Чтение онлайн

— Честно? Не очень хочу проверять.

— То есть предлагаешь все же не кормить тебя вкусностями?

— Предлагаю делать это не ежедневно. — Я с сожалением бросила взгляд на стол. — А еще я поняла, что мне не хватает танца.

— Ты хочешь вернуться в клуб? — Кирьяр поджал губы и явно собирался напомнить мне о том, что ониксы чувствуют метку.

— Нет. Я не любила свою работу. Но танцевать мне нравится. Просто буду заниматься дома. Там не все условия, но я что-нибудь придумаю. Без движения я начинаю чувствовать себя неповоротливой. Мне это не нравится.

— Ты хочешь одну комнату оборудовать под занятия танцами? — спокойнее уточнил он.

— Да. Это было бы превосходно. Мне не нужны зрители, если ты беспокоишься об этом. Мне нужно движение. Танец заставляет меня чувствовать себя живой.

— Один зритель у тебя все же будет, — сказал оникс. — Мне нравится, как ты танцуешь. А комнату я прикажу оборудовать. И если хочешь, я могу договориться с преподавателем.

— С преподавателем? — Я не могла понять, зачем мне наставник, я сама могла учить кого угодно.

— Она давно занимается танцами. Намного дольше, чем ты. Возможно, под руководством тебе будет удобнее тренироваться? Леди Рина преподает классический танец. Правда, это немного не то, к чему ты привыкла, — немного неуверенно закончил Кирьяр.

— Как раз то! — воодушевилась я. — Когда-то я изучала именно классический танец. Позже мне пришлось переучиваться, и навык я утратила. Если получится восстановить, это будет замечательно.

— Хорошо. Тогда я попробую до отъезда договориться с леди Риной. Тебе удобнее заниматься у себя или в студии?

— Мне все равно. Если дома будет оборудованная комната, почему бы и нет?

— Тогда решили. А сейчас, если ты не против, все же давай отправимся домой. Иначе я ничего не успею.

До города мы доехали без приключений. Кирьяр даже не стал заходить в дом. Поцеловал меня на прощанье и укатил по своим делам на неопределенное время. А я осталась на пороге, предоставленная сама себе. Теперь я могла делать все, что захочу, но, как оказалось, к этой свободе была не готова.

Дом смотрелся пустым, и я не знала, что мне в нем делать в гордом одиночестве. Завтра с утра планировала съездить к Янине, а дальше что? Даже если вдруг оборудуют комнату для танцев, то все равно танцевать весь день не будешь, а чем-то занять себя нужно.

Странно было признаваться самой себе в том, что я начала скучать по ониксу. Давно ни по кому не скучала. Когда-то скучала по погибшим родителям, первое время — по Янине, а потом привыкла и к тому, что мамы с папой больше нет, и к редким встречам с сестрой. Я была одна, и меня это устраивало. Как выяснилось, до сегодняшнего дня.

За выходные, проведенные с семьей Кирьяра, я устала. И эмоционально, и физически. Произошло слишком много нового, поэтому, вернувшись домой, я отправилась спать, несмотря на то что едва наступил вечер. Но есть я не хотела, заняться было нечем, а мозг требовал перезагрузки.

Думала, долго буду ворочаться с боку на бок или проснусь в несусветную рань, но нет. Я провалилась в глубокий, спокойный сон без сновидений и даже не заметила, когда пришла помощница по хозяйству. Спустилась вниз, когда работницы уже и след простыл, а о том, что она приходила, напоминал лишь запах свежей выпечки и сверкающий чистотой холл.

Следующие несколько дней оказались, вопреки моим ожиданиям, очень насыщенными. Во-первых, я на целый день уезжала к Янине. Пообщалась с ее лечащим врачом и присланным Кирьяром менталистом и убедилась, что сестренка идет на поправку. Меня еще не пустили к ней, но я уже видела, что Янина не так замкнута в своем собственном мире, она иногда выбирается из него, чтобы позаниматься со своей наставницей. Это радовало. Мы находились на верном пути. Пусть это самое начало, но, глядя в палату через толстое стекло, я верила — все у нас наладится. Пусть и не прямо сейчас, но через какое-то время — точно.

Врач заверила меня, что, когда я приеду в следующий раз, можно будет организовать короткую встречу и посмотреть, как отреагирует на меня Янина. Мне было радостно и страшно одновременно. Я вернулась домой к ночи и снова упала на постель, даже забыв переодеться и сходить в душ.

На следующий день с утра привезли оборудование для танцевальной комнаты. Идея ее создания увлекла меня, и я контролировала каждый шаг мастеров. Мне было важно все: и свет, который падает через огромные окна; и где стоят зеркала; и даже цвет стен.

Когда спустя три дня все закончили, я поняла, что готова жить прямо здесь, на мягком коврике, предназначенном для растяжки и отработки акробатических номеров.

Тренера я ждала с нетерпением и воодушевлением. Хотя сама успела потанцевать, и не один раз. Единственное, что меня печалило, это то, что поездка Кирьяра затянулась. Он отсутствовал уже неделю. Начиналась вторая, а я до сих пор не знала, когда он вернется. И спросить было не у кого.

Я еще раз навестила сестру. Она мне даже улыбнулась и не хотела отпускать, когда пришло время расставаться. Мои сомнения в том, нужна ли я ей, оказались напрасными. Даже находясь в своем мире, Янина не забывала про меня и чувствовала мою заботу.

Дважды в день я занималась классическим танцем с леди Риной — немолодой, очень гибкой и уверенной в себе женщиной. Она смеялась и говорила, что не понимает, зачем мне уроки, я и сама могу преподавать, но мне нравилось перенимать ее опыт и умение держать себя. Она была королевой танца — величественной и недосягаемой. Красивой, грациозной, такой, какой мне хотелось быть. Когда она танцевала, ею восхищались, а меня хотели — это очень большая разница.

Несмотря на танцы, прогулки и посещение Янины, я скучала по Кирьяру и ждала, когда он вернется. Каждый день и вечер, готовая бросить все свои дела. Такая одержимость пугала. Еще совсем недавно я не переносила его на дух, а тут думала только о нем и нашей встрече. Прокручивала в голове возможные сценарии, предвкушала и волновалась. Могла ли я подумать, что привяжусь к нему?

Поэтому когда одним вечером раздался стук в дверь, я бросилась открывать без раздумий, на сто процентов уверенная, что это он. Просто ко мне больше никто прийти не мог. Я порвала почти все связи со своим прошлым. А с несколькими оставшимися приятельницами предпочитала встречаться в кафе, не распространяясь о своей жизни.

За дверью стоял мужчина, и я даже не подумала на кого-то другого — характерные черты, взлохмаченная челка. И внезапно — человеческие глаза…

Глава 15

— Дариар? — удивленно пробормотала я, чувствуя, как холодеют руки. Что он здесь забыл? Как меня нашел? Попыталась захлопнуть дверь, но он не позволил, выставив ногу. — Чего тебе нужно? Как ты узнал, где я живу? — тараторила я. Голос срывался и дрожал.

— Не дергайся, Эва, — как-то странно хрипло произнес он. — Этот дом принадлежит Кирьяру, и про него знают все. — Я не собирался тебя пугать.

— А тогда что же тут забыл?

— Гулял недалеко…

Парень с трудом отлепился от стенки и вышел на свет. Только сейчас я заметила разбитую скулу и то, что Дариар как-то неестественно прижимает к груди руку.