Презумпция лжи
Шрифт:
Не удивительно, что в представлении испанского юноши ариане (и уж тем более варвары) никогда христианами не были. То, что у них могли быть какие-то святилища («церкви») и свои священнослужители (друид ведь тоже – священнослужитель), юноша вполне допускал и ничего удивительного в этом не видел. Язычники – они и есть варвары. Но Священное Писание! Библия! – они-то откуда? Ведь Библия может быть священной книгой только у православных христиан?
Ум юноши ещё ищет спасительных подсказок. Разве могли эти варвары быть христианами, коли они предали мечу и огню христианский мир? Но тут же он сам себе возражает: да нет, вот же Шарль де Монталамбер сказал в своём знаменитом письме Виктору Гюго «Вандализм во Франции», клеймя в нём тогдашние французские власти за уничтожение и поругание паямтников Средневековья:
Такого ведь даже готы – остроготы – не вытворяли. История сохранила нам памятный рескрипт их короля Теодориха, который своим победоносным подданным предписал строжайше блюсти все гражданские и религиозные памятники завоёванной Италии.
Но хоть христиан-то варвары в «Риме» избивали, насиловали, грабили? Тоже нет:
Одоакр (в 476 г.) подарил Италии тринадцать лет внутреннего и внешнего мира. Он осуществил реформы, благодаря которым солдаты-варвары получили землю в Италии в качестве обычных федератов….мы не знаем ни об одном случае недовольства или сопротивления римлян его действиям в этом направлении…. Одоакр оказался большим защитником свобод римского сената, нежели любой другой римский император. … Можно было бы ожидать, что положение католической церкви осложнится с приходом монарха-еретика, ведь Одоакр был христианином арианского исповедания. На самом деле жизнь церкви никогда еще не была так легка, по крайней мере во всем, что зависело от Одоакра. Можно сказать, что жизнь в Италии шла своим обычным чередом…. Общий упадок городов, вероятно, не ускорился заметным образом в годы правления Одоакра.
СОЗНАВАТЬ тотальную озлобленную предвзятость, привитую Церковью в мировоззрение православных по отношению к христианам же, но просто иного толка, тем более обидно на фоне мировоззренческой щедрости этих якобы варваров.
Вот в Вестготском королевстве на рубеже V–VI веков король Аларих II провозгласил Римский закон вестготов (т. н. «Бревиарий Алариха», Lex Romana Visigothorum), закрепивший, наравне с правами собственной арианской Церкви, права Церкви ортодоксальной (православной, как тогда именовалась официальная государственная Церковь Константинополя и всей Римской империи, включая Папский Престол). Сразу следом в Агде собрались на местный собор организовывать свои дела по новым законам 24 православных епископа Королевства, и затем, до 546 г., в готском королевстве православные иерархи провели такие соборы ещё пять раз. По признанию историков вся цель 22-летнего правления Алариха II была – управлять и римлянами-православными, и вестготами-арианами, как двумя полностью равноправными христианскими народами.
А историческая судьба этого очень современного ввиду его веротерпимости «Бревиария Алариха» и вовсе уникальна. Римский закон вестготов, составленный на латинском языке, был принят и введён в действие в вестготском королевстве предположительно в 506 г., параллельно с уже действовавшим готским сводом законов (Кодекс Евриха – Codex Euricianus; принят в 475 г.). Таким образом на территории королевства начали сосуществовать законы для готов-ариан и новый Римский закон для православных римлян, который включил в себя большую часть сборников законов нескольких недавних императоров что Западной части римской империи, что византийских, а также институции Гая Папиниана, «Сентенции» Юлия Павла (сборник императорских декретов; III век) и Кодексы Грегория и Гермогениана, «долгое время бывшие частными, неофициальными собраниями императорских конституций». Но самое главное – в него вошёл в несколько усечённом виде Кодекс Феодосия, который на тот момент и был в «Риме» действующим законодательством (вступил в силу на территории обеих частей империи в 438–439 гг).
А дальше случилось вот что:
…(от Кодекса Феодосия и Кодекса Грегориана) сохранились лишь небольшие фрагменты. Однако Кодекс Грегориана частично восстановлен на основе эпитом (5-ти первых книг Кодекса Феодосия – А.Б.), содержащихся в Бревиариях отсготского и бургундского королей конца V – начала VI вв….
Говоря простым языком, перечисленные римские законы известны нам сегодня только благодаря тому, что когда-то варвары включили их в свои юридические бревиарии и тем самым сохранили их для потомков – для нас. И ещё благодаря законотворчеству вестготов до нас дошли пять книг из «Сентенций» Юлия Павла и основная часть институций Гая Папиниана – наш главный источник римского частного права.
