Презумпция лжи
Шрифт:
Такова «официальная, настойчиво раз за разом повторяемая версия».
Дальше перехожу к «немым свидетельствам», которые у всех на виду, очевидны и неоспоримы, но не принимаемы в расчёт при выстраивании официальной версии. И, как и в случае с «третьим обрушившимся небоскрёбом», предлагаю просто посмотреть «видеозаписи из Интернета» – то есть свидетельства об одном и том же, но в разных ракурсах (во всех пунктах курсив мой):
– В IX веке город Корсунь (другое название: Херсонес Таврический; сегодня его руины – это заповедник на территории города Севастополя в Крыму) был одним из главных городов т. н. «крымских готов». Готы заселили весь юг Крыма ещё в III веке, на этой территории у них была «страна Дори», она же «Крымская Готия», она же «княжество Феодоро», просуществовавшее до 1475 года (в тот год османы взяли штурмом крепость Феодоро, и крымские готы перешли под их власть). До тех же пор на протяжении примерно 1200 лет языком основного населения этой территории и в том числе города Корсунь оставался готский язык. Ареалом расселения славян этот край при готах не был (с ними вместе в Крымской Готии жили аланы и греки).
– В Крыму с середины VIII века – за сто лет до приезда Кирилла – существовала Готская епархия Византийской Церкви. Её кафедра находилась в столице Крымской Готии городе Дорос (он же Феодоро). В том же VIII-м веке Дорос захватили хазары и переименовали его в Мангуп (сейчас это место – Мангупское плато недалеко от Севастополя – является природным заповедником, но развалины города на плато сохранились). Византия отвоевала Мангуп у хазар в начале Х века. Но в момент приезда Кирилла в Корсунь Готская епархия функционировала в составе Хазарии.
– М.И. Артамонов. «История хазар»:
…персидский историк Фахр ад-Дин сообщает: «У хазар тоже есть письмо, которое происходит от русского… Они пишут слева направо, буквы не соединяются между собой. Всего букв 21….» [19]
– Там же:
Христиане в Хазарии получили единую церковную организацию, распространявшуюся на всю страну. Епископская кафедра в Доросе (в Крыму) была преобразована в митрополию, руководившую семью епархиями… Хоцирской, Астильской, Хвалской, Оногурской, Ретегской, Гуннской и Таматархской.
19
Забавно, как однотипно реагирует исторический официоз. Артамонов сразу следом осторожно страхуется: В.В. Бартольд уже указал по поводу этого сообщения, что «русское происхождение приписывается хазарскому алфавиту, вероятно, по недоразумению… Но очень правдоподобно, что русские и хазары получили алфавит из одного и того же источника – от греков.» И так каждый раз: то «описка», то «недоразумение»…
– «Повесть временных лет»:
И сказали себе словене: «Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по праву». И пошли за море к варягам, к руси. Те варяги назывались русью, как другие называются шведы, а иные норманны и англы, а ещё иные готландцы, – вот так и эти.
– «Слово о полку Игореве»:
На реке на Каяле тьма свет покрыла: по Русской земле разбрелись половцы, как пардусов выводок. Уже насела хула на хвалу; уже перемогло насилие волю; уже кинулся Див на землю. Вот готские красные девы запели на берегу синего моря, звеня русским золотом; поют они время Бусово, лелеют месть за Шарокана.
(В оригинале это звучит так: «Се бо готския красныя девы воспеша на брезе синему морю, звоня рускым златом…»)
– Князь Игорь и подавляющее большинство князей и их дружинников на Руси той поры – это сыновья-внуки-правнуки варягов, пришедших в эти земли из края, где все их потомки вплоть до нынешних говорят на языках – немецком, датском, шведском и норвежском – для которых общим праязыком является – готский. Из чего следует, что князья Киевской Руси, их дружинники и всех их родня, с одной стороны, и крымские готы, с другой, говорили если не на одном и том же языке, то на языках не просто одного корня, а очень близких.
Согласно римским и византийским историкам готы в III веке пришли на юг из точно тех же северных географических областей, из которых через шестьсот лет после них теми же путями, туда же на юг и в Западную Европу пришли варяги и викинги.
