Чтение онлайн

– Но получалось же! Но… вы говорите – никогда с вещдоками?

– Да. Принцип у него такой был. Сколько я его знаю. А что?

– Нет… просто… да нет.

– Ну? Ну, Давай. Поделись, может, что прояснится.

– Нет, ничего.

– Эх, браток, рановато тебя всё же выпустили. Ну, да ладно. Свободен.

– Вы же знали, что я невиновен! Почему тогда?

– Я сказал – свободен!

– Вы же тогда… Когда расставались… Вы же человеком были!

– Сейчас вызову с поста – тебя выкинут.

– Неужели вам всё равно, что делают с людьми? Или вы просто… трус? Вы же меня знали.

– Знал? А как же, знал. Пьянствуешь.

– Враньё!

– Пропадаешь в казино.

– Это – в свободное время.

– Постоянно таскаешься по девкам.

– Враньё! По каким ещё девкам?

– Ну, по девушкам, молодым женщинам. Назвать?

– Это моё личное дело!

– Безусловно. Но с таким набором мелких страстишек ты хочешь, чтобы здесь все на дыбы встали при твоём аресте? Ах, он не мог! Ах, кристально чистый! Ах, отпустите! Всё! Убирайся!

– Зачем же вы тогда меня к себе сватали?

Терпение важняка лопнуло, он нажал тревожную кнопку.

– Да пойду я сам, – вывернулся я от лап здоровенных дежурных ментов.

– Далеко не пропадай. Можешь понадобиться. И ещё неизвестно в каком качестве – кинул мне напоследок Чумак.

Уже стемнело, когда я утроился на скамейке в одном из парков. Закурив, стал обдумывать случившееся. Значит так. Пассив. Убили шефа, о работе на него думать не приходится. Лишили наследства, в смысле жилья, любимая девушка выгнала, с правоохранительными органами расплевался, к ним уже не вернуться. В общем, ни кола, ни двора. Актив – двадцать тысяч баксов в кармане и свобода. Положительный баланс подвести трудно, но можно. Я пошёл на колесо обозрения, накупил билетов на три оборота и утроился в кабинке. Про "положительный баланс". В принципе, о труде, как источнике существования, мне беспокоится не приходится. Пока не запретили карточную игру, я всегда добуду себе на очень увесистый бутерброд. И на крышу над головой. И на всё остальное – покосился я на соседей по кабинке – двух вполне симпатичных девчат. Вопрос в другом: что дальше? Просто – что дальше?

Может, наплевать на всё и закатится в Испанию? Может, что навеет? Или заняться вплотную частным сыском этих уродов? И тех тоже. Обещал же Бычку. Нет, ты погоди, я что обещал? Что мы с ним вместе… А теперь. Да и что я знаю? Он сказал, что знает всё про… ну. про "Дело каптёрщиков". Оно уже в суде? Может, на суд съездить? Послушать? А потом уже и решение принимать. Наверное, самое лучшее решение – и отсюда пока подальше. А то Чума почувствует, что дело- глухарь и действительно вызовет в "другом качестве" этого пьяницу, картёжника и развратника. Правда, алиби железное, но кто его знает, такое " железо". Пока суть да дело – насидишься. Нет, не хочу. Всё. Решение принято.

И вовремя. Мы уже снижались, когда мои соседки разругались и одна из них выскочила, едва кабинка опустилась на безопасное расстояние. Вторая осталась сидеть.

– Девушка, а девушка, – метнулась к нам контролёрша, или как её там, зав. аттракционом, что ли?

– Оставьте. За мой билет, – вступился я. И вновь свет ламп начал удаляться куда-то под ноги.

– Спасибо. Вот, возьмите – протянула мне девушка стоимость билета.

– Ещё чего!

– Берите- берите. Я не победнею, да и вы не подниметесь.

– Тем более. Будем считать, что я вас пригласил полюбоваться сверху на…

– Я с незнакомыми парнями как бы ничем таким не любуюсь!

