Чтение онлайн

Эта семья представляется крайне примечательной. Ее генеалогическое древо восходит к реальному историческому лицу — восточнотуркестанскому суфию Хазрат Ишану, или иначе Хидайаталлах (Аппак) — ходже (XVII в.), правнуку знаменитого среднеазиатского суфийского деятеля Махдум-и Азама. Он был главой белогорской секты ишкиййа ордена накшбанди-ходжагон в Восточном Туркестане. «Народная традиция Кашгарии наградила его… чертами национального героя и защитника. Мазар его в Кашгарии до самого последнего времени пользовался громадной популярностью». Умер Аппак-ходжа в марте 1694 г. (1105 г.х.) [84] .

Представляется важным подчеркнуть, что не везде связь группы ходжей с суфизмом очевидна. А в данном случае она не подлежит сомнению. Ходжа — дед рассказчика — смотритель святыни вел себя как настоящий дервиш-каландар ордена накшбандийа.

С именем Ходжа Ахмада Ясави связаны две группы ходжей — бахшаиш-кожа и куйымшакты-кожа, потомков которых можно встретить в Туркестане и в наши дни. Легенда о бахшаиш кожа гласит, что у младшего брата Ходжа Ахмада Ясави — Азрет Садира был сын Ходжа Момын-ата. Ходжа Ахмад относился к нему как к своему сыну. Люди так и называли его сыном Ходжа Ахмада Ясави. У Ходжа Момын-ата был сын Азрет Алеуддин-шейх. Сына Азрета Алеуддина-шейха — Азрета Камаледдина-шейха народ называл Бахшаишем. У Бахшаиша было пятеро детей — родоначальников казахских ходжей — Утес-шейх, Ткеш-шейх, Абибе-шейх, Абибулла-шейх, Абилхан-шейх. Существует еще одна легенда, согласно которой у Ходжа Ахмада был единственный сын, которого убили родственники святого. Узнав об этом, святой обратился к богу с просьбой, чтобы он отметил каким-нибудь знаком убийцу, что позволило бы ему узнать их на том свете. Аллах исполнил его просьбу, сделав так, чтобы у них появился в конце позвоночника маленький отросток. С тех пор представители этого рода из поколения в поколение являются обладателями этого необычного знака. По словам А. Б-ва, как уже отмечалось, в настоящее время в Туркестане насчитывается примерно 7-10 семей куйымшакты кожа.

С традицией среднеазиатского мистицизма связана своеобразная фигура суннечи-сопы, которую еще совсем недавно, в 1988 г. можно было увидеть в селениях Сузакского района, в частности в с. Жуантобе. Это был старик по имени Тургай, а по прозвищу «Опак-сопак», который занимался обрезанием детей. Примечательным в его облике была палка (аса), обтянутая разноцветными лоскутками и увешанная подвесками. 28-летний житель с. Жуан-тобе рассказал мне, что как-то Тургай попросил местного шофера подвести его на машине, однако шофер отказал ему в этой просьбе. Тогда Тургай сказал, что он окажется на месте раньше шофера и в ожидании его будет кипятить воду для чая. Так и случилось. Старики говорят, что «Опак-сопак» умеет летать, и что все, что он получал в качестве вознаграждения за обрезание, раздавал людям.

Таким образом, суфизм в Южном Казахстане получил распространение в своей специфической среднеазиатской форме — ишанизме и в своеобразных формах дервишизма. Суфизм сыграл важную роль в распространении ислама и складывании его простонародных форм у казахов. Казахи не были знакомы с суфийскими учениями. Нередко в их сознании ишаны и. муллы не различались. В представлении казахов ишан был тем же муллой, но в отличие от простого муллы наделялся большими чудотворными способностями. Такой чудотворец назывался «Большим муллой» («лкен молда»).

Близость некоторых идей, и элементов обрядности суфизма местным доисламским верованиям и культам позволила суфизму завоевать популярность у широких народных масс.

Суфизм оказал решающее влияние на традицию почитания святых в исламе, дав ей много объектов поклонения. Суфизм оказал существенное влияние на сохранение многих доисламских воззрений и культов казахов. В настоящее время его проявления обнаруживаются в группах так называемого неофициального духовенства (ходжей, ширакши, дуана, сопы), в культе святых, в шаманской практике. Эти вопросы специально рассматриваются в разделах «Культ святых» и «Доисламские представления у казахов Южного Казахстана».

Культ святых занимает важное место в простонародном исламе. Уже не раз говорилось, что культ святых в христианстве и исламе — это уступка политеизму. В нем сохранились реликты почитания богов политеистических религий.

