Чтение онлайн

Это добило Урса, он поднялся и пошел на площадь. В душе его зрела решимость.

Желтый Ворон не удивился, когда к нему подошел молодой крестьянин и сказал:

— Не все в нашей деревне трусы и рабы. Я хочу к тебе. Я хочу быть свободным.

— Желтому небу нужны достойные люди. Кто ты?

— Я был Урс Ликарин, а новое имя вы мне дадите по моим делам.

— А, тот, кто в одиночку убил медведя и двумя стрелами разогнал варваров! — с иронией сказал Ворон, и Урс понял, что его слава обогнала его намерения. — Но мало ли что люди брешут. Победи моего человека, и ты будешь с нами.

— Можно, я сам выберу того, с кем сражусь? — спросил Урс и показал на русоволосого.

— Белый Енот, тут кое-кто на дубинках с тобой сразиться хочет! — засмеялся Ворон. — Крестьянин, Енот один из лучших бойцов, так что я тебя возьму, даже если ты достойно проиграешь. Кажется, ты не такой, каким тебя молва ославила.

Схватка длилась недолго. Самоуверенный Енот получил удар дубинкой по колену и не смог продолжать бой. Для него реквизировали повозку, пообещав, что она будет возвращена потом. Урса Ворон подозвал к себе и сказал:

— А теперь, чтобы надеть желтую повязку, ты должен выполнить два дела, которые оторвут тебя от деревни и скрепят твое братство с нами. Возьми одну из деревенских женщин, а потом повесь эту сволочь! — и Ворон показал на чиновника.

Урс посмотрел вокруг. Лурунисса уже накинула на себя платье и смотрела на него восхищенными глазами. Это окончательно взбесило Урса.

— Я возьму эту! И прямо посреди площади!

Урс вытащил за руку не особенно сопротивлявшуюся Луруниссу на середину площади. Та, глядя на него еще более восхищенными глазами, покорно сняла платье и стала его обнимать. В пылу страсти она ему сказала:

— Оказывается, ты не трус и настоящий мужчина! А то с медведем я не знала, то ли верить тебе, то ли не верить.

Урс, встав после объятий, сделал то, в чем потом раскаивался всю жизнь (кроме первых нескольких недель после этого события). Он пнул Луруниссу ногой и сказал:

— Поднимайся, ишь разлеглась! Еще кого-нибудь ждешь?

Ворон со смехом спросил его:

— Ну как тебе твоя невеста?

— Настоящая шлюха! — процедил Урс.

Эти слова были приговором для Луруниссы. Теперь ей оставалась одна дорога: на дно. Туда она и скатилась.

Отец закричал:

— Ты мне больше не сын! Я отрекаюсь от тебя! Ты для меня мертв!

— Правильно! — вдруг сказал Ворон. — Теперь на тебе, крестьянин, нет вины за то, что Урс повесит чиновника, а ты можешь вытребовать обратно от этих гадких горожан и аристократов кого-то из членов твоей семьи.

Урс подошел к чиновнику, согнал с того облепивших его тело слепней, оводов и кровососов, отвязал жалкого человечка, сказал ему тихо: "Не бойся, сейчас будет лучше!" и вздернул. Потом он повернулся ко всем и неожиданно для себя закричал:

— Так будет со всеми чиновниками, Высокородными и их прихвостнями!

— Правильно думаешь! — похвалил Ворон. — Будешь добрым удальцом.

Урс выхватил из награбленного одним из восставших лук Труна, который ему давно уже нравился, и ожидал новой драки. Но неожиданно разбойник приветливо улыбнулся ему и сказал:

— Все правильно! У тебя лука нет, а у меня уже есть. Мы, Желтые, должны всем делиться с братьями.

Затем Урс зашел на конюшню к "деду" Хингу, взял его коня и седло, прицепил палицу из еще одной кучи награбленного и присоединился к отряду разбойников. Ему торжественно повязали желтую повязку и нарекли Ревнивым Быком. На душе Быка, как ни странно, было легко и радостно. Перед ним открывалась новая жизнь, как ему казалось, достойная его.

Так Урс стал разбойником в ватаге идейного мстителя Желтого Ворона.

В ночь после проклятий барона и чиновника Тор с семьей, парой слуг и тремя лучшими подмастерьями в сопровождении отряда Косъатира выехал из усадьбы. Около родника их встретил какой-то весьма воинственный и подозрительный отряд из полутора сотен разношерстно экипированных удальцов. Их главарь носил шлем, украшенный лисьей шкурой, пятнистый плащ, вооружен был копьем, луком и топором.

— Привет тебе, Горный Лис! Значит, решил принять мое предложение? — сказал Косъатир.

