Чтение онлайн

Сударушкин извлек из прозрачного мешка клетку с мышами. Мыши задрали мордочки и ожесточенно начали нюхать воздух. Покидать этот мир они не собирались.

Тогда главный биолог произнес вполголоса сложное заклятие, бросил клетку со зверьками в траву и откинул шлем.

Его примеру последовали остальные. В лицо людям ударил воздух, напоенный ароматами. И какими ароматами! Воздух казался густым от запахов меда, непривычного, неземного меда незнаемых цветов. Тишина, полная тишина, никакого гудения механических систем. Шелест оранжевых листьев, тепло солнечных лучей на затылках… Десантники стояли с лучевыми пистолетами в руках, слушали тишину и вдыхали этот воздух. Их обступал покой. И за этим покоем не чувствовалось никакой затаенной опасности, ничего недосказанного и скрытно-угрожающего.

Внезапно вскрикнула Ютта — из травы высунулась усатая кошачья морда. Люди отступили, подняв пистолеты, и из синих зарослей вышел диковинный зверь, около метра длиной, с восемью мускулистыми ногами, покрытый коричневой с переливами шерстью. Он больше походил на мохнатую гусеницу, однако казался симпатичным и внушал доверие. Без тени любопытства зверь посмотрел на них, отщипнул клок оранжевой травы, задумчиво ее пожевал и ушел.

— Не попрощался, — сказал Рэд.

— Идем дальше? — спросил Алексей.

— Стойте пока на месте! — Эррера шагнул прямо в синюю клумбу, сделал еще десять-пятнадцать шагов, остановился, породил грубым сапогом по траве.

Из-под ноги врассыпную скакнула стайка местных кузнечиков.

— Кроха, — попросил Эррера, — принеси-ка пару сачков и три прозрачных мешка. Жаннет и Антуан, будете ловить насекомых. Смотрите, осторожнее лица, да и руками старайтесь не брать! Остальные — подстраховывают меня.

Еще через десяток шагов он остановился перед деревцем с тонким желтым стволиком и длинными синими листьями.

— Осторожно, Эр! — крикнула Ютта.

— Я вижу!

По всему стволу сидели ежи. Обычные земные ежи, только иглы на них были покороче и потоньше. Офицер дулом пистолета шевельнул одного из них. Колючий комок камнем упал в траву. Эррера отпрыгнул, а когда осторожно подошел снова, еж лежал все там же.

— Похоже, это плод, ребята! — шевельнув его пистолетом, крикнул Эррера. — Держите!

И он бросил «ежа» десантникам. Те шарахнулись в сторону, Сударушкин запротестовал:

— Не ребячься, Эр. Может, они ядовиты?

— Проверь, — пожал плечами офицер. — Это дело главного биолога…

Потихоньку группа углубилась в чащу.

Странный это был лес. Светлый, какой-то прозрачный, напоенный удивительными ароматами. Видов деревьев было много, но ползучие растения почти не встречались; из-за множества полянок лес казался чуть запущенным английским парком. Непрерывно попадалось мелкое зверье.

Отойдя от ракеты метров на двести, десантники вынырнули на большую поляну.

— Осторожно! — тихо сказал Эррера, шедший впереди группы. — Не стрелять!

— Ой! — это Жаннет вынырнула вслед за командиром.

На поляне паслись коричневые животные величиной с корову. Сужающиеся головы были снабжены парой острых рогов, а заканчивались двумя хоботами, которыми эти странные существа очень ловко, действуя попеременно, срывали пучки травы и отправляли в рот.

Одно из животных, привлеченное шумом, повернуло голову и посмотрело на них большими любопытными глазами. Все застыли. Но животное отвернулось, и его хоботы опять ритмично задвигались.

— Машина какая-то! — с досадой сказала Жаннет.

— Хоботная корова! — в восторге прошептал Сударушкин.

— Крошка, что у вас там? — послышался в шлемофоне взволнованный голос Мзии.

— Ничего, Мзиюшка, нашли коров. Сейчас подоим, и вечером будешь пить парное молоко.

— Я хочу к вам!

— Нельзя, Мзия. Мы уже поворачиваем, — сказал Эррера и, обращаясь к группе, добавил — Сто метров в сторону и назад.

Эти сто метров прошли значительно быстрее, уже разговаривая и смеясь. Впереди опять показалась поляна, по краям заросшая зелеными кустами. Все остановились. На шарообразных кустах, широко распластав крылья и как бы обняв ими зелень, сидели лебеди. Темно-синего цвета птицы с отливающими сталью синими же пластинами на спине и крыльях, они были величиной с крупную собаку. Длинную шею венчала лобастая голова с зелеными фасеточными глазами — двумя по сторонам и одним на затылке — и массивным клювом.

— Зачем им глаз на затылке? — шепотом спросила Ютта.

— Наверное, здесь есть хищники, — пояснил Сударушкин. — Это как дополнительная защита против возможной опасности. Иначе он атрофировался бы.

— Отдыхают, — задумчиво констатировал Рэд. — Как боксеры после боя. Вид у них беспомощный какой-то.

— А погладить их мне не хочется! — вдруг сказала Ютта.

— Почему? — спросил Эррера.

— Они противные.

— Просто на них нет мягких перьев, — командир с сомнением посмотрел на птиц. — Пошли, ребята!

Странные существа проводили их взглядами фасеточных глаз, но ни одно не поднялось со своего куста.

К ракете вернулись без приключений.

Вечером все маялись головной болью и сильной слабостью. Биотрансформатор после осмотра и анализов выдал диагноз: «Легкое отравление гелиевой атмосферой. Лечение — биостимуляция и повышение обмена веществ в нормальном воздухе. Профилактика — пребывание в атмосфере планеты не более четырех часов».

Так состоялось короткое первое знакомство с новым миром.

Через два дня разведчики осмотрели территорию в десять квадратных километров. Ездили на вездеходе и ходили пешком, составили огромный гербарий, наловили животных и насекомых. Наконец, обнаружили море или большое озеро.

— Странная планета, странный животный мир! — сказал за ужином главный биолог экспедиции Алексей Сударушкин. — Совсем нет хищников. Не обнаружено! Никто не поедает другого, все лопают траву.

— Нет разумной жизни, — продолжал Антуан. — Как мы ни старались отыскать ее, не нашли. Скучная планета.

— А по-моему, эти хоботные коровы — очень милые существа, — возразила Мзия. — Неразумные, но мирные.

— Нужно проверить море! — предложил Сударушкин. — Может быть, разумная жизнь развивается здесь в другой среде?..

Но и море не ответило на этот вопрос.

Дальнейшие изыскания проводились на суше. Разведчики забирались на вездеходе куда-нибудь подальше, оставляли его на видном месте, а потом бродили небольшим отрядом по напоенному ароматами лесу, поражаясь вновь и вновь открываемым видам кустов, трав и деревьев.