Прекрасный жасмин и Неукротимый ветер
Шрифт:
Девушка улыбнулась и хотела войти к себе, но решила спросить:
– Джордж, ты, то есть вы, знакомы с семьей Азиза?
Держать собеседника за дверью было невежливо, и Мирэя пригласила в комнату. Там Джордж ответил, что Азиз очень скрытен по поводу семьи, у них непринято такое обсуждать, но его жену Дипти он, конечно, знает, она обычно занимается стиркой.
– Давайте на «ты», – предложил мужчина.
Мирэя непременно согласилась.
– Не волнуйся за туземцев, у них своя жизнь и свой уклад, нам не понять… – уверил Джордж.
Девушка покивала, но с иными мыслями в голове… белокожие пришли сюда и завладели землями, а значит и людьми… а значит они уже залезли в их жизни… Затем Джордж осмотрелся, будто не у себя дома, заметил на туалетном столике шкатулку Мирэи, расческу и зеркальце. Постель была заправлена, на ней лежала сорочка. Увиденное навело его на любовные мысли… Проницательная девушка уловила, куда он смотрит задумчивым взглядом, и вмешалась.
– Я, пожалуй, буду отдыхать…
– О, конечно… – встрепенулся Джордж и ринулся к двери, точно укушенный мухой.
Излишняя суета и его скованность смущали Мирэю, на его фоне она выглядела более уверенной и раскрепощенной.
Поздним вечером раздался бас Пола. Его спальня была в конце коридора. Мирэя выглянула и увидела, как он грубо за руку вышвырнул из спальни Луизу практически нагую, она держала одежду в руках и пребывала в шокированном состоянии. Подобное ужаснуло Мирэю, она не стала вмешиваться в разборки, но вот когда мужлан захлопнул дверь, а Луиза поспешила в слезах мимо, то позвала ее к себе.
– Оденься, пока никто не застал, – предложила Мирэя.
Она и сама встревожилась, было очень жаль бедняжку, которую выгнали, как собаку.
– Что произошло? – решила спросить девушка, пока служанка спряталась за ширму и одевалась, хлюпая носом.
– Простите ради бога, миссис Лестер… Мне так стыдно… очень стыдно… Но мистер Пол сам приглашал меня, сам начал гладить и вышло это…
Неуравновешенный мужчина сначала уложил Луизу в постель, а потом ему вдруг стало не по нраву, что она легкодоступная, да еще и осмелилась сама целовать его, что он ненавидел. Эти звуки чмока и слюни раздражали Пола. Он был груб и холоден, схватил вдруг Луизу и вышвырнул, когда сделал свое дело.
– Ну и ну… а он еще хуже, чем я думала, – негодовала на быстрый рассказ Мирэя, скрестив руки на груди.
– Умоляю, не говорите никому, что я была в таком виде… на кухне меня засмеют… – попросила служанка.
Мирэя пообещала, что не скажет, однако поведение мерзкого мужлана ужасно злило. Луиза оделась и скорее вышла.
Ночью Мирэя думала и никак не могла уснуть. Она решила спуститься к водоему. В темном дворе раздался плеск воды, в ней кто-то купался. Вынырнув, Амрит сел на край и свесил в воду ноги, а когда увидел Мирэю, то едва не упал на скользком полу в попытке подскочить.
– Миссис Лестер, только не говорите хозяевам, что я тут без их разрешения плавал… иначе меня высекут… – вымолвил парнишка.
Мирэя спокойно вышла во двор и сделала шаги ближе.
– Та ссадина на шее… – намекнула она и увидела на груди юноши полосы.
– Да… – признался Амрит, что его били.
– Пол? – догадалась девушка.
Амрит кивнул.
– Я не скажу, не волнуйся, ты можешь плавать сколько хочешь…
Парнишка заулыбался и насмелился предложить ей тоже опустить ступни в прохладную воду. Мирэя присела и без смущения подняла подол шлафора почти до колен. Она опустила ноги и ощутила приятное обволакивание водичкой.
– И вправду здорово, – произнесла расслабленная девушка.
Амрит тоже сел и бултыхал ногами в воде.
– Я очень люблю воду, люблю купаться… но здесь мало где можно… в моих краях есть огромный водопад и целое море из реки, – с воодушевлением поделился он.
– Так значит ты не здешний? – удивилась Мирэя.
– Нет… но только никому не говорите…
Девушка изобразила жест, будто прикусывает ладонь в знак молчания, юноша похихикал.
– А про цвет глаз расскажешь теперь? – напомнила она.
Амрит улыбался и вдруг взгрустнул.
– Моим отцом был белокожий чужестранец – путешественник и, кажется ученый… а мама индианкой… У них была недолгая связь, и появился я… но я не похож на отца, говорила матушка… я все равно в нее, со смуглой кожей и темными глазами, это лишь блики на солнце показали вам серый цвет… – поделился он.
Парнишка не был рад, что в нем кровь чужеземца и хотел быть похожим на своих. Благо солнце помогло стать темнее, а в детстве он был вовсе светлокожий.
– В меня даже кидали камни, что я не такой, как мои соседи… – сказал Амрит.
Мирэе стало жаль, что так вышло у юноши.
– Мы не выбираем родителей, не выбираем кем и где родиться… – подбодрила девушка.
– Мудрые слова, мэм сахиб… – с улыбкой ответил Амрит.
– А где сейчас твоя матушка?
– Там же… дома… а я решил, что, работая на господ, смогу побольше зарабатывать и помогать ей. Иногда я посылаю к ней человека из ближайшей деревни передать письмо и мешки с рисом. Иногда получается передать ткани, посоленное мясо, чтобы не протухло в пути… разное, главное, чтобы она не голодала.
– Это очень мило и ответственно с твоей стороны, похвально, – сказала изумленная Мирэя.
– Благодарю, миссис Лестер, – ответил юноша и залился румянцем, стало приятно, возникло чувство симпатии.
Колыхающиеся от ветерка кудри девушки, ее белые стройные ноги и красивое лицо – очень нравились неискушенному Амриту, он буквально с первого взгляда влюбился впервые в жизни.
– А как зовут служанку, что прислуживает на кухне? – полюбопытствовала Мирэя про ту девушку, с кем спит Роберт.
– Тара… в честь богини… – охотно поделился Амрит. – Она живет в домике возле меня с другими двумя помощницами господ.
Мирэя видела одну индианку, ответственную за корм для кур и лошадей, а также во втором сарае содержались пара зебу для работы с землей.
– Тара здешняя? – добавила вопрос девушка.
– Нет, она оттуда, откуда же и я… где большие водопады. Но уже давно живет здесь, – поделился с улыбкой мечтательный юноша.
Отвлек женский голос со стороны домиков. Это Дипти снова ругалась с мужем, вернее, получала оплеухи.