Чтение онлайн

— Так уверен в нём?

— Если он не захочет войны, то не посмеет, — тихо и уверенно ответил. — В таких тонких делах, как и в бизнесе, мы решаем всё договором.

— В смысле… вы заключаете сделки на женщин? Как на товар? — удивилась я.

— Удивлена? Уступки, бартер, деньги… Но никто не посмеет, если я сам не отдам то, что принадлежит мне.

— А женщин вы не спрашиваете? — ошарашенно спросила я.

— Это второстепенно, — улыбнулся он. — Это уже они решат между собой. Главное — получить разрешение забрать.

Пыталась всеми силами скрыть отвращение к этим правилам, установленным в криминальном мире. Сглотнула от волнения. По телу прошла дрожь от мысли, что Михаил захочет меня «уступить» этому Бесу. А сможет?.. если тот предложит выгодную для него цену…

— Испугалась? — усмехнулся Соколовский. — Не стоит бояться, малышка. Я тебя не отдам.

Жарко целовал, сминая руками тело, теснее прижимая к себе. Чувствовала, как его дыхание учащалось с каждым соприкосновением наших языков, становилось горячее. Его возбуждение уже красноречиво упиралось твёрдостью в моё бедро.

— Ты мне самому нужна, — хрипло прошептал между поцелуями.

Оторвав спину от кресла, Соколовский подался вперёд и подтолкнул меня. Мне пришлось встать, и тут же его крепкие руки подхватили. Задрав платье, он посадил меня на огромный антикварный стол. Целовал, покусывая шею. Гладил руками спину, поясницу, упираясь пахом в мои бёдра. Страстно отвечала, стонала на выдохах, давая понять, что мне нравится. Сама удивлялась насколько я стала искусной притворщицей. «Наверное, во мне проснулся актёрский талант», — горько усмехнулась, подавляя отвращение к самой себе. Но другого выхода у меня не было. Сама решилась на эту роль. Нужно исполнять её так, чтобы Соколовский верил.

Мои руки уверенно расстегнули мужские брюки, лаская поясницу, нырнули ниже под ткань и сильно сжали ягодицы, а зубки прикусили мочку его уха. Услышала мужской стон и шумный выдох.

— Пойдём в спальню.

— Хочу сейчас, здесь, — прошептала на ухо и провела по нему языком. — Трахни меня.

Хотелось быстрее покончить с этим. Сегодня я была не готова предаваться с ним нежности в прелюдии. Из головы никак не выходил таинственный гость по кличке Бес. Его опасный и властный взгляд так и стоял перед глазами, а слова Соколовского усилили моё воображение. Почему-то мне казалось, что такой, как Бес, и не спросит, если решит что-то взять. Боялась я его. Нужно скорее заканчивать с этим, приложить максимум изворотливости, чтобы подобраться к информации на сервере Соколовского.

Пока я думала, на автомате отвечая на горячие и жадные поцелуи и ласки Михаила, он уже стянул с меня трусики и, подтянув на край стола, вошёл в меня твёрдым членом. Я обхватила его ногами, подаваясь навстречу его требовательным движениям.

— Убил бы меня, если бы я трахнулась с Глебом? Он явно меня захотел.

Михаил от удивления аж остановился, тяжело дыша. Посмотрел в мои глаза затуманенным похотью взглядом.

— Скажи. Убил бы?

— Сука… — потянув за волосы, приблизил моё лицо к своему. — Даже не сомневайся.

— А его? — сказала и, сильно высунув язык, лизнула его губы.

— Хочешь развязать войну, блудница?

— Хочу услышать, как сильно я тебе нужна, — прошептала в губы и укусила. — Любишь ли ты меня или просто хотел доказать Атаманцеву, что сильнее? Забрать себе, чтобы ему сделать больно.

— Уже говорил, что всегда любил, — впившись в бёдра руками, толчком насадил меня на член. — Захотел тебя, как только увидел. Юную, невинную… Сразу понял, что как из пластилина вылеплю из тебя нечто прекрасное, — продолжал вбиваться в меня, не отводя взгляда от моих глаз, губ, которые я приоткрывала в стонах от его толчков, — что будет сводить мужиков с ума, а я всем буду показывать, что «МОЯ».

Обхватила его шею руками и впилась жадным поцелуем в губы. Руками он всё быстрее подталкивал меня, вколачиваясь ритмичными движениями, а я громко стонала и вскрикивала от удовольствия. Это не было наслаждение как от близости с мужчиной, которого я любила больше жизни, но физиология брала своё. Не было эйфории от слияния двух любящих людей, не было такого восторга от прикосновений и проникновения, не было полёта души и погружения в нирвану. С моей стороны это был только секс, похоть.

Любил ли Михаил меня действительно? Возможно, по-своему да. Но в одном я была уверена, что предательства не простит никогда. Соколовский из тех собственников, которые своё никому не отдают, пока сами не захотят избавиться.

Михаил сжимал мои волосы и всё сильнее подталкивал меня, жалил горячими и жадными поцелуями, тяжело дыша и издавая хриплые, низкие стоны. Отстранив от себя, он надавил рукой, чтобы я легла на стол и, закинув мои ноги на плечо и прижимая бёдра к себе, ускорился. Запрокинув голову, я издавала стоны и снова представляла Стаса, его руки, его губы, горячие объятия, ласки, которые дарили мне наслаждение… вспоминала нашу близость. Не могла до конца расслабиться. Это мешало мне дойти до пика, испытать оргазм… Хотелось поскорее уединиться с этими воспоминаниями… И я стала имитировать. Уже не первый раз, потому что после Стаса всё было не тем… не так…

Почувствовала, что он близок к финалу, я вскрикнула, выгнушись, сжалась в спазмах до дрожи в ногах. Соколовский последним толчком вогнал член в меня, замер и, шумно выдыхая, кончил. Я лежала на столе, разглядывая потолок. Такая тоска по любимому накатила, что хотелось выть… сдохнуть…

Обвив мои ноги вокруг своих бёдер и упёршись рукой в стол, Михаил склонился надо мной. Проведя рукой по груди, поцеловал.

— Послезавтра улетаем в Цюрих, — не до конца отдышавшись, произнёс он.

Достав салфетки из ящика, он стал приводить себя в порядок. Я медленно поднялась, и он передал их мне. Смотрела на него удивлённо, пока он застёгивал брюки.

— Цюрих?

— У меня там дела, — обыденно произнёс. — Потом Милан, Париж. Отлично проведём время. Ты же любишь шопинг? — улыбнулся и, обхватив за шею, поцеловал меня в губы. — Куда-то, где тепло? На яхте… Ницца, Монте-Карло… — Соколовский взял со стола пачку сигарет и закурил, подойдя к окну.

— Но послезавтра у меня последнее выступление в клубе.

Михаил отвлёкся, наливая себе виски и я, оправив платье, тронула мышку, чтобы вывести из сна компьютер.

— Ладно. Вылетишь после выступления, — мельком глянула на него. — Выпьешь?

— Пожалуй. Со льдом.

Он отошёл к мини-холодильнику, и я выпала из поля его зрения. Поторопилась подробнее разглядеть информацию на компьютере, пока он стоял спиной ко мне.

— Только больше никаких выступлений, — серьёзно сказал Михаил, насыпая лёд в стакан. — Ты достойна лучшего, чем танцы на потребу публики.

— Места в твоей компании?

Он молчал, наливая виски. С замиранием сердца, нажала на компьютере кнопку «сон» и отошла от стола. Соколовский повернулся и, подойдя ко мне, протянул стакан.