Чтение онлайн

«Если слабые, нервозные и неуравновешенные становятся более аномальными при подавлении своих сексуальных влечений, то сильные становятся еще сильнее» [ 71 ] . (...)

Сложность проблемы в значительной мере связана с тем, что гиперсексуальность часто превращает мужчин в юбочников, слишком посвящающих себя именно сексу. Несомненно, что Казанова был в высшей степени даровит, очень развит и очень образован. Но едва ли его можно назвать особо выдающимся деятелем. Эти обстоятельства заставляют подходить к гиперсексуальности, как к общему типу внутреннего допинга, с очень большой осторожностью. (...)

Заболевание маниакально-депрессивными психозами обычно диагностируется клинически на высоте приступа мании или депрессии, в первом случае по беспорядочным скачкам мыслей и бессмысленным, но энергичным действиям, во втором случае — по необычайно угнетенному, безнадежному настроению. Но симптоматика не всегда и далеко не у всех больных достигает явно патологического, психотического уровня, аномалия может сводиться к периодическим резким подъемам и резким спадам настроения. Характерно сохранение полного сознания, без особых нарушений мышления. В первом приближении можно сказать, что страдает не мышление, а тонус.

Следует отметить явное различие в диагностике: западная психиатрия, в общем, относит к маниакально-депрессивному психозу (МДП) больных, для которых характерны резкие подъемы и спады настроения, в основном с сохраненным сознанием, хотя могут иметь место и галлюцинации. В СССР МДП трактуется значительно уже, и часть тех больных, которым психиатры западных школ поставили бы диагноз МДП, в СССР были бы отнесены к периодическим шизофреникам.

Но генетические исследования показывают, что МДП и шизофрения ничего общего друг с другом не имеют. Среди многих сотен обследованных пар однояйцевых близнецов, при всей изменчивости и спорности понятий шизофрения и МДП, не было, по-видимому, ни одного случая, когда у одного партнера был бы диагностирован МДП, а у другого шизофрения. Почти столь же четкая закономерность наблюдается и в подавляющем большинстве родословных: среди родственников больного шизофренией все психически больные — шизофреники, шизоиды или олигофрены, психически больные родственники больного МДП страдают МДП, депрессией, циклотимией, т. е. сменой настроений без нарушения сознания.

Основным анатомическим субстратом шизофрении является «мыслящая» часть мозга, основным субстратом циклотимии — лимбическая система, если позволительна такая схематизация топологий.

Генетически МДП характеризуется мономерно-доминантным наследованием с неполным и варьирующим проявлением. Иными словами, предрасположение передается по вертикали, от больного родителя половине детей, но частыми «проскоками», через 1-2 поколения, и проявлением у некоторых больных в форме маниакальной депрессии, у малой части только в форме мании, у значительной части в форме депрессии. Если среди здоровых членов семьи больного шизофренией часто встречаются шизоиды, то среди здоровых членов семьи МДП часто встречаются циклоиды. (...)

Классическое описание депрессивной фазы МДП имеется у Крепелина: «Наиболее характерна простая задержка психических актов без обманов чувств и выраженных бредовых идей. Больному трудно мыслить, он не в состоянии что-либо понять, ... малейшее умственное напряжение стоит ему неимоверных усилий, он совершено не в силах исполнять даже обычные требования повседневной жизни. Настроение печальное, полное отчаяния, ничто не возбуждает в больном стойкого интереса, ничто не радует его. Полное отсутствие энергии представляет симптом, особенно бросающийся в глаза. Больной теряет всякую бодрость, едва говорит, сидит часто по целым дням, будучи не в состоянии приняться за какое-либо дело. Сон всегда нарушен, больные по целым часам лежат в постели, не смыкая глаз. Выражение лица и осанка безжизненны и вялы» [ 72 ] 1.