Часть римского правового наследия не погибла только потому, что варвары – христиане арианского толка – включили его в свои законы, приглашая тем самым римлян – христиан православного толка – жить в мире и на равных.
И КАК православные христиане откликнулись?
О простолюдинах и об их реакции аскетичный римский кафолик из знатной семьи, (живший как раз в середине 400-х гг. и как разх в тех краях), написал, обращаясь к правителям «Рима» от имени римской бедноты, вот что (курсив мой):
Но вот обстоятельство ещё более вопиющее. … Над нами тяготеют подати, определённые вашими декретами. Мы желаем не больше как того, чтобы подати были общи и для нас, и для вас. Что может быть несправедливее и недостойнее, как то, что вы освобождаете себя от податей, вы, которые других осуждаете на плату. … Где и у кого, как не у римлян, можно найти такое зло?… Ничего подобного у вандалов, ничего подобного у готов. Это зло чуждо готам до того, что даже римляне, живущие среди них, не испытывают его на себе. Единственное желание всех римлян состоит в том, чтобы не пришлось опять когда-нибудь подпасть под римские законы. Единственная и всеобщая мечта римского простолюдина относится к тому, чтобы жить с варварами. И мы ещё удивляемся, что не можем победить готов, когда сами римляне предпочитают быть с ними, нежели с нами….наши братья не только не желают перейти от готов к нам, но ещё к ним бегут и нас покидают.
Римляне бегут к варварам – ради жизни по справедливости. По-христиански…
Чем на это и на веротерпимость, как государственную политику готов, ответили православные христианские элиты (курсив мой)?
В заключение скажем несколько слов о церковной политике Юстиниана (правил с 527 по 565 г. – А.Б.). Стоя на страже церковного единства, он должен был вести борьбу с двумя главными еретическими течениями своего времени: монофизитством и арианством. Арианство было представлено двумя нациями германского корня, и оба народа были стерты, сметены с лица земли: в Африке и на некоторое время в Италии Церковь вернула себе прежнее единство….все дела о религии и о всем с нею связанном подлежали церковному суду… Особенно монашество заняло в V и VI столетиях руководящее положение в области церковной политики, и его влияние было направлено в сторону крайних мер против еретиков.
Докопался школяр и до того, что после полного избиения «варваров» (готовариан) в ходе знаменитых юстиниановских Готских войн, в 589 году на территории нынешней Испании, где остался единственный уцелевший осколок готского королевства, собрался так называемый Третий толедский собор, на котором оставшиеся в живых вестготские аристократы и епископы были принуждены отказаться от своей ереси, принять ортодоксальные символы веры и признать примат настоящей христианской Церкви над собой.
И ещё испанский монастырский школяр в процессе поиска настоящего и истинного в словах «геноцид – это варварское преступление» выяснил, что только когда «варвары» перестали на соборе в Толедо быть варварами – имперские цивилизация и православие приняли их в своё лоно – они и утвердили под диктовку цивилизованных римлян первые несколько законов, направленных против приверженцев иудаизма – то есть против евреев. Чего в своём варварском прошлом, следуя арианским принципам толкования христианства, никогда себе не позволяли. Но теперь, после обращения в православие – позволили, в первый и последний раз за всю недолгую историю своей нации, поскольку на этой печальной ноте история готских варваров, собственно, закончилась, и началась история уже православных христиан испанцев, [14] будущих самых, наверное, ярых католиков, печально знаменитых своей Инквизицией, которая, как известно, началась именно с гонений на иудеев.
14
На Третьем толедском соборе было принято решение отказаться от отдельных названий «римляне» и «готы» и использовать в дальнейшем общее hispani.
А настоящая, не выдуманная история Римской империи и её Западной части тем временем всё ещё продолжалась и длилась потом, после полного избиения варваров (готов) и вандалов ещё почти целых два столетия.
ВЕРНЁМСЯ к молодому школяру и любителю этимологии в её настоящем значении и представим себе, что на этом этапе своих изысканий он всё понял и нашёл ответ на заинтриговавший его вопрос. Ответ, который поверг его в состояние одновременно большой грусти и не меньшего смятения – такого, какое испытывает любой по натуре честный человек, столкнувшийся с сознательной целенаправленной ложью – из уст самого любимого своего человека. И согласимся, что ему, видимо, настало время взять перо, написать какую-то заключительную фразу в его толстой тетради и поставить в конце, вслед за многочисленными пометами и выписками большую жирную точку.