Мусульманский культ святых, занимавший важное место в религиозной жизни многих народов, сложился под влиянием архаичных идей, хранивших представления о многочисленных божествах, которые в исламе приобрели новое толкование в соответствии с духом новой религии. Впервые это установил венгерский востоковед И. Гольдциэр. «Почитание святых стало оболочкой, под которой внутри ислама могли сохраниться уцелевшие остатки побежденных религий» [85] . Он обращал внимание на то, что «в некоторых мусульманских слоях оно (почитание святых — Р.М.) по своему значению переросло сущность религии и стало той действительной формой, в которой проявляется религиозное сознание народа» [86] . Культ святых исказил первоначальное вероучение ислама, по существу сведя на нет роль веры в предопределение. В тяжелые минуты своей жизни — болезнях, различных бедах мусульманин, не полагаясь на волю судьбы, пытается отвратить от себя несчастья. Он обращается к святому с просьбой, чтобы тот повлиял на обстоятельства, которые, согласно мусульманскому вероучению, предопределены Аллахом.

Сохраняя общемусульманские черты, культ святых у разных народов приобретал специфическое содержание. Это было связано с особенностями социально-экономического развития конкретного народа, его этнической историей, характером культурных традиций. Повсеместно продолжало существовать поклонение подвергнувшимся исламизации святыням, восходившим своими корнями к традиционным доисламским культам. Таким образом, культ святых «своими провинциальными, местными особенностями придал «единой», «вселенской» системе всеобщего ислама народный, обусловленный местными особенностями характер» [87] .

Культ святых в Южном Казахстане в целом не выходит за пределы общемусульманской традиции, хотя, как и в других регионах распространения ислама, он отмечен местными своеобразными чертами. Как и у среднеазиатских народов, в Южном Казахстане можно выделить следующие основные категорий святых: 1. святые, образы которых связаны с ранней историей ислама — первыми халифами, сподвижниками и преемниками пророка Мухаммада, членами их семей; к этому же ряду относятся святые, образы которых заимствованы из коранической традиции; 2. святые — средневековые суфии, основатели и руководители школ и орденов, их сподвижники и последователи; святые — суфии, принадлежащие к местным ишанским династиям, известность которых не выходила за пределы определенных районов; 3. святые — родоначальники родов и племен, генезис которых тесно связан с культом предков; 4. святые, образы которых характеризуются неопределенностью, отсутствием каких-либо «житий»; святые — покровители местности; 5. святые, образы которых хранят черты доисламского культа природы; 6. святые — покровители профессиональных занятий; 7. представители местной аристократии, правители, представители их семей, места захоронения которых почитались благодаря тому, что располагались рядом с мазарами популярных святых.

Ислам, утверждавший в завоеванных странах новое религиозное мировоззрение, в условиях борьбы с древними культами широко использовал имена пророков, деятелей раннего ислама, культ которых должен был вытеснить культ прежних божеств. В Средней Азии и Казахстане, как и в других регионах традиционного распространения ислама, широкой популярностью пользовались имена ближайших сподвижников Мухаммада — Абубекр, Омар, Осман, Али. Их имена, овеянные многочисленными легендами, глубоко проникли в народный быт. Особой известностью у казахов Южного Казахстана пользуется имя Хазрата Али, двоюродного брата и зятя пророка Мухаммада. С его воображаемым пребыванием в том или ином месте Средней Азии связана не одна святыня [88] . Вместе с тем, в числе местных святых, как показывают новые этнографические материалы, оказались и члены его семьи. Так, в окрестностях с. Сузак я обнаружила длинное погребение, которое почти сравнялось с землей. Лишь былая, очевидно, внушительная кладка из камней обозначает его контуры. У изголовья, на вершине груды камней покоятся величественные рога архара. Они были привязаны белой тканью к шесту, венчаемому полумесяцем. Надпись (современным шрифтом) на лежащей рядом мраморной плите гласит: «Хазрат Али Угли Мухаммад Анафия». Могила обнесена довольно высоким железобетонным ограждением прямоугольной формы; к нему, в одном месте, приставлена небольшая лестница. Явно очень старое погребение отмечено следами недавней и весьма основательной реставрации. На одной из стен ограждения большими буквами, рядом с именем погребенного, начертано имя реставратора — местного молда А. По уверению молда А., Мухаммад Анафия (Ханафийа — Р.М.) возглавлял войско, пришедшее из Мекки. И в этой могиле он покоится со всем своим войском. Более подробные сведения я получила от А. Б-ва. Согласно рассказанной им легенде, один из халифов пророка Мухаммада — Азрет Али возглавил войну за приобщение к исламу неверных. Он отличался необыкновенным ростом, достигавшем 32-х метров и неуязвимостью под ударом кинжала. Ему удалось захватить в плен дочь правителя иудеев Ханафийю. Чтобы избежать участи рабыни и освободить пленных, она обратилась к пророку Мухаммаду с тремя просьбами: 1 — обратить ее в исламскую веру; 2 — удочерить ее; 3 — стать второй женой. Азрет Али (первой, как известно, была Фатима). Эти просьбы Ханафийи были удовлетворены. С позволения пророка она назвала своего сына Мухаммадом Ханафийа. Таким образом Мухаммад Ханафийа был сыном Азрет Али и Ханафийи. Именно ему, по убеждению молда Аши, принадлежит могила в окрестностях Сузака. С. Н-в, местный знаток старины, настроен более критично. По его мнению, ни Азрет Али, ни его потомки не доходили до этих мест. У этой могилы, принадлежащей неизвестному человеку, когда-то обосновался ширакши, чтобы иметь доход от поклонения к ней. И люди, знавшие об этом, не совершали к ней паломничества. Что касается большинства местных жителей, то они ничего определенного об этой могиле не могли мне сообщить. Судя по всему, преданная забвению очень старая могила, будто бы принадлежащая Мухаммаду Ханафийа, возрождена усилиями лишь одного человека. Причем, несмотря на то, что она не может не привлечь внимания путника, мне не удалось обнаружить каких-либо признаков паломничества к ней. В приведенной легенде речь идет о Мухаммаде б. ал-Ханафийа, сыне халифа Али и Хаулы, женщины из племени бану ханифа. Он появляется на политической сцене с притязаниями на имамат после убийства ал-Хусейна. Мухаммад б. ал-Ханафийа умер в 700 г. н. э. [89] Он стоит у истоков шиитского догмата о «скрытом имаме» («скрытых праведниках»). Известно, что шиитские идеи нашли отражение в идеологии и культовой практике суфизма, а шиитские авторитеты, упоминаются в нисбат, т. е. в «генеалогии» или точнее цепи преемственности духовного руководства, того или иного суфийского ордена, как правило, в его основании [90] . Интересно, что генеалогия кожа (ходжей), приводимая информатором А. Б-вым начинается с Али и его сына Мухаммада б. ал-Ханафийа.

