались по углам. А она забыла обо всем, погрузилась в свою первую любовь до донышка. Они открывали друг друга каждый вечер. По сантиметру, по вздоху, по взгляду. А когда стали близки, вдруг замерли. Любаше стало страшно. Она поняла, что с этими отношениями надо что-то делать. А что? В четырнадцать лет? Это только у Шекспира Джульетта могла замуж за Ромео. И то не случилось. Повесть Любаши и Руслана была не менее грустной. Она забеременела. Первое время и не поняла. Выяснилось все, когда стало тошнить по утрам. Открыла энциклопедию медицинскую. Все прочитала и поставила себе диагноз. Сама. Руслану сказала на большой перемене. Он бежал на химию, готовиться к лабораторной. А тут новость. Реакция была химической. Он покраснел, потом побледнел. А потом спросил:

– Люб? А ты че, не предохранялась никак?

– Нет! Я ведь не знала.

– Ну и дура. Катька таблетки принимала какие – то. Надежно. Ты спроси у нее.

– Катька? Какая?

– Из десятого «В». Картаева. Я с ней до тебя. Никаких проблем. Я побежал. У меня лабораторка. Скажешь потом.

– Что скажу?

– Что делать будешь?

– Будешь?

– Будешь.

Руслан развернулся и исчез. Навсегда. То есть, нет. Остался. В Асе. Просто маленькая копия. Мама, скорая помощь, все разрулила, все решила, наверное, правильно. Самое главное, есть Ася. Есть человечек. А теперь ситуация повторяется, а принять решение рожать нет сил. Сережа у компьютера? Чем отличается от Руслана? Рядом и далеко одновременно. Как они, мужчины умудряются быть рядом и далеко одновременно? Фантомы. И Сережа такой же фантом. Мама хотя бы заметила, что она беременна. Женщина. Понятно. Сама рожала. А этот:

– Любаша, плохо выглядишь!

Мысли, как запутавшиеся нитки, мучили, раздирали, не давали покоя. Жарко. Встала, пошла на кухню, выпила воды. Легла. Узлы затянулись. Одна. И проблемы. И Сереже не расскажешь. Надо начинать сначала. С Аси. Хотя, зачем? Когда просто молчишь, легче. А про беременность? Сразу не сказала, сама приняла решение. А может сказать? Хотя бы посмотреть на реакцию? Повернулась к нему, прикоснулась пальцем к подбородку. Он смешно сморщился.

– Сережа! – прошептала.

Что-то промычал в ответ.

– Сереженька!

– Да? – открыл глаза. – Ты чего не спишь?

– Не могу уснуть! Сереж! А когда у нас будет ребенок?

– Малыш, ну мы ведь с тобой тысячу раз обсуждали эту тему. Переедем в квартиру и вперед. Впрочем, подготовкой можно заняться прямо сейчас.

– Нет. Послушай! А если я случайно забеременею, что будем делать?

– Глупости какие среди ночи. Ну, какая беременность? Сейчас? Не будем беременеть.

– Ну а если?

– Любаш, ну что ты среди ночи мне спать не даешь? Придумываешь какие – то проблемы. Мне вставать через три часа! Итак, голова кругом. Шеф вчера мозги парил на планерке, объект летит ко всем чертям, в сроки не укладываемся. А ведь надо успеть. Отпуск на носу. Кстати, ты не думала, куда поедем?

– Думала! В Саратов, к маме.

– Вот это да! Круто. А как же Египет?

– Подождет. Маму должны прооперировать. Асю не с кем. Ты же знаешь, у меня есть сестра.

– Давай привезем твою сестру в Москву, в конце концов, в детский сад отдадим.

– Она в этом году идет в первый класс.

– Ого! Молодец твоя мама. Такая разница большая.

– Пятнадцать лет.

– А отец?

– Отец? Чей?

– Ну, как, чей? Асин.

– Он умер.

– Или полярник.

– Почему полярник?

– Ну, так иногда говорят детям, у которых нет отца. Или геолог.

– Зачем ты так? Ты же знаешь, что и у меня его нет.

Люба расплакалась. Громко, в голос. Наконец-то смогла дать волю слезам.

– Любаша, ну прости, ну что ты! Я не хотел тебя обидеть. Я ночью вообще плохо соображаю ну, не плачь. У нашего ребенка будет отец. Я. Не плачь. Ну, кому легко? Мой пьяный вечно. Думаешь, лучше было? Ни в футбол, ни в поход, как другие ребята. Знаешь, как соседу Кольке завидовал. Они с отцом везде вместе. И я с ними. А мой всю жизнь подвыпивший наблюдатель. Еще и воспитывать пытался. У нас все будет по – другому. Родим через два года. Я ему сразу куплю футбольный мяч. Пусть привыкает. Будем спортом заниматься. Я буду отвечать за физическое воспитание. А ты за все остальное. Спортивный уголок обязательно. Буду учить его машину водить с детства.

– А почему его? Может ее?

– Никаких ее. Первенец, сын. Так обычно бывает.

– Глупости. Может быть девочка.

– Ну, девочка, так девочка. Футбол не отменяется. Сейчас ведь есть женский футбол. И спортивный уголок в силе, и машина. Девочки сейчас о-го-го. Согласен. Спи, малыш, тебе надо высыпаться, плохо выглядишь последнее время.

– Пройдет. Удивительно.

– Что удивительно?

– Что заметил.

– Давай не будем ночью выяснять отношения.

– А я и не выясняю. Спи.

***

– Брат! А кроме мамы у нас еще кто – нибудь будет?

– Отец.. У каждого есть мать и отец. А все это вместе называется семья.

– Семья? Здорово. И у нас будет семья?

– Конечно. И папа, и мама, и мы с тобой. Без семьи человеку никак нельзя. Одному не прожить, особенно маленькому. Да и большому трудно.

– А почему трудно?

– Потому, что жить только для себя плохо. Любить только себя – плохо. А семья - это любовь. В семье все любят друг друга и живут друг для друга.

– А что такое любовь?

– Я пока не знаю. Вернее, сказать не могу. Наверное, нас любит мама.

– Наверное? Почему, наверное?

– Теперь уже не знаю.

– Почему теперь? Что случилось?

– Не знаю. Давай спать.

– Может она про нас еще не знает?

– Знает.

– Почему, наверное? Ведь ты говорил, что каждая мама любит своих детей.

– Что ты ко мне пристал? Спи.

– Брат!

– Брат?

***

– Майя Михайловна? Я внизу, в приемном покое.

– Поднимайтесь, деточка, на шестой этаж, там справа лифт. Я вас встречу.

Любаша на негнущихся ногах прошла к лифту, нажала на кнопку вызова.

– Ой! Подождите, без меня не уезжайте.

К лифту переваливаясь, как уточка, спешила женщина с большим округлым животиком. Светлые пушистые волосы были заплетены в две косички. Сарафан в коричневую клеточку, белые носочки. Женщина была такой милой, что Любаша невольно улыбнулась

– Ой, хорошо, что не одна. Боюсь лифта. Особенно сейчас. Вдруг застряну. У меня от страха могут роды начаться. Вам на какой?

– На шестой