Чтение онлайн

«Интересно, а Змей бы смог победить этого монстра?» – шестирукий киборг сам был бы не прочь посмотреть на этот матч века, только вот сейчас расстановка ролей была несколько другая, и уже не в пользу мечтавшего.

Весь в своих мыслях, Стиго сам не заметил, как рефлексы бывалого воина заставили его тело подняться. Воспользовавшись замешательством, холидакер сразу нанес удар ногой с разворота. Получив значительный толчок от живой глыбы с массой почти что в три сотни килограммов, киборг как подкошенный упал на пол. Выставленная в последний миг рука спасла его от гибели. Упавшее тело сотрясло весь дом до основания.

«Нет, я не проломлю собой пол», – утешал себя Стиго, но у гиганта имелись на этот счет другие планы.

Сильнейший удар ногой в центр тела, туда, где соединялась синтетика с металлорганикой, заставил массу шестирукого организма проломить бетонное перекрытие.

Только вот дальше холидакер совершил досадную ошибку, сразу же прыгнув в пролом вслед за киборгом. Падая, Стиго все еще был в боеспособном состоянии и мог проявлять очень хорошую боевую активность. Тело, состоящее из верхней половины боевого мутанта-тяжеловеса и нижней части робота-демонтажника, легко смогло принять вертикальное положение, и сильные две руки, сцепленные друг с другом, смогли нанести сокрушающий удар по темно-синей голове. Две пары оставшихся рук тут же начали проверять прочную кожу холидакера на прочность, нанося по всей широкой груди серии очень быстрых ударов. Темно-синий гигант, захлебываясь черной кровью, заливающей лицо, попытался поставить блокировку ударам киборга, но, видя это, Стиго нанес со всей мощи верхний удар коленом в грудь. Раздался такой треск, будто где-то разорвали медный лист. Правда, темно-синий гигант тоже не остался в долгу: его умело выставленный локоть размозжил коленный сустав демонтажника. Почувствовав всю гамму болевых ощущений от раздробленного сустава, шестирукий боец смог лишь в последнюю секунду упредить атаку темно-синего холидакера. Только на сей раз у Стиго было уже четыре занятых руки, держащие обе руки гиганта, плюс правое колено нуждалось в срочном ремонте, а вот бой еще нужно было заканчивать. К тому же оппонент, пусть даже и здорово раненный, нанес по торсу киборга крепкий удар ногами.

– Еще пара таких атак, и я сломаюсь, – ловил себя на мысли Стиго. – А вот этого допускать ну никак нельзя.

Собрав всю силу обеих свободных рук, киборг обрушил сокрушающий удар на темно-синюю квадратную челюсть. Удар пришелся снизу-вверх, поэтому вся сила удара пришлась на нижнюю часть челюсти. Перелома на сей раз не последовало, но сотрясение темно-синяя голова получила хорошее. Не ожидая такой мощи и силы удара, гигант начал медленно оседать на пол.

– Вот и все, герой, – торжествующе пророкотал Стиго, занося над головй руки для последнего сокрушающего удара.

– Стой, – мягкий голос словно песня зазвенел в белесой голове, подчиняя своей воле огромное напичканное мышцами тело. – Он будет нашей страховкой, – диктовал условия голос. – Мне пока что не нужны жертвы.

– Ты меня уже заставил пожалеть того гада! – Стиго в отчаянии пытался заставить свое тело двигаться, но мышцы отказывались ему повиноваться, превратив весь его мощный организм в большую статую.

– Успокойся, – продолжил голос, – как только в них отпадет нужда, я отдам их тебе. Обещаю.

Небольшой переносной ящик с копошащимися и зудящими маленькими существами внутри – вот что увидел Алексей рядом с ногами Ковалевского. Но где же был Штерн? Алик узнал об этом только тогда, когда Джереми, стоявший лицом к Ковалевскому, упал на колени и схватился руками за рассеченную бровь. Это сделал Штерн ударом своего кулака. Он тут же хотел повторить этот удачный трюк с быстрым перемещением и неожиданной атакой, однако что-то заставило холодного андроида передумать.

Его водянистые глаза, лишенные зрачков, смотрели в упор на стоявшего перед ним Алексея. И первой реакцией синтетического биоробота было не нападение, а наоборот – отступление. Он ловко вскинул тяжелое плазменное оружие на изготовку и отпрыгнул на десять метров назад. Его странный взгляд буквально сканировал стоявшего перед ним инженера, облаченного в скафандр космического солдата.

