Чтение онлайн

Возможно, Катрин была права, возможно, нет. Но самоуверенность в ее голосе нельзя было не услышать. А ведь многие именно это качество и ненавидят. Карл, видимо, не исключение. По телу моей соперницы прошла дрожь, кожа побледнела, а губы прошептали:

– Простите.

Катрин начала медленно заваливаться на бок, почему-то не в сторону Джиана, который стоял гораздо ближе, а в мою. Я запаниковала. Хрупкая фигура Катрин оказалась неимоверно тяжелой.

"Еще минута и я упаду", - пронеслось в охваченном паникой мозгу. Моя репутация... Фух, мне все-таки удалось устоять, но ноги заметно подрагивали.

– Джиан, - крикнула я, - Джиан, помоги мне. Катрин...

Но тут стало не до разговоров. Земля внезапно стала слишком слизкой, что-то затрещало под ногами и я, не удержавшись, упала.

И почему земля не пуховая, а тело Катрин, даже изнуренное многочисленными голоданиями, имеет не маленький вес? Я распласталась на холодном и далеким от идеала чистоты грунте. Голова болела, невероятной красоты платье, которое меня заставили одеть по случаю знакомства с женихом (в открытую мне это не сообщили, но после подслушанного разговора я хорошо понимала намеки), было испорчено: все в грязи, на подоле юбки зияла дырка. Зато Катрин, кто бы сомневался, оставалась чистой, ни одного пятнышка на платье!

"Она же сверху", - пронеслось в мозгу, и я покраснела. Надо заканчивать с подслушиванием разговоров, в частности разговоров служанок. Благопристойной девушке нельзя даже подозревать о том, о чем я сейчас подумала. Какое счастье, что здесь полумрак и мое красное лицо никто не видит.

Катрин застонала. Джиан быстро сорвался с места и подскочил к нам.

– Катрин, все в порядке?

Младшая Стефаль еще не окончательно пришла в себя, а потому Джиану пришлось удовольствоваться ее молчанием. Юноша поставил девушку на ноги, слегка поддерживая за талию, совсем слабо, чуть-чуть... В общем, если бы ни он, Катрин вновь оказалась бы на земле, или на мне. На ее выбор.

Я застонала - ноль внимания. Мой плач или скорее вой усилился - ни один из благородных рыцарей не спешил мне на помощь. Я решила усилить нажим.

– Джи-а-н, - он даже головы не повернул.

– Карл. Джензбург!
– в ответ мне достался лишь холодный блеск его глаз. Это было местью.

Как ты могла подумать, что сможешь дергать за веревочку, а я, как кукла, послушно выполнять приказы?!

Мир стремительно переворачивался с ног на голову. Я не могла поверить своим глазам. Впервые никто не рвался мне помочь, не считал себя обязанным защищать от жизненных бед, которые подстерегают "наивную девчушку" на каждом шугу. Я была настолько ошарашена, что даже не могла самостоятельно подняться, и так и лежала на земле, не замечая ни холода ни боли.

К счастью, раздавшиеся за деревьями голоса. Да что за день такой: в эту же часть парка почти никто не ходит?! Заставили меня поспешить. Нельзя было допустить, что бы меня увидел кто-то еще. Мало ли на какие мысли натолкнет непрошеных зрителей мой внешний вид. Я вскочила, не обращая внимания на, раздавшийся треск. Одним бантом больше, одним меньше - кто считает?

– Мы идем смотреть фейерверк, или вы предпочтете провести все время здесь?
– обратилась я к обнимающейся парочке.

Катрин уже пришла в себя и закрепляла сегодняшний успех в отношении Джиана. На Карла я не смотрела: мои действия были игрой, которая никому не вредила, да и попробуй найти что-то, что навредило бы ему! Джензбург же унизил меня, втоптал в грязь, хотя и не своими руками.

Ну не верю, что Катрин упала сама по себе. Девушки любят казаться нежными и легкоранимыми. На самом деле силенок у нас хватает, но парни так любят чувствовать себя героями, невиданными храбрецами, что грех не подыграть. Катрин периодически прибегает к этому приему. Но не сегодня: она бы красиво упала на руки Джиану, а не грохнулась бы на меня.

– Я бы предпочел остаться...
– начал Джиан, но Катрин его перебила:

– Конечно, мы составим тебе компанию, ты не против, дорогой?

Как будто Катрин на самом деле интересовало мнение Джиана на этот счет.

Баронет окатил меня презрительным взглядом.

– Нет, конечно, да, о чем ты вообще думаешь?! Милая Элен, вы не против нашей компании?
– это "милая" он произнес с таким сарказмом, что я пожалела об отсутствии зеркала: неужели я так плохо выгляжу?!

– Что вы, как можно, - я улыбнулась.
– Карл, вы с нами?
– обратилась я к безмолвному участнику разговора, стараясь интонацией показать, что это лишь вежливость, и он нам совершенно не нужен.

Катрин с Джином, как ни странно, уже забыли, кто рядом с ними, и потому резко повернули головы.

"Какая слаженность!" - мысленно восхитилась я.

– Нет, мне по душе это место. Говорят, здесь происходят странные вещи: исчезновения, явления духов. Меня притягивает мистика, или же я притягиваю ее, - собеседник вновь улыбнулся, не надменно - вызывающе, пугающе.

– До встречи, сир, - наши три голоса слились в один. Страх объединяет, а мы были напуганы. Не словами, а тем, как он их говорил. Мысли о Демонских корнях Карла перестали казаться мне глупостью.

Дальнейшие наши действия можно охарактеризовать так, как если б солдаты выполняли команды капитана (или кто там имеет право им приказывать? Я-то с солдатской муштрой знакома только понаслышке):

– Кругом!

– Бегом марш!

Три фигуры не сразу взяли скорость лучших королевских скакунов. Более того: первые шаги с поляны делались обыденной для аристократов походкой. Не показывать же Джензбургу, что мы боимся его до дрожи в коленях. Карл внезапно с мифического монстра превратился в реального, жизненного.

И все же я твердо убеждена, что "герой моих грез" и так прекрасно понял, что произошло. Он не стал бы уважать нас меньше и в том случае, если бы мы сразу понеслись сломя голову. Но одно дело просто абстрактно догадываться, а совсем другое принять догадку за непреложную истину и выставить себя глупцами, дождавшись укоризненного:

– Что с вами?!

Возможно, у моих спутников были схожие мысли, либо же они в большей мере аристократы, нежели я. И все эти поклоны, любезности, правила приличия - часть их самих. Но все наши действия были, на удивления, схожими.

Когда я смотрела на Карла, то чувствовала презрение. Я не могу применить к нему термины: пользоваться большим уважением или меньшим.

"Как вообще можно уважать букашек?!" - так и было написано на холеном лице моего будущего мужа.

Мужа... Было обидно из-за того, что я вынуждена связать свою жизнь с человеком, которой не считает меня равной. Так, фигура на шахматной доске, которой он лично повелевает.

Самое смешное, что Карл на самом деле стал для нас кукловодом, а ведь ни я, ни Катрин, ни Джиан не безвольные тени, а упрямые, свободолюбивые люди. Джиан в меньшей степени, нежели я или младшая Стефаль. Он ведь попался в сети и сделал объектом своего поклонения сначала меня, а теперь, похоже, Катрин. Жаль, что я его потеряла. Эта хищница своего не упустит. Пусть со второй попытки, но она взяла бастион, получила того, кого хотела.