Чтение онлайн

Доренко выступил смело, а в ответ насмешки. Не желая думать о смысле слов, сказанных неугодным человеком, не заметили и еще очень важную вещь.

Действительно, второй срок Путину обеспечен, хотя бы потому, что оппозиции нет. Ни коммунисты, ни правые, ни «Яблоко» оппозицией не являются. Это просто критики, не более того.

Настоящая оппозиция всегда направлена на захват власти. Если она законопослушна, если хочет взять власть не танками, а на выборах, она критикует так: «Это не так, и это не так! Отдайте нам власть, и мы сделаем жизнь прекрасной!» Вот этого «отдайте нам власть» не звучит ни у кого из наших «оппозиционеров», это им даже и во сне уже не снится. И значит, у Путина действительно есть минимум восемь лет.

Если о Путине высказался человек, к которому многие относятся с большим сомнением, то о патриархе высказался человек безупречной репутации. Еще одна разница: видно было, что Доренко очень хочет сказать о Путине; и видно было, что отец Александр (Борисов) не хочет говорить о патриархе. Но уйти от прямого вопроса о. Александр не смог. Он замечательно понятно объяснял, почему он против советского гимна, и в конце сказал:

Отец АЛЕКСАНДР…Я льщу себя надеждой, что это можно объяснить Владимиру Владимировичу Путину, за которого я тоже голосовал, и я не теряю уважения к нему, но, как всякий человек, он может ошибаться. Его должны убедить мы с вами, гражданское общество. Мы должны понять, что гимн Советского Союза, он всех разделяет. А музыка Глинки пусть всех объединяет.

Светлана СОРОКИНА (ведущая). Отец Александр, Российская православная церковь устами патриарха говорит, что да, хорошо, александровский гимн.

Отец АЛЕКСАНДР. Патриарх вначале совершенно ясно дал понять, что он не в восторге от этого гимна. Но он не был услышан. И он это понял. Поэтому патриарх не стал жертвовать уже сложившимися хорошими, добрыми отношениями только для того, чтобы еще раз повторить свое мнение.

СОРОКИНА. Целесообразность?

Отец АЛЕКСАНДР. Безусловно. Зачем повторять, если это ничего не даст? Для него согласие, которое установилось, гораздо важнее. В конце концов это вопрос политический, а не церковный.

Повторю: очень хорошо было видно, что священник не хочет говорить о позиции патриарха, о своем отношении к этой позиции, но и лукавить не хочет. Не может себе позволить ни того, ни другого.

Репутация о. Александра такова, что в его словах сомневаться не приходится. А раз так, тем более надо вдуматься в суть того, что он сформулировал так деликатно.

А суть такова. Патриарх изменил свое мнение. Он был против гимна, а стал за. Ради спасения Церкви? Но ее не преследуют. Наоборот, поощряют всячески. Значит, не для Церкви. Значит, ради себя.

По сути о. Александр сказал, что патриарх отказался от идеи ради выгоды. Даже если бы речь шла о общецерковной выгоде (какой?) – все равно более тяжкого приговора христианину, высшему иерарху православной церкви вынести нельзя. Иисус сказал: «Что пользы, если приобретете весь мир, а себя потеряете?» И далее – о невозможности для потерявших себя войти в Царствие Божие.

Патриарх высказался за советский гимн. А ведь это гимн не просто безбожников, но именно тех, кто физически уничтожил сотни тысяч священников, разрушил тысячи церквей. (Только в Москве в 1917 году было более тысячи церквей и часовен. К 1988-му осталось сорок пять. Только при Хрущеве, уже под этот гимн, было уничтожено двадцать пять тысяч церквей. Даже фашисты, даже татаро-монгольские орды этого не делали.)

Но участники передачи торопились, рвались сказать свое, и слово о патриархе так же, как слово о Путине, осталось не услышано. Не осознано. И за эту глухоту нам всем предстоит расплачиваться. Жестоко.

И когда придет время платить, все скажут: «Ах, какая неожиданность!»

Вступая в должность, Путин сказал:

– В России президент отвечает за всё! Не прошло и года – Путин открыл заседание своего правительства злым вопросом:

– В Приморье люди замерзают! Кто ответит за это?

Недавно и того хуже. В поезде, летящем по Сибири, президент признался:

– Ни в РАО «ЕЭС», ни в «Газпроме» – ни шиша мы не знаем, что там творится!

Хорошо, что президент так четко себя контролирует. Начав фразу, он успел в последний миг вставить устаревшего «шиша» туда, где обычно находится самое привычное.

Плохо, что ни шиша не знает отвечающий за всё президент. А ведь он прежде был премьером, а еще прежде – директором ФСБ. И значит, должен давно и точно все знать про РАО «ЕЭС» и «Газпром», ибо на них Россия держится.

Но стоит ли упрекать президента: мол, пытается переложить ответственность, не знает важнейших вещей, растерян…

Те, кто делают такие упреки, не понимают разницы между выборами и жизнью. Между захватом власти и работой.

А разница большая.

Задачи, цели, средства – абсолютно противоположны. Для захвата власти под видом выборов надо, чтобы десятки миллионов проголосовали за тебя. Одновременно сделали то, чего хочешь ты.

Для жизни надо, чтобы ты ежедневно, ежечасно делал то, чего хотят они.

Когда народу давались торжественные обещания («Президент отвечает за всё!») – это была победа. Это был финиш стремительной операции по захвату власти.

«Отвечаю за всё!», «Лягу на рельсы!» – говорится это для выборов. Эти клятвы – чистая формальность.

Но у броского лозунга – две стороны. Полезная: чтобы соблазнить людей и выиграть власть. Вредная: именно из-за броскости люди запоминают лозунг и потом годами попрекают: мол, чего ж не лег? А избранник не может сказать: отстаньте, дураки, я говорил это потому, что хотелось выиграть, хотелось преодолеть сопротивление сомневающегося народа.

Возможно, ему было очень противно, когда его вынуждали произносить клятвы. И уж тем более противны те, кто требует исполнения клятв. Ибо исполнение а) невозможно; б) не планировалось.

Думаете, приятно уговаривать? Думаете, приятно плясать перед электоратом, плясать с электоратом, превозмогая изжогу, жевать хлеб-соль, сюсюкать с младенцами…

Критика личности Путина потеряла смысл 26 марта 2000-го. В тот день его выбрали президентом. С того дня – какой есть, такой есть. Что толку разбираться, насколько умен, насколько морален, – ни уволить нельзя, ни изменить.

До выборов разбирать его по косточкам, убеждать людей не голосовать «за» имело смысл хотя бы теоретически (фактически выбор был сделан до голосования).

Теперь – разве что с досады. Президенту под пятьдесят, газетными заметками его не переделаешь. Да и ничем взрослого человека не переделаешь.

Критика поступков, может быть, еще имеет некоторый смысл. Если сказать: «Владимир Владимирович, напрасно вы взяли себе бухгалтером Глеба Глебовича, он вор, жулик», – это полезно.