Приемная дочь Бабы Яги
Шрифт:
— Признаюсь, пожалуй, — кивнув головой в след своим мыслям и словам, произнесла Златослава.
— Меня тогда с собой возьми, — усмехнувшись, попросил Руслан, прохаживаясь по кухне в обнимку с заснувшей на его руках Василисой. — Уж больно мне на это посмотреть хочется.
— Посмотрим, — уклончиво отозвалась Яга, задумчиво поглядывая на спящую дочку.
Изначально Злата хотела уложить малышку спать после того как мазью ей десна помажет, чтобы во сне малютку ничто не тревожило. Раз уж сама она заснула, значит беспокоиться пока рано и лучше бы уложить ребенка в колыбель, не на руках же Змею ее таскать. А пока маленькая спит, она, Златка, с кое-какими своими делами разобраться успеет.
Решив одним махом все насущные проблемы, Ягуся направилась в спальню и поманила за собою нового родственника. Прошла к столу, выразительным жестом указала на колыбель и, дождавшись, пока парень уложит Василису и накроет ее одеялом, подозвала к себе. Надо же было прояснить, что он намеревается делать помимо охраны Ёжки с дочкой ее. Почему-то думалось Златославе, что Руслан не только в качестве защитника сюда прибыл.
— Руслан, вот скажи мне как на духу — тебя же Зареслав не только для пригляда за мной прислал, так? — спросила Баба Яга напрямик.
— Умница, Ягусь! Верно мыслишь, — похвалил девушку Змей и задорно ей подмигнул.
— Ну и зачем еще тебя послали? — не унималась Бабка Ёжка.
— Вообще, Зареслав хотел, чтобы я книги с ежкиными заклятьями и прочей волошбой глянул, — отозвался предельно серьезный и оттого кажущийся неправильным княжич Лиходольский.
— А для чего? — тут же полюбопытствовала Яга, пытливо глядя в янтарные глаза собеседника.
— А вот это, Ёжка Злата, мне запретили говорить, — хмыкнув, сообщил Руслан и поспешил успокоить зло сощурившуюся Злату. — Зареслав обещал, что сам тебе потом все расскажет. Потерпи немного!
— А ежели я не разрешу в книгах своих рыскать? Что тогда делать будешь? — хмуро уточнила Златослава.
— Зарику скажу, пусть он сам тогда со своими проблемами разбирается, — лукаво усмехнулся парень и выдал злорадно. — А я тем временем буду слоняться по Избушке без дела, и донимать тебя расспросами.
— Ой, ну тебя к лешему! — ужаснулась Яга, представив себе, как этот чересчур вертлявый Змей слоняется без дела. — В сенях лестница на чердак ведет, там почти все книги лежат. Иди и смотри, коли тебе нужно!
— До чердака я позже доберусь, — подмигнув девушке, самодовольно произнес княжич, — а пока я тут по полочкам посмотрю.
— Делай, что хочешь! — махнув на него рукой, сдалась Бабка Ёжка и устало присела за стол. — Только не шуми! Договорились?
— Я буду тих, как мышка! — клятвенно заверил Ягусю Змей и шустро скользнул к шкафу с книгами.
Бросив мимолетный взгляд на Руслан, Златослава снова обратила свой взор на собственный стол и взгляд тут же наткнулся на шкатулку, которую нашла в сундуке Милаоки в день своей свадьбы. В тот день она оставила шкатулку на краю стола, да так про нее и забыла. Сейчас же взгляд словно бы против воли так и скользил по лакированной крышке расписанной васильками. Шкатулка была достаточно вместительной и явно применялась лишь для хранения писем, а не для их пересылки.
Ёжка протянулась, чтобы взять шкатулку в руки и внимательнее ее осмотреть, как вдруг невидимый доселе запор глухо щелкнул, чуть подбросив крышку вверх. Злата резко отдернула пальцы, так и не коснувшиеся шкатулки, и едва успела подавить испуганный вскрик. Уж больно неожиданно отрылась крышка. Девушка глубоко вдохнула, пытаясь унять зашедшееся сердечко, и осторожно покосилась в сторону Руслана. Змей невозмутимо копошился в книгах и не обращал внимания на всяких там Бабок Ёжек.
Переведя дух, Ягуся снова потянулась к шкатулке и осторожно взяла ее в руки. Крышка под настойчивыми пальцами открылась легко, повиснув на крошечных петлях, и, как и ожидалось, внутри обнаружились две стопочки писем, аккуратно перевязанные плетеными из цветных нитей шнурками.