Ого! Какая прелесть! Блондинка и в прямом и в переносном смысле.

– Но мы исправим это положение! Виталий. А вы…?

– Эльвира.

– Замечательно! Удивительное и нежное имя! И как подходит! Вот и познакомились.

Так что теперь… Скажите, а со знакомыми парнями вы любуетесь окрестностями?

Красиво, правда? Огни внизу, огни вверху…

– Да, красиво…

– Но вы и не смотрите! У вас что-то случилось? Поссорились с подружкой?

– Ай, это из-за Алика. Она говорит, что он как бы на игле, а я не верю.

– А какие симптомы? Я вообще-то врач и немного в этих вопросах волоку.

Расскажите.

– Ну, он…

– Постойте. Мы скоро приземляемся. Может, расскажете на твёрдой земле?

Эльвира (наверное, просто Элла) не возражала. Не нашла возражений и против доводов, что диагноз требует обстоятельного собеседования и… ну не в темноте же? Мы оба – люди глубоко порядочные и… В общем, через четверть часа мы сидели на летней веранде ресторана и моя новая знакомая, потягивая мартини, разбавленный апельсиновым соком что – то болтала про неизвестного и совсем неинтересного мне Алика. А я, заинтересованно кивая, рассматривал эту девушку – блондинку из анекдотов. Но хороша! Исключительно хороша!

– Так вот. Положение очень серьёзное, – резюмировал я её рассказ, -Но есть некоторые ньюасы… Надо немного подумать. Переключится. И вам тоже. Пойдёмте, потанцуем.

– Так вот, – прошептал я, наклонившись в танце касаясь губами её ушка. Не отдёрнулась. Ещё ближе и настойчивей.

– Но ты хотел что- то сказать? – повернулась она, скользнув по моему лицу бархатной щёчкой и тёплыми губами. А она довольно высокая деваха! Ну, на каблуках, но всё- таки… Да-а, и ноги действительно, от ушей. Сюда бы ещё умишка… Впрочем, зачем он мне сегодня?

– Ну, собрался с мыслями? Давай, выкладывай! – теребила меня девушка.

– Ай, давай неприятное напоследок. Сейчас горячее принесут.

– Я не люблю есть в ресторанах. Алик говорит: "Если ты не понравишься официанту, он может плюнуть тебе в тарелку"!

– Ты – и не понравишься? Это исключено! пусть твой Алик и боится!

– А ведь и правда! Я как-то и не подумала.

– И не надо. За знакомство.

Моя новая знакомая, оказывалось, человек добрый и доверчивый. Во всяком случае, ухаживания и более настойчивые поползновения принимала без сопротивления и даже с некоторой сдержанной благодарностью. Впрочем, и "Мартини" принимала тоже неплохо.

– А теперь пора домой, – вздохнула она, когда мы возвращались за столик после очередного танца. – А то Алик будет как бы ревновать. Он мне всегда в одиннадцать часов звонит. Потом в двенадцать. Проверяет.

– А старики его не посылают с его звонками? – я в это время положил в рассчётную книжку официанту банкноту и блондинка явно заметила, в каком поклоне тот склонился.

– Старики? Но они отдельно живут! Далеко. Я тут как бы в театральный поступать приехала. Ну, зарезали, конечно. Хорошо, что Алик приметил. Вот, теперь живу с подружкой. С Тонькой – ну, ты видел. В рекламе у Алика подрабатываю. На фото.

Нет, что ты, никакого там… А сегодня вот с Тонькой как бы поругалась. А она сегодня и ночевать не будет – дежурство у неё.

– Значит, закончим про Алика у тебя. В спокойной обстановке, констатировал я, когда мы выбирались из такси где-то в жутком захолустье. Даже не подозревал, что есть вот такие районы. Или это ночью? А дом- то какой, Господи! Хотя, чего ещё ожидать от дешовой фотомодели?

– Только если не будешь приставать. Я девушка честная, с незнакомыми… или малознакомыми парнями ничем таким себе не позволяю.