Чтение онлайн

Костя забрал у меня стакан, и через мгновение я почувствовала тёплые руки. Они прижали меня к крепкому мужскому плечу. Уткнувшись в него, я разразилась рыданиями, дав выход напряжению и эмоциям от испытанного. Он молчал, терпеливо выжидая, когда я немного успокоюсь, а потом уложил меня в кровать и укрыл одеялом. Ко мне запрыгнул Плюшик, который, видимо, до этого прятался от шума. Он уткнулся в мою протянутую руку, и я погладила малыша. Кот потерся об меня и лёг рядом, уткнувшись носиком мне в бок. Последний раз всхлипнув, сквозь ресницы я увидела, что Костя не вышел из комнаты, а расположился в кресле. Вскоре, обессилев совсем, я провалилась в сон.

Проснулась я вечером. Было уже темно. Дышать стало тяжело. Внутренне беспокойство не давало мне покоя, и я стала ворочаться. Уснула в халате и мне стало жарко. Встала, приоткрыла окно, впустив свежий воздух в комнату. В доме было тихо, но выглянув на улицу, я увидела на вечнозелёных кустах самшита и лавровишни свет, падающий из окон первого этажа, где располагался кабинет хозяина дома. Глубоко вдохнула прохладный воздух и обернулась на Костю, который, сидя в кресле, спал. На слабых и дрожащих ногах я побрела в ванну. Тремор меня не отпускал и, выпив успокоительного, я приняла душ. Заснуть я не могла, поэтому оделась в удобные зауженные джинсы и свободный пуловер с большим вырезом. Устроилась в большом и мягком кресле у окна, подогнув под себя ноги. Милый котик запрыгнул на подлокотник, потянув носиком мой запах, наклонил голову и потёрся лобиком о мою руку. Посадив его на колени, погладила и почесала за ушком. Это милое создание напоминало мне о Стасе, и я грустно улыбнулась, вспомнив, как он принёс его мне в кармане куртки. Размеренное урчание успокаивало, а тепло шерстяного комочка согревало, заполняя моё холодное одиночество.

Разные мысли не давали мне покоя: что дальше? какую судьбу для меня готовит Соколовский? как он отомстит, накажет? Сегодня он меня чуть не задушил… как маму… Уверена, что если бы не мужчина, спящий сейчас в кресле, то моё бездыханное тело уже везли бы в багажнике машины, чтобы скинуть в быстрые воды Дона. От этой мысли дрожь охватила тело. Но холода зимней ночи, прорывающегося в открытое окно, я не чувствовала, потому что в душе был холод гораздо сильнее. Зияющая пустота, леденила сильнее. Без Стаса, без его улыбки и объятий, я остывала с каждой минутой. Тоска по нему и его отсутствие в моей жизни убивали меня. Казалось, что ещё немного и я превращусь в ледяную глыбу, которая совсем потеряет желание жить… Совсем утратила интерес к жизни и если меня не убьёт Соколовский, то сама кинусь с моста.

Поискала свой телефон — не нашла. Скорее всего его забрали. Включив свой планшет, попробовала выйти в сеть. Пароль от WI-FI сменили — теперь я даже не могла никому ни позвонить, ни написать, ни хоть как-то дать знать о себе. Я стала листать фото с изображением любимого мужчины, наши совместные селфи в моей спальне, в машине, на море, у водопада… Такие счастливые лица… искрящиеся глаза… излучающий любовь и нежность взгляд Стаса… От воспоминаний слёзы снова хлынули из глаз. Вглядываясь в ночную тьму за окном и серебряную полную луну, на которую надвигались тёмные облака, постепенно её застилая, я уже не сдерживалась и плакала, тихо всхлипывая.

Повернулась на тихие шаги и увидела Костю. Он молча протянул мне коробочку с салфетками. Я безмолвно кивнула и вытащила несколько штук, чтобы вытереть нос и лицо. Мужчина присел передо мной на корточки и опустил взгляд на экран планшета, лежащего на моих коленях. С дисплея на него смотрела счастливая пара — улыбающийся Стас, который делал снимок, и я, сзади виснущая на мужских плечах и целующая его в ухо.

— Любишь его?

— Очень.

— А он?

— Всё сложно…

— Ясно, — сердито отчеканил мужчина. — Иначе бы тебя не было здесь.

— Ты ничего не знаешь, — отрезала я строго.