Члены семьи Хазрата Али известны и в других местах Средней Азии. В мавзолее Карандж-бобо около Хазараспа будто бы покоится святой Имам Юнус — внук Хазрата Али, сын имама Мухаммада (Мухаммада б. ал-Ханафийа) [91] .

В кругу местных святых Южного Казахстана особое место занимает святой Баба-ата, который, согласно преданию, является потомком Мухаммада Ханафийа в седьмом поколении.

Недалеко от селения Баба-ата (Сузакский р-н, Чимкентская обл.) находится мавзолей святого Баба-ата. С именем Баба-ата связана история этого края. Как отмечал А. Б-в, местный житель и хранитель старины, настоящее имя святого Исхак-баба. Его стали называть «Баба» («Дед») следуя древней традиции, табуирующей имена предков.

Согласно легенде, рассказанной А. Б-м, с целью распространения ислама в Южный Казахстан сначала прибыли старший брат святого Абдажалил-баба, а затем отец — Абдрахман-баба. Абдажалил сражался с казахами в Каратау. Был ранен. Умер в этих местах, но похоронен в Самарканде. В Южном Казахстане шли кровопролитные сражения за веру. Казахи оказывали сильное сопротивление исламским войскам. В Таразе (Джамбул) был похоронен отец Исхак-баба — Абдрахман-баба. После смерти старшего брата, его сменил Исхак-баба. Он изменил тактику приобщения казахов к исламу. Исхак-баба вызвал полководцев в свою крепость и приказал прекратить войну. Он объявил, что казахи — не враги. Они должны сами решить: принять им новую веру или нет. Исхак-баба сделал своим наместником казахского полководца Баба-Тукты-Шашты-Азиза. Используя его авторитет, Исхак-баба обратил в ислам всех каратауских казахов только проповедями, без кровопролития. Исхак-баба пользовался большим уважением. Он умер в IX в. Над его могилой сначала был построен каменный домик. Позже здесь была построена маленькая мечеть, которая спустя некоторое время, разрушилась. Настоящий мавзолей был воздвигнут в 1820–1830 годах. Родословная Исхак-баба восходит к халифу Али. Родоначальником является Хазрат Али, за ним следуют Мухаммад Ханафийа, Абиль Патта, Абдыжамиль, Абдыжафар, Абдыкахар-баба, Абдырахман-баба, Исхак-баба, Ярдиль- шейх, Исмаиль-шейх, Омар-шейх, Хусаин-шейх, Махмуд-шейх, Кахар-шейх, Ибрагим-ата — отец Ходжа Ахмада Ясави{11}.