– Преамбула первого русско-византийского договора 911 года:
Мы от рода рускаго – Карлы, Инегелдъ, Фарлофъ, Веремудъ, Рулавъ, Гуды, Руалдъ, Карнъ, Фрелавъ, Рюаръ, Актеву, Труанъ, Лидуль, Фостъ, Стемиръ, иже послани от Олга, великаго князя рускаго…
– Библия была переведена на готский язык во второй половине IV века, вскоре после того, как христианство начало распространяться среди готов, расселявшихся вдоль северо-восточной границы Римской империи – то есть на территории нынешних Молдавии и юго-запада и центральной части Украины, а также на юге Крыма. Значит, в Корсуни Кирилл мог найти текст Евангелия либо вообще на родном языке «великаго князя рускаго», либо на языке, которым «рускай» князь и все его «рускаи» люди наверняка свободно владели – то есть на готском – который поэтому вполне мог в северном причерноморье по той или иной причине в быту или, наоборот, официально именоваться «русским» (об этом ещё чуть позже) и которым к тому же пользовались если не все хазарские христиане, то во всяком случае все готы – и христиане, и язычники – находившиеся тогда под хазарской рукой. Их присутствие и наличие их христианской общины в Хазарии вполне логично могут объяснять, почему Кирилл мог счесть необходимым освоить не только еврейский, но и их язык.
ИЗ приведённых «немых доказательств» логично вытекает серия взаимосвязанных вопросов:
– Было ли в то время два разных языка: славянский и русский («рускай», «русьский»)?
– Если да, то был ли этот «русский» язык:
– родственным готскому языку?
– языком «аристократии» тогдашней Руси?
– одним из языков, широко использовавшихся в Хазарии (и если да, то кем)?
– Почему историки, даже не задаваясь этими очевидными вопросами, не рассматривая хотя бы даже и с отрицательным выводом – как они обычно это делают – вполне здравую версию, к которой подталкивают некоторые исторические сведения, вместо этого сходу предпочитают писать, невзирая ни на какие, даже самые смешные и недостойные академиков натяжки, о тупиковых с точки зрения дальнейших исследований «описках» – и точка?
Ответов у меня на все эти вопросы, естественно, нет. И пока в академическом мире только что приведённую логику одной из возможных гипотез будут просто не замечать или в лучшем случае мигом и без корректных аргументов отфутболивать, как наиглупейшую, окончательных ответов и не будет; ни у кого. Поскольку все «немые» свидетельства обладают тем неприятным свойством, что для окончательности ответа на них – как и для законности объявления преступника преступником, даже если его поймали с поличным – обязательно нужен официальный приговор уполномоченной инстанции. А пока его нет, все остальные рассуждения будут, как сегодня выражаются, «конспирологией»; хоть ты «по факту» до самого донышка правды докопайся.
И вот тут-то и оказывается любой рядовой человек перед очень неприятным и трудным выбором. Потому что ведь попадать в постыдный разряд «конспирологов» никому не хочется – даже наедине с самим собой, даже в тиши своего кабинета, даже в никому постороннему никогда и никак не доступном уединении с глазу на глаз с самим собой.
Свет в конце тупика
ПЕРВАЯ инстинктивная реакция любого, кто попадает в такую ситуацию, выражается обычно в попытке найти причину, по которой очевидно немое свидетельство остаётся всё-таки именно немым. Потому что знание причины этого явления есть единственный выход из неприятного конспирологического тупика обратно в благопристойный мир здравомыслящих людей.
Пытался и я найти причину того, о чём только что рассказал. Получилось следующее.
ВО-ПЕРВЫХ, принятую на сегодняшний день в России за академическую версию истории тех лет про народы, жившие на территории нашей будущей страны, писали не сами эти народы, а иностранцы – командированные в Киев высокопоставленные лица Константинопольской патриархии и штат их сотрудников. [20]
Кроме этого, поскольку в Византии практиковалась так называемая «симфония власти» – официальное совместное отправление государственных властных полномочий императором и патриархом – высокопоставленные сотрудники Церкви, отъезжавшие служить архимандритами, епископами и митрополитами в другие страны, помимо своего основного статуса церковных служителей, фактически являлись ещё и чем-то средним между агентами имперской дипломатической службы и главами местных отделений её колониальной администрации. И вот эти-то сотрудники, присланные из Константинополя в Киев и другие русские города в длительную командировку, и писали под руководством своего митрополита первые «русские» летописи.
20
Первые двести лет после «крещения» практически все митрополиты и большинство священнослужителей Киевской Руси были командированные «экспаты», которых назначала в Константинополе патриархия из числа своих же греков, или ромеев, как они сами себя называли.