— Не знаю, — сквозь зубы сказал Костя. — Но видел, что сегодня ОН тебя чуть не убил, — кивнул в сторону двери.

Ничего не ответила, только, отвернувшись и уткнувшись с салфетку, сжатую в кулаке, всхлипнула. Мужчина выдохнул и уже мягче сказал:

— Если он любит тебя, то нужно бороться за своё счастье. Взаимные чувства — редкий дар.

— Если бы это было возможным… — прошептала я. — Соколовский будет мстить. Сам видел. Он даже меня задушить хотел. И его в покое не оставит…

— Шанс всегда есть. Даже если маленький, то нужно рискнуть.

— О чём ты? — с надеждой посмотрела на Костю.

Но наш разговор прервал шум рации, висящей на его поясе. Он нажал кнопку и, развернувшись, отошёл в сторону. Услышав голос Соколовского, я напряглась. Вот и всё…

Костя повернулся ко мне.

— Есть удобная обувь? Посвободнее.

Я с недоумением кивнула. Прошла в гардеробную и взяла любимые белые кроссовки. Обернулась и увидела Костю.

— Надевай.

Я молча надела. Он достал что-то из кармана и присел на корточки. Я заметила в его руке что-то маленькое и чёрное. Он нажал на миниатюрную штучку, и на ней загорелся красный сигнал. Костя просунул её сбоку в мою кроссовку. Он встал и показал мне мой смартфон, а я смотрела на него с недоумением. Почему этот мужчина ко мне проявляет сочувствие? Он же работает на Соколовского и все его указания всегда выполнял неукоснительно и неоспоримо. А теперь… помогает мне?

Не говоря не слова, Костя стянул с вешалки моё пальто и кивнул на дверь.

— Пойдём.

Я молча пошла вперёд, но выйдя в коридор, он взял меня за руку и повёл на первый этаж. Когда мы вышли на улицу, то во дворе я увидела большой, чёрный внедорожник, у которого стояли два головореза опасного вида. Я остановилась. Сердце замерло. Вот теперь мне стало по-настоящему страшно. Сейчас я окончательно осознала весь ужас своего положения. До этого я до конца не верила, что Соколовский способен на это…

Меня стало трясти. Я закрутила головой в поисках своего палача. Соколовского нигде не было поблизости. По моим щекам снова потекли слёзы. Ноги подкосились, и я вцепилась в плечо Кости обеими руками. Он повернулся ко мне и, удержав за руки, тихо прошептал, чтобы нас никто не слышал:

— Будь храброй. Он поможет.

Понятия не имела кого он имел в виду, но почему-то его голос и слова вселили в меня маленькую надежду на спасение. Я вспомнила про миниатюрную штучку, которую он спрятал в моей обуви.

Один из амбалов, лысый и в кожаной куртке, приблизился к нам и, грубо схватив меня за плечо, потянул на себя.

— Эй, поаккуратнее, — крикнул ему Костя.

— Разберусь, — хрипло пробасил верзила в ответ и потащил меня к машине.

Я молча пыталась сопротивляться. Почему-то слова и крики не срывались с моих губ, словно я онемела. Да… наверное от ужаса… от неизвестности… от незнания куда меня везут и что со мной сделают. От моих извиваний, было только хуже. Этот упырь схватил меня так, что мне дышать стало трудно. Надавив на мою голову, он затолкал меня в машину на заднее сиденье, и сел рядом, подтолкнув на середину сиденья. С двух сторон меня сдавили эти верзилы: лысый в чёрной кожанке и второй, больше похожий на мажора, в пальто. В салоне пахло мужским терпким парфюмом и сигаретным дымом.

— Трогай, — рявкнул лысый.

Машина, утробно заурчав, тронулась со двора ненавистного мне дома. Только вот куда? В неизвестность… в полном смысле этого слова.

Спрашивать что-то у моих молчаливых палачей было бесполезно. Молча сжимала пальцами полы пальто, кутаясь в него. Несмотря на тепло в машине, меня трясло мелкой дрожью. Видела, что едем мы не в город, а наоборот по трассе удалялись ещё дальше от коттеджного посёлка.

Вскоре машина свернула с трассы, и мы въехали в новый посёлок с большими домами, которые в основном были ещё недостроенными. Я немного вздохнула, потому что уже на полном серьёзе думала, что меня везут в лес, чтобы пристрелить.