Чтение онлайн

Вернувшись внутрь и стараясь не споткнуться о ногу Винсента, я скрещиваю руки на груди и хмуро смотрю на него.

— Что ты делаешь в женском туалете?

Он пожимает плечами. Его лицо — пустая маска, я не могу прочитать его или расшифровать, о чем он думает. — Я видел, как ты вошла.

— Что? — Это все объяснение, которое он может дать? — Да, я зашла сюда, потому что это женский туалет.

Он отрывисто кивает мне.

— Я знаю.

Мое дыхание учащается, а давление повышается.

— И?

Я жду, что он еще скажет, но он не говорит. Вместо этого он улыбается мне однобокой улыбкой, и в моем животе порхают бабочки.

Он так красив, когда улыбается. Я даже не могу злиться на него за то, что он не придерживается элементарных границ.

— Ты такая красивая, когда злишься, — говорит он. Его голос такой же спокойный, как и его внешность.

Я бы вздрогнула, если бы кто-то другой использовал эту устаревшую фразу для пикапа, но нет, вместо этого я краснею.

Винсент — не "кто-то другой". Он просто… Винсент.

— Прекрати это дерьмо, почему ты последовал за мной сюда? — Я надеюсь, что он не видит моего притворного гнева, потому что мне нравится, что он здесь со мной. Он отвлекает от безумных мыслей, кружащихся в моей голове, хотя он и является их причиной.

Я попала в эту передрягу из-за того, что происходит между его семьей и Элио.

— Ты выглядела неважно. Ты в порядке?

— Я… — Я не могу найти грубый ответ. Его маска ничуть не меняется, но я чувствую беспокойство в тоне его голоса. Я не могу заставить себя быть сукой по отношению к нему прямо сейчас. — Я в порядке.

— Ты уверена? — Его брови взлетают вверх, его неверие очевидно.

Я киваю.

— Да. Поэтому ты пришел сюда? Потому что хотел узнать, все ли со мной в порядке?

— Это… — Он отходит от стены и подходит ближе, мой пульс учащается с каждым его шагом ко мне. — И наш незаконченный разговор сегодня днем.

Я наклоняю лицо к нему. На несколько секунд я застываю, когда его глаза впиваются в мои. Этот человек может испепелить меня одной лишь силой своего взгляда.

— Какой разговор? — Я прикусываю язык.

Черт возьми! Я почти заикаюсь.

— О том, почему ты считаешь меня плохим парнем.

Я стараюсь не улыбаться, но ничего не могу с собой поделать.

— Ты действительно пришел сюда, чтобы узнать почему?

Он останавливается передо мной, но мы слишком близко. Я вдыхаю аромат его туманного одеколона, и тепло, исходящее от него, обжигает меня, как сладкий яд. Инстинкты заставляют меня отступить назад, пока я не упираюсь спиной в стену. Мне потребовалось почти пять шагов, чтобы отойти от него, но он снова стоит прямо передо мной, причем всего в двух шагах.

Горло сжимается, желудок вздрагивает, а тело словно перестает быть моим.

— Ты боишься меня? — Спрашивает он, кладя руку рядом с моей головой на стену. Его голубые глаза сейчас темные, очень темные, и я могу потерять себя в них.

— А должна?

Его челюсть сжимается, а на губах появляется злая улыбка.

— Я не кусаюсь. Я не кусаюсь, Серебряновласая.

— Меня зовут Изабелла.

— Тебя зовут так, как я скажу. — Он говорит очень спокойно, но воздействие его слов поражает меня.

Винсент обладает чувством власти, не повышая голоса. Даже когда я видела его внутри, он вел себя так, что все взгляды притягивались к нему.

Он был рожден, чтобы доминировать, и у него это хорошо получается.

— Ты слишком высокого мнения о себе.

— Я никогда не думаю о себе слишком высоко. Я такой, каким себя считаю.

— Хорошо. — Я киваю. — А теперь, пожалуйста, уйди с дороги, иначе…

— Иначе что? — Он прерывает меня прежде, чем я успеваю закончить предложение. У него такой же блеск в глазах, как у Наоми, когда она собирается сделать что-то безумное.

Интересно, какие безумные поступки совершит этот мужчина? Обхватит меня рукой за шею, притянет к себе и поцелует?

Мой язык высунулся и провел по губам. Только когда его глаза переходят на мои губы, я понимаю, насколько это было соблазнительно. Надеюсь, он не поймет меня неправильно.

— У тебя красивые губы.

Бабочки порхают в моем животе, а тепло ласкает мои щеки.

Я открываю рот, но не могу ничего ему сказать. Когда я рядом с ним, я веду себя как идиотка.

— Винсент, кто-нибудь может нас увидеть. — Удается пробормотать мне.

В коридоре раздается звонок пожарной сигнализации. Мы оба поворачиваем головы к двери.

— Что происходит? — Спрашиваю я, пытаясь оттолкнуть его. Он упирается в стену и не двигается, но потом все же шевелится.

— Я не знаю. — Его большая, сильная рука хватает мою. — Нам нужно выбраться отсюда.

— Куда мы идем?

— В безопасное место.

Я вспоминаю Наоми. Она ждет меня в коридоре.

— Подожди! Наоми внутри, мы не можем ее бросить.

— Она может сама найти выход.

— Или нет. Я не могу оставить ее одну. — Я вырываюсь из его хватки и выбегаю в холл, но это бесполезно. Море людей бежит к лестнице, а некоторые из них к лифту. Некоторые из них падают на землю, но никто не замедляет шаг и не помогает им.

Но только не я, я не могу позволить им умереть.

Я спешу в коридор и помогаю женщине лет пятидесяти подняться на ноги. Ее ноги в синяках от того, что другие перебегали через нее, но она улыбается и благодарит меня, прежде чем смешаться с толпой и исчезнуть из виду.

Я пробираюсь сквозь толпу, пытаясь помочь еще кому-то, но не успеваю, когда кто-то хватает меня сзади и тянет в другой конец коридора.

— Винсент, стой! Мы должны помочь этим людям.

— Ты умрешь, если сделаешь это.

— Я медсестра, мне все равно, если я умру. Это моя работа — спасать жизни. — Все мои попытки вырваться от него бесполезны. Его хватка крепкая.

В нашу сторону бежит еще больше людей.

— Черт! — Винсент пинком открывает дверь и заталкивает нас внутрь. Здесь очень темно. Я нахожу в сумочке телефон и достаю его, затем включаю фонарик.