Чтение онлайн

Гим тряс головой, пытаясь возразить, но его никто не слушал. Император схватил стоявшую у стола трость с золотым набалдашником и принялся лупить адъютанта. Тот пытался убежать от гнева монарха, банан вылетел изо рта, и адъютант умудрился поскользнуться на кожуре, хлопнуться задом на паркет и проехать через весь кабинет, уткнувшись подошвами бисерных башмаков в Кору. Запрокинув несчастное, все в слезах, лицо, адъютант произнес: - Простите, дама, я не желал вас оскорбить! Император догнал адъютанта и еще разок ударил его палкой.

– Будешь оскорблять своего любимого монарха?
– спросил он.

– Никогда в жизни!
– ответил Гим.
– Я вообще не буду больше есть бананы. Ненавижу бананы!

Император снова занес палку, Гим сжался, закрываясь тонкой рукой, торчащей из кружевной манжеты.

– Ваше величество, перестаньте, прошу вас, - взмолилась Кора.

Император, словно ждал этих слов, сразу опустил палку и отбросил ее в угол.

– Вставай, бездельник, - приказал он адъютанту, - и благодари госпожу Кору Орват, которая тебя защитила.

– Я не смею!
– Адъютант поднялся на ноги и поклонился сначала императору, затем его гостье.

– Будешь верным спутником Коре, - сказал император.
– Она будет копать, вынюхивать, гадить нашей империи, потому что она прилетела с ненавистной нам с тобой Земли...
– Воистину!

– Помолчи. Но ты будешь ей помогать и способствовать. Ясно?
– Так точно.

– Сейчас пойдете в башню, где был злодейски убит наш дядя.
– О нет! Я боюсь, - вздрогнул адъютант.

– Вызовешь полковника Аудия Реда. Он вас проведет и все объяснит.
– Но он же в больнице!
– сказал Гим.
– Только не его, - воскликнула Кора. Ведь он меня, наверное, ненавидит.
– Разумеется, ненавидит. А как бы ты отнеслась к человеку, который отстрелил тебе три пальца?
– Я отказываюсь!
– Кора топнула ножкой.
– Значит, проиграла?

Кора поглядела на красную рожу императора и подумала, что сделает все от нее зависящее и даже более того, чтобы не допустить его к своему телу.

– Вызывайте своего полковника, кавалер, - сказала она.
– Но чтобы мне не мешать.
– Для тебя, моя красавица, не будет закрытых дверей.

Император приблизился к Коре и запечатлел поцелуй на ее обнаженном плече.

– Не спешите, ваше величество, - холодно заявила Кора и, раскачивая бедрами, покинула кабинет императора.

Изысканно вежливый, надушенный и напомаженный адъютант проводил Кору в вестибюль дворца. Сейчас, отставив ножку, он сообщил: если Кора не возражает, они подождут несколько минут, пока прибудет господин полковник Догони-подвинься.

– Но он же ранен!
– Кора все еще пыталась придумать повод отделаться от полковника, но адъютант Гим только отмахнулся:

– Господин полковник уже поправляется, - сказал он.
– И не надо его жалеть.
– Почему?

– Потому что он некрасивый, - сообщил ей адъютант и томно вздохнул. Потом добавил: - Я люблю только красивых мужчин.
– И императора? спросила Кора.
– Император обладает внутренней красотой. Нас связывают духовные узы.

– Все ясно, - сказала Кора.
– И долго нам ждать некрасивого полковника?
– Надеюсь, что недолго, - ответил адъютант. Они спустились по мраморной лестнице, перила которой в знак траура по недавно усопшему императору были перевиты стеблями терновника. С потолка прихожей свисали траурные желтые вымпелы.

