Прибить нельзя любить!
Шрифт:
– Глупышка, сегодня суббота, но нет, я не про день недели. Сегодня день, когда ты получишь вторую часть оплаты за свою работу!
– Райна, – прокашлявшись, я нахмурилась, – я же предупреждала, что мне пришлось раньше покинуть Лордию и я не справилась со своей работой. Так что о какой оплате может идти речь?
– О самой настоящей. Дело в том, что ты справилась, Лисандра, так справилась, как я не ожидала! Конечно, после того сообщения я расстроилась и думала, что Райден так и останется угрюмым холостяком, но неожиданно он объявил о своей помолвке. Вот буквально вчера объявил! Представляешь?! Газеты Лиордании опубликовали интервью с ним, после того как были оглашены имена новых членов совета палаты лордов. И вот в этом интервью на вопрос про планы на будущее мой, кхм, племянничек заявил, что он собирается в ближайшее время жениться. Ты представляешь? Якобы и невеста у него уже есть, и свадьбу его мама уже планирует, и скоро все познакомятся с его избранницей. А также он подчеркнул, что к этому решению его подтолкнула одна молодая особа. Не иначе речь о тебе, Лисандра! Спасибо тебе, дорогая, мне рекомендовали тебя как профессионала своего дела, но, признаться, я не ожидала такого результата. Как-нибудь нам нужно будет встретиться и ты расскажешь мне, как смогла убедить этого упрямца, что он создан для брака! Все, жди оплаты. Я побежала собирать чемоданы, мне срочно нужно на Лордию!
Не дожидаясь моей реакции или ответа, Райна сбросила вызов, оставляя меня оглушенную наедине со своими мыслями. Хотя что там мысли, стоило только узнать, что Райден собрался жениться, как на меня нахлынули эмоции. Огромной волной, сметая все на своем пути и заставляя меня корчиться от противоречивых мыслей и чувств, ко мне вернулась способность чувствовать. И первое, что я почувствовала, была боль. Режущая, безжалостная, она терзала сердце и нашептывала, что мужчина, тот единственный, которого я действительно полюбила, теперь будет принадлежать другой. Я раскачивалась, обхватив себя руками и стараясь успокоиться. По щекам текли слезы, сердце рыдало кровавыми слезами, а в душе поднялась буря из смешанных чувств. Я смогла, точно смогла бы успокоиться, если бы не сигнал магфона, известивший о том, что Райна перевела мне вторую часть оплаты.
– А-а-а-а-а!
С диким криком, выплескивая из себя все, что целых три месяца копилось под ледяной коркой равнодушия, я швырнула магфон в стену и вскочила на ноги. Не контролируя себя, я смела все со своего рабочего стола, а потом, не сдерживая слез, наблюдала, как документы падают на горы оборудования для работы с материалами. Смотрела на осколки колб, на свой любимый стакан для чая, придавленный тяжелой горелкой, смотрела на пятна разной жидкости на полу и плакала, наконец-то выпустив на волю все то, что было спрятано под замком запретов. Оказывается, чувства никуда не уходили, я сама отгородилась от них. Оказывается, я сама отказалась от единственного шанса быть счастливой и теперь жалела об этом. В мастерскую прибежал Тэрр и, кажется, он даже мне что-то говорил. Но впервые мне не хотелось слушать никакие претензии и тем более слова утешения. Наверное, именно поэтому, обведя мастерскую взглядом, я кивнула сама себя и попросила друга:
– Запечатай тут все, я не знаю, когда вернусь.
Не задерживаясь ни на секунду, я развернулась и покинула ателье через служебный вход, не уверенная, что еще когда-либо переступлю порог этого места. В конце концов, я очень много сил и времени, как и кредитов, вложила в это дело, теперь очередь Тэрри быть не только творцом, но и удержать наше дело на плаву. Пусть он ищет подходящее здание, занимается переездом и заключает договоры. У меня больше нет сил. Мне нужно время для самой себя!