Мастер и Эсса невольно вздрогнули. Горный Лис был знаменитым атаманом разбойников, чья шайка за полгода своего существования уже сотворила немало лихих дел.

— Я теперь не Горный Лис, а вновь десятник армии принца, пока принц не произвел меня выше.

— Я своей властью рыцаря произвожу тебя, Клин Илайор, в сотники. Вспомни свою доблесть в Северном Походе. Принц гарантирует прощение всем твоим людям, награды за честную службу и земли в своих владениях, куда чиновникам канцлера доступа нет. Западные соседи зашевелились, их придется укротить. А сейчас сопроводите к принцу его дорогих гостей, — завершил рыцарь.

Эсса ухмыльнулась хитрости симпатичного рыцаря. Сам он решил со своим отрядом остаться в крепости, наемникам доверить такое богатство было нельзя, остается лишь банда разбойников, которые мечтают о том, чтобы вернуться на путь истинный. А что их довели до разбоя чиновники канцлера, Эсса не сомневалась.

Через две недели Тор прибыл в Карлинор. Город был раза в два поменьше Линьи и далеко не столь живописен. На кирпичных городских стенах не было ни облицовки, ни рисунков, но отремонтированы они были безупречно. Внутри города на холме виднелась цитадель, в порту стояли два купеческих корабля и пара военных. Храмы были небольшими, но один них блистал золочеными куполами. На первый взгляд город производил впечатление чистого и зажиточного.

Принц лично выехал Тору навстречу, наградил Илайора и его разбойников за хорошую службу, подтвердил его новый чин и распределил его людей по своим отрядам, а для Тора устроил пышный пир. На следующий же день Тор стал строить новую мастерскую в стенах города (принц заранее откупил пару домов в квартале ремесленников, чтобы освободить участок, и теперь подарил их Тору). Тор все время ворчал, что вокруг слишком много народу и суета, тем более, что почти каждый день надо было отвлекаться: то прием в Городском Совете, то прием в цехе, то кто-то из знати пригласит. Но уже через три дня в Карлинор пришло известие о том, что на севере Крангор, один из принцев обвинен в мятеже и уже дерется с войсками канцлера.

Словом:

Там, где все тихо

Черти интриги плетут,

Всех очерняя.

Ценен ты, Мастер,

В городе только большом.

Тор, Великий Мастер-оружейник, со своей женой Эссой и сыном Лиром пока что снимал дом для своей семьи, а новый дом и кузница строились неподалеку. Поскольку заказы Тор еще не мог выполнять, он все время уделял постройке дома, а также закупке многочисленных и зачастую редких ингредиентов. Новых заказчиков он принимал лишь в случае, когда они были направлены лично принцем, поскольку принц-то знал, что еще предстоит построить мастерскую, набрать подмастерий и учеников, нанять слуг и закупить рабов и рабынь. Ведь все имущество и все ученики остались в Ломо, в старой кузнице, которая теперь практически стала крепостью принца. Наймом слуг и закупкой рабов ведала его жена Эсса, а вот подмастерья и ученики потянулись, многим хотелось быть вассалами и учениками знаменитого Великого Мастера, которого другие Великие Мастера, скрепя сердце, признавали лучшим во всей Империи. Не отпугивали даже жуткие слухи, которые тянулись за Тором, что он, дескать, достигает такого мастерства жестокими и кровавыми сатанинскими ритуалами. Тем более что на городском празднике принц лично представил городу нового Великого Мастера (в Карлиноре до сих пор был всего один горожанин такого ранга: шелкомодельер Исс Лиллиринс) и заодно похвалил его безупречную нравственность и набожность, что являлось косвенным, но весьма авторитетным, опровержением слухов. После этого простые люди стали говорить, что про любого великого человека такие слухи завистники и подлецы распускают, ведь в этом городе Тор еще не успел никого оскорбить и пока что был героем дня. А жена его, осознав, что происходит, стала щедрой рукой раздавать милостыню и помогать бедным, и Тору посоветовала поступать так же. Конечно же, попрошайки после этого прямо вились вокруг них, так что стражники и городские жители порой просто разгоняли их, но Тор, проявляя неожиданный для самого себя стоицизм, не позволял никакого гнева даже по отношению к самым нахальным из "нищих". Лишь как-то раз в сердцах он закричал этой толпе: "Не мешайте мне! Если кто хочет быть все время сыт и иметь денежки на развлечения, идите ко мне в слуги!" Никто из попрошаек, естественно, не откликнулся, а расхохотавшийся народ разогнал их. Естественно, через час стая шакальчиков уже опять вернулась…