Могучие охранники распахнули перед ними двери, и яркое утреннее солнце ударило в лицо. Свежий ветер принес с далеких гор запахи хвои и грибов - на Нью-Гельвеции, к счастью, еще не завершилась промышленная революция. Адъютант остановился на пологой широкой лестнице, которая вела к прямой аллее, обсаженной хвойными деревьями.
– Чего мы ждем?
– спросила Кора. Адъютант ответил не сразу. Он извлек из кармашка в перевязи флакон с благовониями и начал умасливать себя за ушами.

– Почему вы не отвечаете?
– спросила Кора.
– Потому что он уже едет, - сказал наконец Гим. У ворот императорского парка показалась карета "скорой помощи", влекомая вороными конями. Неприятное предчувствие кольнуло грудь Коры.

Карета "скорой помощи" плавно остановилась у дворцовой лестницы, и два санитара, соскочившие с запяток, открыли дверь, откуда они вынесли кресло на колесиках. В кресле, облаченный в больничный оранжевый халат, с торчащей вперед, словно пушка, забинтованной и загипсованной ногой, сидел полковник Аудий Ред и глядел на Кору с такой отчаянной собачьей ненавистью, что она непроизвольно спряталась за спину адъютанта Гима, а тот сказал примирительно:

– Аудий, не сердись! Это приказ самого императора.

– Убью, - прорычал полковник.
– А если в самом деле убьет? спросила Кора у адъютанта.

– Не думаю, - ответил тот, - его величество этого бы не желал. Так скажите ему об этом!
– Честно говоря, я его тоже побаиваюсь, признался адъютант.
– Убить не убьет, но искусать может, а потом будет разбираться.

– Нет, - сказала тогда Кора, выходя вперед, - мы от него убежим.

Санитары стояли сзади коляски. Из-под халатов у них выглядывали армейские сапоги.

Кора решила более не полагаться на мужчин.
– Слушай мою команду! приказала она.
– Сейчас мы все вместе отправляемся на место гибели императора Эгуадия. Там мы выслушаем объяснения полковника Аудия Ред а. Господин император Дуагим желает, чтобы я была ознакомлена со всеми обстоятельствами преступления. Адъютант Гим, чего вы стоите как столб? Где наша машина?

– Лучше помру, - сказал на это полковник, - лучше оторвите мне вторую ногу! Но чтобы я подчинялся этой... этой инопланетной девке, увольте! Нет, ты подойди ко мне поближе, девка, ты подойди! Я тебя придушу! Слава богам, у меня еще руки остались.

– Ах, так?
– сказала Кора.
– Тогда купите мне немедленно билет на ближайший рейс в Галактический центр. Пусть Организация Объединенных Планет знает, что на Нью-Гельвеции царят беззаконие и бандитизм. Что ее император не может даже управлять собственными полковниками! А ну, пошевеливайся!

– Молчать!
– раздался откуда-то сверху голос императора, настолько могучий, что деревья в парке склонились до самой земли, а людям стало трудно дышать. Оказывается, Дуагим опять подслушивал разговор.
– Ты, полковник Аудий, больше не полковник, а лейтенант. Ясно?

– Так точно, - прошептал несчастный калека.
– А ты, Кора Орват, занимайся своими делами и не устраивай истерик в моем дворце. Никто тебя не тронет, и никто тебя не убьет. Лейтенант Аудий проводит тебя в башню, а адъютант Гим будет защитником и опорой.

– Слушаюсь, - радостно закричал адъютант Гим, словно его произвели в генералы.

И тут же он засуетился, стал покрикивать на санитаров, торопить бывшего полковника, который смотрел на Кору волком и мысленно разрывал ее на части, а Коре было его очень жалко: в конце концов по ее же вине он отстрелил себе пальцы, мучается, будет вынужден уйти в отставку, а теперь вот подчиняется инопланетной девке.

Но тут Кора отбросила мысли о полковнике, потому что вот-вот она увидит это самое замкнутое помещение - мечту всех детективных писателей, от Эдгара По до Хруцкого, от Конан Дойля до Сименона.