Медленно бредя по улицам нашего городка, я не замечала, какими взглядами провожают меня прохожие. Вряд ли я выглядела хорошо во вчерашней одежде, в которой я еще и поспать успела, с мокрыми щеками, неумытая, непричесанная и с безумной улыбкой на лице. Почему безумной? Иначе тот оскал, что отражался в стеклах витрин, я назвать не могла. Если бы я могла сейчас нормально думать, наверное, свое состояние я оценила бы как крайнюю степень отчаяния, но думать я не могла. У меня было всего две задачи: улыбаться во что бы то ни стало и дойти до дома. Вот этим я и занималась, шла и улыбалась!
Благо дом мой располагался не очень далеко, и я не успела перепугать половину жителей и гостей города. Дойдя до родных ворот, я почувствовала, что на улыбку сил у меня больше нет, так что в свой двор я заходила именно такой, как себя и чувствовала: разбитой, раздавленной и крайне грустной.
Медленно плелась по дорожке, смотря только себе под ноги. Казалось, что поднять голову было сейчас невозможным, такой тяжестью на меня легла новость о скорой свадьбе Райдена. И, наверное, я так и зашла бы домой, не обращая ни на что внимания, если бы в поле моего зрения не попали мужские сапоги. Черные, начищенные и настолько чужеродные в моем дворе, что не заметить их не было возможным.
– Сандра, – тихий, неуверенный, но такой родной мужской голос заставил меня закусить губу, чтобы не закричать, – Лисандра.
– Урррртрятатата, – по сапогам Райдена мазнул пушистый полосатый хвост, Жора явно жаловался на меня, – тру-ру-ру.
– Сандра, посмотри на меня, – лорд Лаосский отчего-то говорил очень спокойным голосом, но не делал попыток встать, – пожалуйста.
Для того чтобы поднять голову, мне пришлось преодолеть в себе огромное чувство сопротивления и зажмурить глаза.
Смотреть на Райдена у меня сил не было. Я не могла найти в себе смелости посмотреть на любимого мужчину, зная, что он никогда не был и уже не будет моим. Осталось только выяснить, зачем он приехал ко мне.
– Сандра! – стоило мне поднять голову, тревога в голосе Рая стала гуще, а Жора возмущенно что-то заверещал. – Да погоди ты, не видишь, ей плохо!
Раздраженно огрызнулся лорд и, кажется, пушистую попу таки ссадили с рук.
– Лисандра, что случилось, что?
Теплые ладони легли на мои руки, провели от запястий до плеч и обратно. Меня окутал знакомый мужской аромат, голова закружилась и я начала дрожать. Крупная дрожь сотрясала тело, рыдания рвались наружу, но я продолжала молчать, стояла, зажмурившись и крепко прикусив нижнюю губу, чтобы ни один звук не вырвался на волю.
– Проклятые боги, не молчи, только не молчи, Сандра, скажи, что случилось?!
Меня обняли и притянули к груди, мужская ладонь принялась очень осторожно гладить мои спутанные после сна волосы, Райден баюкал меня в своих объятиях, видимо, дожидаясь ответа, а я, уткнувшись носом в его грудь, не могла надышаться родным запахом.
– Я так и знал, что нужно было приехать раньше! Родная моя, хорошая, прости, что не появился раньше. Прости, что не понял сразу своих чувств и отпустил тебя. Расскажи, что у тебя случилось, и мы со всем разберемся.
Райден с каждым словом прижимал меня к себе все крепче и шептал, шептал свои слова не переставая. Извинялся, хотя ему не за что было просить прощения, уговаривал с ним поговорить, хотя и не понимал, что он сам и является причиной моего такого состояния, и обнимал так крепко, но при этом бережно, как будто скучал не меньше меня.
Не знаю, сколько времени прошло, пока я смогла выдавить из себя одну-единственную фразу в ответ на очередной вопрос, что же у меня случилось.
– Ты женишься.
Сказала и затихла. Даже слез не было, просто замерла в руках любимого, впитывая в себя его тепло и надежность.
– Убью Курша! – злость, звучавшая в голосе Рая, потрясла меня до глубины души. Именно это позволило мне наконец-то посмотреть в темные глаза.
– А Тэрри-то здесь при чем?
– В каком смысле, при чем? Он обещал мне не говорить тебе о моем приезде ничего, до тех пор пока я сам с тобой не поговорю!
– Курш знал, что ты здесь?! – второе потрясение подряд. – Почему?