Поставив открытую шкатулку прямо перед собой, Златослава вдруг смутилась, не решаясь взять и прочитать письма. Они ведь чужие, разве можно так? С другой стороны, та, кто их получала, а Злата была уверенна, что письма эти были написаны для Милаоки, уже давным-давно на том берегу вместе с мужем и сыном, так может все же одним глазком взглянуть?
Задумчиво постукивая пальцами по столу, Яга нерешительно протянула руку и взяла первую стопку писем, решив, что прочтет только самое первое и больше трогать не будет. Пальцы словно не по ее воле развязали мудреный узел шнурка, осторожно отложили его в сторону и Ягуся, оставив себе только верхнее письмо, оставшуюся стопку убрала обратно в шкатулку. Разворачивать сложенный вчетверо лист Злата не торопилась, ведя внутреннюю борьбу с собственной совестью. Совесть потерпела бесславное поражение и уступила место безграничному любопытству. Баба Яга развернула и расправила письмо, полюбовалась витиеватым подчерком и принялась не спеша читать.
«Здрава буде, дорогая моя Мила! Писала ты мне в своем последнем письме о том, что шибко озабочена разладом между сыновьями, — читала Златослава, с первых строк догадавшаяся, что писала это письмо тоже женщина. — Что тебе могу сказать? А вот оно что — ты давай тревогу тут не множь! Мальчишки они завсегда ссориться, горазды, тем более, что один уже во всю воинскую науку постигает, да колдовству учиться начал, а второй еще при мамке с папкой сидит. Меньшой твой, наверное, позавидовал да брякнул брату чего-то нехорошего, за то ему в ответ и прилетело. Я конечно Мира не оправдываю, тоже не прав, что драться начал, только и Зарик озорник еще тот, мог брата словом сильно задеть. В общем не переживай ты так, Милка, образуется все, мальчишки твои помирятся и снова все будет спокойно!
Спрашивала ты еще, помнится, как мы с Матвеюшкой поживаем. Отвечаю, все у нас ладно да спокойно. Малышка наша должна седмиц через пять свет увидеть, что девочка будет, я и не сомневаюсь. Когда это у Яги по-другому было? Хотя, ежели на тебя смотреть, то все поверья, что у Ёжки первой дочь родиться должна, чушь сплошная! Умудрилась же ты двух молодцев почти подряд на свет произвести. Пора бы и тебе о дочке задуматься, ведь надо же кому-то знания да Избушку передать. Так что давай там с Веней постарайся, чтобы моей маленькой Ягусе подружка была!
Вроде все, подруга! Пиши, не забывай!
Твоя подруга, Ёжка Аленка».
Дочитав до конца, Злата поняла, что широко улыбается. Ох, видать и задорная же эта Ёжка Аленка была! А может даже и сейчас есть, кто ж ведает. Повезло Милаоке с такой подругой.
Тут Ягуся грустно вздохнула, а улыбка сама по себе сползла с лица. У Златки тоже когда-то были подруги, дочки боярынь при матушке состоящих, да только их очень рано замуж родители повыдавали. Разъехались подружки с мужьями своими в разные концы Белояжского царства, своим домом зажили, деток родили. Попервах они своей царевне письма тоже писали, да только потихоньку послания эти все короче становились, все реже посылались, а потом и вовсе сошли на «нет», будто и не было никогда у Златославы подруг. Умом девушка понимала, что для дружбы общие интересы нужны. А какие могут быть общие интересы у незамужней царевны и мужних жен? Никаких. Понимать это, Яга понимала, да только сердце все равно екало от обиды.
Чтобы отвлечься от тягостных воспоминаний, Бабка Ёжка бездумно потянулась к следующему письму, развернула и… завернула обратно. Вот сама же себе пообещала, что других писем не тронет, а ручонки так и тянутся. Баба Яга фыркнула едва слышно, злясь на саму себя, и вернула письмо в стопочку, а сверху еще и прочитанное положила. Она уже было собралась закрыть шкатулку, но так этого и не сделала, крепко задумавшись.
Подперев ладошкой щеку, Златослава свои домысли на тему личности мужниной, в голове, как по полочкам разложить решила. Не давала ей покоя мысль, что учитель Святозар и княжич Зареслав один и тот же мужчина. Начать хотя бы с имени. Руслан брата Зариком кличет, а в письме прочитанном, Яга Алена сына Милаоки тоже Зариком называла. К тому же Реня говорил, что мужа Милаоки Венцеславом звали, а княжич Лиходольский Зареслав Венцеславович. Может оно конечно и совпадение, но уж больно подозрительное. И вообще не понятно тогда, почему, если уж учитель и есть внук Змея Горыныча, чужим именем называется. С чего это он Святозаром Добролюбовым стал? Как-то не по-божески имя отцом да матерью данное так легко сменить!