Чтение онлайн

Следующий человек, к которому я отправился, был Майкл Лектер, юрист из моей команды. Как я уже говорил, Майкл — один из самых уважаемых адвокатов, занимающихся проблемами интеллектуальной собственности в области технологий, патентов и товарных знаков.

Когда футбольная команда «Browns» решила покинуть город Кливленд и перебраться в Балтимор, штат Мериленд, и в связи с этим поменять свое название на «Baltimore Browns», власти города Кливленда решили во что бы то ни стало отстоять название команды, ранее принадлежавшей их городу. И они тут же позвонили не куда-нибудь, а в фирму Майкла «Squire Sanders and Dempsey». В конце концов команда все же переехала, но была вынуждена изменить название на «Baltimore Ravens» — Национальная футбольная лига пообещала городу Кливленду помочь с созданием новой команды, и, что самое главное, название команды осталось за Кливлендом. Это все равно, как если бы мне сказали: «Ты можешь уехать, куда хочешь, но твое имя — Роберт Кийосаки — должно остаться здесь. Оно принадлежит городу Финиксу, штат Аризона. Найди себе какое-нибудь новое имя. Как насчет Джо Смит?»

Однажды Майкл уже поработал на меня и Спока. Он тогда начал процесс регистрации патентов, товарных знаков и преодоления других юридических барьеров для защиты моей интеллектуальной собственности. Когда я пришел в его офис, он сказал:

— Я позвоню тебе, как только получу ответ из конторы по регистрации патентов.

— Сколько времени это может занять? — спросил я.

— Это будет зависеть от того, сколько вопросов или затруднений они отыщут в этом деле. Есть немалый шанс, что они отклонят часть нашей заявки на патент или даже всю заявку. В этом случае нам придется сесть, покорпеть, переделать ее и опять начать все сначала.

Между тем Спок снова мобилизовал свои прекрасные аналитические способности и, используя любую свободную минуту, начал испытывать нашу игру на компьютере. Он успешно «прогнал» игру через 150 тысяч разных пробных ситуаций. Улыбаясь, он вручил мне пачку листков, исписанных математическими вычислениями. Трудности, с которыми ему довелось столкнуться при работе над нашим проектом, по-видимому, доставляли ему сплошное удовольствие.

До того момента я и не предполагал, что в это дело можно внести какую-то математику, но когда дал эти же листки Майклу Лектеру, он заулыбался точно так же, как и Спок. Я же ничего не понимал и опять почувствовал себя школьником-двоечником. Двое бывших отличников с высшим образованием вертели эти листки, и это, казалось, доставляло им величайшее удовольствие, а я, который получал в свое время только «двойки» и «тройки», а бывало, и «колы», недоумевал, чему они так радуются.

Как вы уже, вероятно, поняли, теперь я строил совершенно новый Треугольник Б-И. Мы с Ким четко осознали свою миссию в качестве предпринимателей. Теперь, будучи руководителями проекта и используя как главный ориентир пять уровней Треугольника Б-И, мы сосредоточили свои усилия на создании команды.

Встреча с Шэрон

Примерно через месяц Майкл Лектер позвонил мне и сказал:

— Можете показать свою игру другим людям. Мы пока еще не получили патент, но я зарегистрировал патентную заявку, и теперь вы в случае чего можете на законных основаниях заявить о своих правах. Но в любом случае желательно заключать соглашения о конфиденциальности с теми людьми, которым вы будете показывать свою продукцию.

Как вы помните, это как раз тот момент, которого я не учел, когда придумал кошелек на липучках на бутсы для бега трусцой. Тогда уже через несколько недель я начал продавать свою новоизобретенную продукцию, не обеспечив ей никакой патентной защиты. Не прошло и трех месяцев, как конкуренты завладели моим изобретением и, в свою очередь, тоже пустили его в продажу. Эта ошибка привела к катастрофическим последствиям. И мне очень, очень долго пришлось расплачиваться за полученный тогда урок.

— Подождите, скажите мне напоследок, — попросил Майкл, — когда вы приезжали ко мне, вы, кажется, говорили, что ваша миссия заключается в том, чтобы улучшить благосостояние людей во всем мире, так?

— Да, это моя миссия, — ответил я.

— И вы планируете реализовать ее через эту игру? — По тому, как Майкл это произнес, я понял, что это было скорее утверждение, чем вопрос.