Гипоманиакальная фаза, напротив, характеризуется повышенным настроением, быстрой восприимчивостью, энергией, неутомимостью, экспансивностью, возбудимостью, радостным трудолюбием. Но на этом благодатном периоде развитие приступа часто не останавливается, а начинается маниакальная фаза с бурным двигательным и мыслительным возбуждением, скачками идей, фантастическими представлениями о происходящем, а отсюда и фантастическими решениями. Рано или поздно это либо постепенно угасает до нормы, либо начинается депрессивная фаза.

Замечательная быстрота мышления, в частности ассоциирования, возбужденность, неутомимость в эти подъемы или периоды перехода через гипоманиакальную стадию именно и порождает поразительно высокий уровень творчества. Но последующая депрессия часто доводит до самоубийства, что среди всех психических больных наиболее свойственно МДП.

Каннабих так описывает «экспансивную» фазу циклотимии: «В эти периоды счастливой беззаботности и нередко блаженного самочувствия больной отмечает приятное ускорение всех своих психических актов, легкость, с какой удаются ему самые трудные умственные процессы: все задержки отпали, ему легко думать, он ярко и интенсивно чувствует, быстро принимает решения, а нередко без всякого труда и лишних раздумий совершает поступки, далеко выходящие из круга обыденной повседневности...

Все его интересует, жизнь захватывает и пьянит, он усердно принимается за свои дела, поминутно бросается на целую массу посторонних занятий, работает много и легко, не чувствуя утомления, рано встает, поздно ложится, спит немного, но крепким сном, удивляя окружающих своей разносторонностью и избытком неистощимой энергии» [ 73 ] 2. (...)

Общепринятое определение маниакально-депрессивного психоза с многочисленными синонимами в учебниках: аффективный психоз с полностью обратимыми фазами настроения, обычно разделенными периодами психического здоровья. Длительность фаз измеряется днями, неделями, месяцами, годами. (...)

Биполярный маниакально-депрессивный психоз в высокой степени наследственно детерминирован, как это видно, в частности, из изучения безотборных серий близнецов Дании [ 74 ] 3, причем, по-видимому, нередко у некоторых членов семьи бывают только периодические депрессии без выраженных гипоманиакальных подъемов. Можно полагать, что в одаренных, материально обеспеченных семьях могли возникать целые династии талантливых деятелей, реализующих свои возможности благодаря наложению на общую одаренность социальной преемственности, обеспеченности, знатности и МДП. (...)

Поскольку у большинства рассматриваемых нами далее лиц имели место четкие, по существу, клинические проявления психического расстройства в фазах депрессии, отказ от пищи, мутизм, многонедельное молчание, уничтожение готовых произведений, госпитализации, самоубийство, а настоящие мании с бессмысленной гиперактивностью почти отсутствовали, мы применим термин гипоманиакально-депрессивный, по смыслу близкий к гипертимически-депрессивному. Это подчеркивает временно клинический характер состояния, тем более обоснованный, что в ряде случаев, пожалуй, даже в большинстве, можно в ближайшем родственном окружении найти чисто клиническое поражение.

Может быть, из осторожности следовало бы вместо термина «гипоманиакальный» пользоваться менее резким аклиническим термином, ни к чему не обязывающим, — «гипертимический», но это смазывало бы существо дела, а именно наличие четкого психопатологического возбуждения как стимулятора умственной активности в этих относительно немногих, особо выделенных случаях. Как известно, мягкую форму маниакально-депрессивного психоза многие авторы называют циклотимией. Но этот термин имеет очень разнородное и очень растяжимое значение, под которое подойдет значительная часть человечества; поэтому мы будем в дальнейшем применять весьма условный термин «гипоманиакально-депрессивный психоз», относя к нему те случаи, когда больные на высоте вспышки в направлении маниакальности проявляют не бессмысленную суетливость, а, наоборот, повышенную работоспособность, с резким, многосезонным, а чаще и многолетним периодом уныния и бездеятельности между творческими подъемами.