Чтение онлайн

— Нет, — в отчаянии прошептала Роуэн.

Но слово развеялось по ветру, ибо не имело никакой силы. Им оставалось лишь наблюдать.

Линден оторвала взгляд от оленя, когда сквозь ряды притихших охотников протиснулась чья-то фигура. Королева Айяра вышла из толпы и направилась к колодцу с луком в руках.

Роуэн и Уилл посмотрели на Гаррука, пришедшего вслед за ними, но тот лишь покачал головой. Это была настоящая Айяра. Когда она остановилась перед ними, Уилл заметил золотые брошки в виде кубков, приколотые к лацканам её охотничьего жакета. У Айяры, подстрелившей оленя, таких брошек не было. Око вновь ошибся в мелочах, как в тот раз, когда забыл про шрам на глазу Кадо.

— Не знала, что ты участвуешь в зимней охоте, — бесстрастным голосом произнесла Линден.

— Это та часть моей жизни, в которую я предпочитаю не посвящать людей.

— Поэтому при виде меня и моих рыцарей ты спряталась за чужими спинами? — холодно спросила Линден. — Не хотела, чтобы мы тебя заметили?

— Я удивлена, что тебя так сильно волнуют мои поступки, когда твой возлюбленный супруг умирает у тебя на руках. Если, конечно, этот олень — и впрямь заколдованный Альген Кенрит. Как ты можешь быть в этом уверена?

— Я рада, что вы спросили! — крикнула Эловен, вскинув обе руки с радостной улыбкой, которая была до того неуместной, что Уилл болезненно скривился. Но сказительница этого не заметила. — Этот тип, Око, не простой оборотень. Как я узнала на собственном опыте, он может придать другому человеку тот же облик, который принимает сам, если дотронется до него во время превращения. Это ли не изумительно?

— Сейчас не время, — процедила Линден.

Ничуть не смутившись резким тоном королевы, Эловен продолжила: — Полагаю, заклятье вроде этого может быть разрушено после смерти. Поэтому, когда олень умрёт, мы точно узнаем, что это Кенрит, если зверь превратится обратно в человека.

Роуэн зажала рот ладонями.

— Матушка, ты же целительница, — тихо сказал Уилл. — Неужели ты не можешь исцелить его?

Обычно невозмутимое чело Айяры избороздили едва заметные складки озабоченности, которые смотрелись непривычно на этом нестареющем лице. — Полагаю, волшебству королевы Линден не под силу исцелить смертельную рану.

— Это правда, — тяжело вздохнула Линден.

— Откуда вам знать, что рана смертельная? — вспылила Роуэн. — Почему все просто стоят и смотрят, как будто ничего уже нельзя исправить?

Айяра окинула девушку холодным взглядом, каким могла бы рассматривать муравья. — Мы, эльфы, можем почувствовать смерть в воздухе, когда эссенция духа вытекает из живой плоти. Вам, людям, недостаёт для этого чуткости к окружающему миру. Как бы то ни было, рана, нанесённая зимней охотой, всегда смертельна.

Роуэн схватила Уилла за руку.

— Вот что я скажу, Линден, — продолжила Айяра. — Если Альгену суждено умереть, мне жаль, что он покинет нас так скоро. Он был справедливым и честным — для человека.

Пока она говорила, её двоюродная сестра леди Эльфра приблизилась величественной скользящей походкой, столь грациозной, словно её ноги вовсе не касались земли. Она вела себя с царственным достоинством, хотя корона из увитых цветами колючек, венчавшая копну её чёрных волос, казалась скорее насмешкой над королевским обручем, который украшал голову Линден.

Эльфра оглядела умирающего оленя и тех, кто собрался его оплакать. На её лице не дрогнул ни один мускул. — Я по-прежнему озадачена личностью этого незнакомца, который украл облик Айяры, и, как вы утверждаете, превратил двух людей в животных. Откуда он пришёл? Неужели в Королевстве скрывается забытый клан эльфов? Что тебе известно о нём, королева Линден?

— Я не думаю, что он эльф, — заметила Эловен.

— Мне известно лишь то, что сообщила мне Эловен. Для Королевства он такой же чужак.

— Тогда что ему здесь было нужно?

Роуэн решительно вышла вперёд. Уилл схватил её за локоть, чтобы она не совершила какую-нибудь глупость, но он не мог помешать ей высказаться. — Око знал, что если эльфы убьют Верховного короля, начнётся война.

— Мне хорошо известно, что он несколько месяцев искушал самых глупых и безрассудных среди наших кланов.

— Чтобы стравить Королевство и Дебри! — выкрикнула Роуэн.

Леди Эльфра приложила палец к губам, словно призывая всех к тишине. В её довольной улыбке сквозила хладнокровная жестокость. — Дебри и Королевство уже и без того противники, дитя.

— Однако мы не враги, — сказала Линден.

Эльфра горько усмехнулась. — Ты чересчур вдаёшься в тонкости, королева, но в твоих словах есть доля правды. Нельзя позволить чужаку диктовать нам условия наших взаимоотношений.

— Чего ты хочешь, леди Эльфра? — спросила Линден тем же размеренным тоном, хотя Уилл не мог понять, почему она не рыдает от горя и не рвёт на себе волосы. Олень часто задышал, словно он в последний раз убегал от погони, преследуемый неумолимой смертью.

— Мы живём согласно законам природы. Умирая, каждый уступает место тем, кто будет жить после, и умирающее солнце в его самый краткий день нужно насытить, чтобы оно вновь могло расти. Отдай нам нашу кровь, и мы уйдём с миром, забрав с собою раненых. Если же охота не получит крови, то битва продолжится, и гораздо больше крови будет пролито в грядущем году.

Линден промолчала, но её взгляд метнулся в сторону ведра, покачивающегося на верёвке, в сторону черепа и сверкающего меча. Уилл ни за что бы этого не заметил, если бы не наблюдал за ней так пристально, пытаясь понять, почему она просто сидит и ничего не делает. Ведь это совсем на неё не походило! Она всегда была той, кто продолжает бороться, даже когда у остальных заканчиваются силы, упорство, преданность и мудрость.

Пытаясь вывернуться из его хватки, Роуэн грубо оттолкнула его. — Ты ведь не серьёзно, Матушка? Должно же быть хоть что-то, что ты можешь сделать. Нельзя позволить Око победить! Нельзя дать охоте забрать его кровь! Я лучше буду драться!

— Он уже умирает, — ответила Линден. — Мы делаем то, что дoлжно.

— Нет! — вскричала Роуэн. — Нет, это неправильно! Почему ты просто позволяешь им забрать его?

— Потому что именно этого ему бы хотелось. Потому что это и значит быть достойным.

— Самая сильная кровь — у самоотверженных правителей и невинных детей, но самоотверженные правители встречаются гораздо реже, не правда ли? — сказала Эльфра.

Линден взглянула на высокую эльфийку. Хотя она сидела на земле, а эльфийка стояла во весь рост, королева вовсе не казалась запуганной или униженной. На её лице застыло выражение безмятежности, вызывавшее у Уилла зависть пополам с недоумением. Спустя мгновение Линден кивнула.

Присев, Эльфра обмакнула палец в лужу оленьей крови и слизала её со своей кожи. — Кровь венчает год, — произнесла она и отошла в сторону.