— Да, — сказал я.

— Обучать людей управлять их деньгами, основам бухгалтерского дела и главным принципам вложения капитала — всему этому можно научиться, играя в эту игру? — опять это звучало, скорее, как утверждение, чем как вопрос.

— Да, именно это мы и хотели сделать.

— А вы не стали бы возражать, если бы я рассказал моей жене Шэрон о вашей игре? Она дипломированный аудитор, работала в свое время на одну из крупных компаний, занимающихся аудитом, а затем участвовала в организации нескольких новых бизнесов. Но основная причина, почему я хочу рассказать ей о вашей работе, заключается в том, что она в своей жизни стремится к тому же, что и вы. Ее страсть — научить людей обращаться с деньгами. Мне кажется, что ваша игра заинтересовала бы ее. Можно, я расскажу жене о вашей игре — просто в общих чертах, не вдаваясь в подробности?

— Пожалуй, вы можете это сделать, — ответил я нерешительно. — Только обязательно скажите ей, что у меня нет никакого специального образования в области финансов.

— Так у вас нет никакого специального образования?! Вот никогда бы не подумал! — стал подшучивать надо мной Майкл. — Я обязательно скажу об этом жене.

После этого мы распрощались, и я повесил трубку.

Причина моих колебаний понятна, если вспомнить то, что я рассказал чуть раньше. Так же как и мой богатый папа, я не получил никакого формального образования ни на одном из уровней Треугольника Б-И. И все время, пока я придумывал эту игру, меня терзала мысль, как это я, человек без какого-либо специального образования в области финансов и бухгалтерского учета, набрался наглости создать игру, которая будет учить людей именно этим навыкам. Майкл просто шутил, когда поддевал меня моей необразованностью, но на деле он попал в самую больную точку.

Я вдруг почувствовал себя так, как будто нахожусь на краю полного краха, как будто меня собираются уличить в мошенничестве.

Главное испытание

В течение следующих нескольких недель мы с Ким и Споком усиленно трудились, дорабатывая первый опытный образец игры. Мы без конца играли в эту игру с нашими друзьями и знакомыми, и игра «работала» все лучше и лучше. Наверное, причина была в том, что все наши друзья — профессиональные инвесторы. После этого мы решили провести второй тур испытаний. Нужно было проверить, смогут ли играть в эту игру обыкновенные люди.

На данной стадии игра все еще была черновым эскизом, сделанным на плохой упаковочной бумаге, с пульками разного калибра в качестве игровых фишек. Надо сказать, что для этого очень подходили пули, потому что их вес удерживал в ровном положении измятый бумажный лист.

Мы заранее сняли конференц-зал в одной из гостиниц, чтобы в нем могли свободно разместиться человек двадцать, а затем начали звонить разным людям, по большей части незнакомым, приглашая их приехать к нам и поиграть в нашу игру. И вы не представляете, с какими трудностями мы столкнулись! Как только те, кому мы звонили, слышали, что это игра образовательного характера, имеющая отношение к инвестициям и бухгалтерскому учету, они тут же находили причины, чтобы отвертеться от нашего предложения.

— А для этого требуется знание математики? — спросил один человек.

Как только я сказал «да», он тут же положил трубку.

И вот, когда нам уже начало казаться, что мы останемся в этом зале в одиночестве, нам позвонил Майкл и спросил:

— Ребята, а вы не будете возражать, если я приглашу на это испытание свою жену и дочь?

— Жену? — поперхнулся я. — Дипломированного аудитора?

— Да. Мне кажется, ей это должно понравиться.

— Хорошо, — сказал я упавшим голосом. — А сколько лет вашей дочери?

— Ей 19 лет. Она как раз собирается поступать в университет. Я думаю, было бы неплохо, если бы она тоже приняла в этом участие.

— Хорошо, — опять промямлил я, а про себя подумал: «Да, хорошо, дальше некуда... Дипломированный аудитор и девица переходного возраста, да еще, наверное, и с амбициями».

Когда я сказал Ким, что Майкл пригласил на игру свою жену и дочь, она воскликнула:

— Ну и прекрасно! Как хорошо, что мы оставили два запасных места. Как раз для них!

— О Боже! — воскликнул я, качая головой и чувствуя, что это был, наверно, перст судьбы — что так много людей отказались принять участие в нашем опыте и у нас как раз осталось два свободных места.