Но Штерна заставила отступить не грозная амуниция вставшего на его пути человека, а его слегка изменившийся вид. Быстрый молекулярный анализ и оценивающая мысль искусственного интеллекта сразу же отметила, что перед ним стоит не совсем человек, а киберман, имеющий в своем теле четыре внутритканевых техноимплантана – по одному на каждой руке и ноге. Штерн прекрасно знал о том эффекте, который могут произвести такие игрушки с телом носителя. Но даже если бы Алику удалось со всей силы приложить кулак к голове робота, эффект был бы не столь значительный. Техноимплантант не очень сильно увеличивал мышечную силу, да и робот так же, как и Алик, был облачен в скафандр космического морского пехотинца с двойным уровнем противоударной защиты и дополнительной броней. Однако Штерна поразил внешний вид техноимплантантов – они сильно увеличились в размерах. В местах имплантации, на плечах, локтях, коленях и голени, скафандр был порван, а из прорванной ткани торчали мерцающие металлические части вживленной техники. Но только сейчас это была уже не технология людей. Вживленная технология как будто срослась с мышечной и эпителиальной тканью, образуя своего рода металлические конечности, по которым подобно крови периодически проскальзывали мерцающие голубые импульсы – чистая энергия. Наличие неполного набора вживленных модификаторов делало процесс соединения тканей неравномерным. Получившийся промежуточный продукт представлял собой человека с металлическими плечами и бицепсами и утолщенными голенями из прочного углеродного сплава. Плюс к этому, у Алика мог повыситься уровень физических возможностей, насколько сильно – Штерн проверять не рискнул.

Алик понимал причину такого внимания к своей персоне со стороны андроида. Инженер и сам точно не до конца осознавал, что с ним произошло там внизу в последние секунды. Когда он разобрался с летунами, то сразу же взял емкость с образцом, а потом морской обитатель попытался приготовить из него свой ужин. Выстрел каким-то щупом в левую руку, бомбардировка всего тела мелкими электрическими импульсами – все это человек ясно помнил, равно как и то, что когда он смог отрезать терзавший его отросток ножом, то вместо струи крови из раны вылетели высоковольтные электрические разряды. Именно они и стали причиной дальнейшего сбоя в памяти и возможной работе имплантантов. Зато после этого инцидента Алексей ощущал непрерывный прилив сил.

– Что ты делал там так долго? – нервно спросил куратор.

– Меня током шибануло, – коротко ответил Алик, хотя слегка дымившиеся волосы и неровный розоватый загар на коже говорили об электрическом воздействии сами за себя.

– И все? – настаивал Ковалевский. – Больше ты ничего не хочешь мне сказать?

– Аборигены очень радушные, – попытался отшутиться Алик, анализируя сложившуюся обстановку, – долго не хотели отпускать меня обратно.

Пять минут царило напряжение. Алик почувствовал себя снова на далекой игровой арене на стадионе Нью-Кливленда. Вот сейчас раззадоренная толпа вновь встанет со своих мест и выкрикнет его имя или имя его соперника. Но это уже была совсем не та игра, в которой молодой Алексей принимал участие из-за временных денежных недостатков. Там на кону стояла только одна жизнь – жизнь бойца на арене, а здесь многие жизни зависели от него. Такой безжалостный ликвидатор, как Штерн, мог запросто перестрелять всю команду.

Штерн тоже не хотел резко вступать в бой – его мучили сомнения относительно возможностей изменившегося человека. Андроид воспринимал только часть информации. Воздействие электричеством на искусственную ткань мало кем изучалось, да к тому же систему бомбардировали не специальные генераторы, а нечто вполне живое и обладающее собственными механизмами биоритма. А обрывки фраз инженера об атаках запросто подтверждались порезами на его амуниции. Человеку внизу явно досталось, и притом немало, а ведь этот человек сейчас вот так просто стоял, готовый к новому бою, и был полон сил, чтобы принять вызов. Штерн задумался о возможных шансах на свое выживание.

– Чего ты ждешь, – пропищал в ужасе Ковалевский, обративший своё внимание на внешний вид молодого и любопытного юнца, представлявшего теперь собой довольно опасного конкурента. Да, именно конкурента. Ковалевский не опасался за свою и так почти закончившуюся жизнь, а вот угодить работодателю и передать заветную ёмкость лично в руки заказчику – вот та цель, к которой так упорно стремился Лев Ковалевский.

Но секунды текли, никто не сделал ни шагу – робот и человек застыли напротив друг друга. Вот послышался стон – это геолог Джереми, оглушенный Штерном, начал приходить в себя и попытался встать на ноги. Из-за ряда швеллеров и труб с опаской выглядывала Лаура. Вот раздался хруст с её стороны, Алик скосил правый глаз в её сторону, и тут же его тело, повинуясь инстинкту, совершило бросок влево с такой грацией, что даже ни одна пылинка не поднялась в воздух.

И, похоже, шпионские сны про Скартари Триза помогли и на этот раз: в том месте, где секунду назад стоял Алексей, длинный титановый гарпун со свистом пропорол воздух. Алику не удалось рассмотреть форму снаряда – всё произошло слишком быстро, да это Алику и не требовалось. В глубине своего разума он знал, что выпущенное в него метательное оружие имело форму тонкого сорокасантиметрового конуса с зазубринами на тонком конце. Титановый гарпун – всплыло из недр подсознания название. Эти снаряды выпускались из специального подствольного отделения стрелковых оружий. Скорость снаряда и прочность сплава, из которого они были сделаны – всё это позволяло титановым гарпунам пробивать прочные нагрудные панцири андроидов и корпуса космических скафандров.