Чтение онлайн

Но Суль не отступала. Множество мыслей и видений проносилось в ее голове. Обращаясь к парню, она взволнованно произнесла:

–  Что Вы делали, когда вернулись, вспомните! Это важно!

Он растерянно уставился на нее.

–  Это было последнее, что я сделал, перед тем, как уйти домой: я запер дверь.

–  Расскажите поподробнее, как Вы вышли во двор и снова зашли через дверь.

Он неохотно подчинился.

–  Сначала я закрыл за собой дверь. Вот так. Потом я проверил, все ли готово к работе в понедельник. Убрал кое-какие разбросанные вещи, потом вышел через главный вход и запер дверь.

–  И это все?

–  Все. Да, разумеется, я запер дверь склада тоже.

–  Дверь склада?
– разом воскликнули все.

–  Да, она находится там, за полками. Рядом с боковой дверью. Я постоянно забываю про нее, ведь мы бываем там так редко.

Граф метнулся туда. Это была низенькая дверца прямо под полками. Он попробовал: дверь была заперта.

–  Она была открыта в воскресенье?

–  Да, я был там и кое-что взял.

–  Куда она ведет?
– спросил Даг, пока печатник открыл дверь.

–  За ней начинается проход вдоль задней стены дома. Там мы храним все то, чем редко пользуемся. Там валяется старый железный лом, и у нас нет времени разобрать все это.

Дверь отворилась, и они вышли в узкий проход, заваленный всяким хламом.

–  Пусть Суль идет первая, - сказал Даг.

Ее пропустили вперед.

–  У вас тут нет никакой каморки?

–  Нет, эта дверь ведет на колесный склад в другом дворе, видите...

Старый печатник внезапно остановился.

–  Опять закрыли эту дверь! Она ведь всегда была открыта! Ведь это единственная дверь, ведущая на склад, соседняя же дверь раньше всегда была закрыта.

Его сын спросил:

–  Скажи, разве старый пресс не стоит в проходе?

–  Да, а что, разве он мешает кому-то? Мы ведь не лазаем через весь этот старый железный хлам. Ой, дверь заперта! Изнутри!

Граф ударился о дверь плечом. Сначала она не поддавалась. Даг надавил пальцами на угол двери, что-то щелкнуло внутри. Щеколда?

–  Помогите-ка мне!
– сказал он.

Ощупав край двери, молодой печатник взял железный прут и надавил им на дверь. Щеколда приподнялась, дверь открылась.

Они увидели тесное помещение с точно такой же дверью на противоположной стороне и старый деревянный печатный пресс с зажимами. На полу, среди хлама, лежал, прислонившись щекой к прессу, маленький мальчик в пурпурно-красной бархатной одежде, промокшей сзади.

У графа вырвался крик, похожий на всхлип, он бросился поднимать маленькое, беспомощное тело.

–  О, Господи, - шептал он.
– О, Господи, Господи!

–  Вот это да, - произнес старый печатник.
– Подумать только, что он лежал здесь! Но откуда вы узнали?..

Даг и сам был не прочь разобраться во всем.

–  Мы напали на след, - сказал он.
– Но это просто удивительно, что Вы ничего не слышали!

–  Едва ли можно было услышать что-то, находясь в мастерской. Там стоит такой грохот. А на склад, как я уже говорил, мы ходим крайне редко. Подумать только, какая трагедия... Этот ползунок заблудился здесь, в темноте!

Они вернули в мастерскую.

–  Он жив?
– дрожащим голосом спросил судья.
– Альбрехт, ответь папе! Его нужно сейчас же отнести к врачу...

–  В этом нет необходимости, - спокойно сказал Даг.
– Суль помогает отцу уже целых пять лет, и она почти так же сведуща во врачебном искусстве, как и он.

–  Даже больше, - без ложной скромности заметила Суль.
– В своем роде. Мне бы еще его целительные руки. Дайте мне ребенка! Давайте же!

После минутного колебания граф передал ей беспомощный, маленький комок.

–  Да, теперь бы так пригодились руки Тенгеля, - сказала Суль.
– Но мальчик жив, господин судья, в этом нет никаких сомнений, хотя жизнь уже готова была уйти от него...

"Ну, это уж ты преувеличиваешь, - подумал Даг.
– Мальчик не так уж плох. Он протянул бы еще пару дней. Суль всегда драматизирует, чтобы сделать жизнь более напряженной, чем она есть на самом деле".

–  Ему нужно дать попить, - продолжала Суль.
– Нехватка влаги самое опасное.

–  Вода здесь плохая, - сказал печатник, - мы используем ее только для работы. Но у нас есть немного вина...

–  Выдержанное?
– спросил судья.

–  Первоклассное.

–  Попробуем, - сказала Суль, сомневаясь в этой характеристике. Пока мужчины наливали вино, она теребила мальчика.

–  Я не могу ничего сделать, пока он не проснется, - сказала она.
– Ну, просыпайся же, маленький авантюрист!

Она слегка ударила мальчика по щекам, но отец возмутился.

–  Нет, не надо!
– запротестовал он.

–  От этого ему не будет вреда, - отрезала Суль.
– Вот! Он проснулся!

Щурясь на свет, мальчик осторожно открыл глаза.

–  Благодарю тебя, Господи!
– прошептал граф. Суль не была согласна с ним по части того, кого ему следует благодарить, но мудро промолчала.

–  Дайте скорее вина, - сказала она, - а то он уснет опять...

Все окружили мальчика. Тот сделал пару глотков, на лице его появилась гримаса, и он принялся громко плакать.

–  Ну, ну, папа здесь, - пытался успокоить сына граф, беря его из рук Суль.
– Теперь все в порядке!

Мальчик снова заснул - или потерял сознание - у него на плече. Глаза графа наполнились слезами, с которыми он никак не мог, справиться. Слезы текли неудержимо - это были слезы благодарности.

–  Ему необходимо как можно скорее дать общеукрепляющие средства, сказала Суль, идя рядом с графом и не спуская глаз со спящего.
– Вы позволите мне ухаживать за ним?

–  Конечно, если Вы будете так любезны! Но не говорите ничего моей жене, - попросил он.
– А то как бы не вышло беды. Надеюсь, она все еще спит.

В доме началась бурная деятельность. Взбудораженные слуги носились туда-сюда, повинуясь указаниям Суль. Грязная, зловонная одежда была снята, мальчика искупали. Он снова проснулся, и Суль дала ему теплый грог со всеми имеющимися у нее укрепляющими средствами. Ей нравилось быть центром всеобщего внимания, представляя дело более значительным, чем оно было в действительности, давая понять каждой своей позой и сдвинутыми бровями, что принимает важное медицинское решение.