Чтение онлайн

— Оригинально, — Макс почесал заросший подбородок. — Так получается, что Гвоздь мог приложить шляпку к смерти парня? В виде акции устрашения?

— Так, да не так, — покачал головой Николай. — Они за городское имущество сцепились. Меньшова душат, напирая на его бандитское прошлое, ему любой скандал сейчас — звездец планам. А Матросов никто, и его смерть ни на что не влияет. Ланскому сотоварищи плевать на парня. Но ты вспомни, с каким упорством нас наталкивали на мысль, что Меньшов в этом замаран.

— Господа олигархи решили нашими руками раздуть небольшой скандальчик? — хмыкнул Макс.

— Так точно. Кто бы ни грохнул парня, но явно не Меньшов. Тот бы натравил своих волчат на фигуру посерьёзнее, если уж решил бы действовать старыми методами.

— И его начальник айтишников, которого некто вызвал на место преступления… — задумчиво проговорил майор. — А, что, очень даже может быть. Но это ни на шаг не приближает нас к убийце.

— Зато отсекает лишнюю версию, — добавил Николай. — И дает нам, хоть и весьма специфического, но союзника. Как говорится, враг моего врага…

— Обошелся бы я без таких друзей, — проворчал Макс.

— За неимением лучшего, — пожал плечами капитан.

— А, по-моему, надо искать ведьмака. Зря мы на него забили. Вот если его прижать аккуратненько…

— Его прижмёшь, ага, — ухмыльнулся Николай, но напоминать другу, что творила с людьми одна такая ведьмачка, благоразумно не стал. — Впрочем, одно другому не мешает. И его поищем.

Макс не ответил. И по отстраненному выражению лица капитан понял, что мысли друга и без подсказок съехали на ту самую ведьмачку. Только сейчас Николай заметил, как изменился майор за последние несколько месяцев. Он будто постарел на десяток лет за этот короткий срок: под глазами залегли темные тени, щёки запали, в волосах появилось гораздо больше седины. «Чёртова ведьма, — в тысячный раз подумал капитан. — Но я бы дорого дал за то, чтобы она вернулась. Если бы ещё с того света возвращались…»

Начало августа. Понедельник

В следующий раз капитан встретился с другом на пороге конторы утром понедельника. Причём, майор уходил.

— Привет, ещё рабочий день не начался, а ты уже удираешь?

— А я уже часа три, как работаю. Привет, — отозвался Макс, притормозив под козырьком у большой уличной пепельницы. — Иди, покурим, и я тебе новость дня, а точнее ночи, сообщу.

— Ну, и что у нас плохого? — скривился капитан, тон друга не оставлял сомнений в пакостном характере упомянутой новости.

— Тело, — отрывисто объяснил Макс, отворачиваясь от ветра и прикуривая. — Узкоглазое тело, как я и предсказывал. Три ножевых. Все три — смертельные. С субботы на воскресенье нашли, а сегодня дела официально объединили, и народ радостно скинул головняк. Паразиты, не могли сразу… Я только что оттуда. Понятно, что уже и след простыл всех и вся. А сейчас позвонили — свидетель нарисовался, собачник.

— Расслабился псих, — кивнул капитан. — Раньше он свидетелей себе не позволял.

— Да я пока не разобрался, что там за свидетель. Может, вообще лажа.

— Бери машину, — Николай достал ключи. — Я сегодня никуда не собирался, у меня дежурство.

— А вот за это мой нижайший поклон, — обрадовался майор. — Узкоглазая покойница на такой окраине Богу душу отдала, что туда не то, что метро не построили, маршрутки, и те раз в час ходят. Удачного дежурства.

Макс затушил сигарету и быстро пошёл к парковке.

«Таки серия, — проворчал Николай, глядя ему вслед. — Чёрт бы побрал всех маньяков на свете!»

Неожиданно заполучив машину и избежав необходимости трястись полтора часа в общественном транспорте, майор Ребров решил было, что день складывается удачно. И в очередной раз ошибся. Нет, обещанный местными коллегами свидетель оказался дома, и даже был не прочь поговорить, но настроение у оперативника испортилось, едва распахнулась обшарпанная дверь квартиры. На пороге стояла полная тётка и щурилась на гостя сквозь большие бифокальные очки.

— Это Вы, что ли, из полиции? Проходите. Участковый говорил, что Вы захотите со мной поговорить, — моментально развеяла она слабую надежду оперативника, что свидетелем окажется дочка или, на худой конец, сестра хозяйки.

«Много такая увидит среди ночи», — мрачно подумал майор, проходя на кухню.

— Расскажите, что Вы видели в ночь с субботы на воскресенье, — начал он, записав все данные женщины.

— Покойницу не видела, — отозвалась та, убирая паспорт в жестяную коробку из-под печенья, стоявшую на подоконнике. — И слава Богу. У меня сердце слабое. И так теперь страшно с Лориком гулять выходить.

— Давайте по порядку, — попросил Макс.

— Я работаю во вторую смену. Поэтому с Лориком гуляю около двух. Он так привык. Вот и в субботу вернулась, поужинала и пошла. Сходили на площадку за домом, Лорик любит с горки кататься, а днём там мамаши всякие малолетние возмущаются…

— Одну минуту, — остановил рассказчицу Макс. Детей, или хотя бы игрушек, он в квартире не заметил. Да и с каким ребенком пойдут гулять в три часа ночи? — Кто такой Лорик? Или такая?

— Лорик — мой мальчик. Я бы Вас с удовольствием с ним познакомила, но он так переволновался, когда сюда Ваши работники зачастили, что я отвезла его к сестре, пока всё это безобразие не успокоится.

— И в котором часу Вы с Вашим сыном вышли из дома в субботу? — майор решил не вдаваться в подробности, почему хозяйка гуляет с ребёнком по ночам.

— Вот! Наконец-то, нормальное отношение, — неизвестно, чему обрадовалась свидетельница. — А то Ваши коллеги тут панику подняли: заприте его в комнате, уберите его… Тьфу! А то, что мальчик не любит сидеть взаперти, и у него от этого будет психологическая травма, их не интересует!

Развитое воображение быстро нарисовало Максу портрет великовозрастного сыночка с лицом неандертальца и агрессивными наклонностями. «Наркоман? — мельком подумал он. — Или болен чем-то генетическим, типа умственной отсталости?»

— Мы сразу пошли на детскую площадку, с горки покататься, — продолжала, между тем, хозяйка. — Днём мамаши не дают. Сразу визг поднимают: «Уберите его с горки! Не пускайте его сюда! Наденьте на него намордник!» А я им как-то сказала: «На своих детей намордник надевайте». А то их детишки так и норовят Лорика за уши подёргать! Одна, с позволения сказать, дитятя даже как-то его укусила. Я потом две недели по докторам бегала. Откуда я знаю, может, у неё бешенство было? Так что еще неизвестно, кому намордник нужен!

— Подождите, — обрёл дар речи окончательно запутавшийся майор. — Какой еще намордник? Зачем?

— Вот и я говорю, что не нужно, — подхватила хозяйка. — Лорик зря и мухи не обидит! Да Вы сами посмотрите, какая лапушка!

Она ткнула Максу под нос большую фотографию мрачного мастифа с кокетливым голубым бантиком на ошейнике.

— Ох, ты… — отшатнулся майор и, тут же спохватившись, добавил, — … какой красавец!

— Мальчик мой! — хозяйка квартиры звонко чмокнула фотографию и поставила обратно на подоконник рядом с жестянкой из-под печенья.