Чтение онлайн

— Срастить металл я и сама смогу, ювелир мне не нужен. Но там плетение сложное. Я не уверена, что сумею его сохранить при починке. Вот и ловлю периодически в воздухе, — усмехнулась орийка.

Макс поцеловал тонкие пальцы, все ещё остававшиеся в его ладонях, и тут заметил, с каким перекошенным лицом уставился на них Николай.

— Коля? — удивленно хмыкнул он. — Ты, что, привидение увидел?

— Да, так, — спохватился капитан, отводя взгляд. — Померещилось.

Удовлетворенный этим объяснением, Макс отвернулся. Он не заметил, как Николай, воспользовавшись тем, что Ида ушла на кухню за кофе, сначала постучал пальцем по запястью, а потом погрозил орийке увесистым кулаком. Та заломила левую бровь и чуть заметно пожала плечами.

— Ну, чёртова ведьма, — одними губами проговорил капитан.

Рикри ухмыльнулась уже в открытую.

— Мне очень жаль, но я вынуждена покинуть нашу милую пирушку, — сказала магичка, отставив бокал с остатками вина.

— Уже? — нахмурился майор.

— Я постараюсь освободиться как можно быстрее, — орийка поцеловала расстроенного мужчину. — Возьми у Иды мой номер. Позвони, когда опять засомневаешься, что теперь всё хорошо.

Она вышла, а через минуту из ванной донесся громкий хлопок. Рикри «покинула пирушку».

Середина августа. Пятница

Макс проснулся в полной темноте, не понимая, что его разбудило. Вокруг стояла звенящая тишина. Первая сознательная мысль ножом полоснула по сердцу: «Приснилось?!». Пискнул мобильник, сообщая о новой СМС-ке. Экран загорелся тусклым голубоватым светом, выхватив из темноты угол то ли высокой столешницы, то ли низкой полки. «Не приснилось», — он провел ладонью по внезапно вспотевшему лбу: это была явно не его квартира. Майор сел и, дотянувшись до смартфона, посветил вокруг. На расстоянии вытянутой руки болтался провод с выключателем. Секунду спустя он уже рассматривал скромную, если не казарменную обстановку. Узкий шкаф, диван с тумбочкой в изголовье, торшер, который он так удачно включил, и письменный стол с офисным креслом у плотно зашторенного окна. «Правильно, — Макс, наконец, проснулся окончательно. — Мне же вчера Леночка в комнате Агафьи постлала».

Снова пискнул смартфон: пришла еще одна СМС-ка. Майор разблокировал экран. С незнакомого номера за пять минут прилетели три сообщения.

«Вряд ли ты вчера вспомнил про будильник, поэтому я возьму за себя эту роль: Дзинь-дзинь, просыпайся, соня».

«Доброе утро! Я тебя люблю!»

«Просыпайся, тебе через сорок минут надо быть в конторе».

Макс улыбнулся. Агафья в своем репертуаре: соотношение работа-любовь — два к одному.

«Уже проснулся. Я тоже тебя люблю», — быстро написал он

«Да, что ж темень-то такая, если уже, как минимум, семь?» — подумал он, бросив мобильный обратно на тумбочку, и подошел к окну. За плотной портьерой обнаружились не менее плотные жалюзи. Махнув рукой на дневной свет, Макс выбрался в коридор. Благо, сестра ещё вчера показала ему, где ванная, и оставила там же стопку больших пушистых полотенец. А вот бриться было нечем. Быстро приняв душ, майор пообещал себе заскочить домой на протяжении дня и соскрести с подбородка ненавистную щетину. Под дверью в санузел уже приплясывал заспанный Николай.

— Ну, наконец-то, — фыркнул капитан. — Я уж думал, ты решил там утопиться.

— Кто раньше встал, того и тапки, — парировал Макс. — Тоже забыл будильник поставить?

— Разумеется. Я, вообще-то, вчера женился. Как-то не до будильников было, — усмехнулся Николай.

— Тогда пошевеливайся. Через полчаса надо быть в конторе.

— У тебя же ещё отгулы.

— Ну, уж нет. Некогда гулять, — отмахнулся майор. — Хочу поскорее закончить и взять нормальный отпуск. Повторять твои ошибки и вместо медового месяца разыскивать убийц я не намерен.

— Тоже верно, — кивнул Николай. — Ничего, я своё ещё наверстаю. Слушай, трудоголик, ты от двери свалишь, или работать мы тут будем? Прямо в коридоре?

Макс рассмеялся и пропустил друга в ванную, а сам, на ходу вытирая полотенцем влажные волосы, вернулся в комнату Агафьи.

Через проходную друзья проскочили за три минуты до начала рабочего дня. Приготовив кофе, Макс устроился за своим столом:

— Давай, вводи в курс дела. Что у нас случилось, пока я… отдыхал.

— Отдыхал он, — хмыкнул Николай, но в двух словах обрисовать сложившуюся ситуацию не поленился.

— Не фонтан, — констатировал Макс, выслушав его рассказ. — По Матросову — надо прорываться в клуб этот поганый, но что там делать, я не представляю. По маньяку — ещё хуже. Если Фыонг и приходила той ночью, то катавасия у меня дома её гарантированно спугнула. Второй раз этот номер не пройдёт, надо придумать что-то другое…

— Макс, — капитан покачал головой, всё ещё колеблясь, стоит ли говорить другу, кто такая Фыонг, или предоставить эту сомнительную честь Агафье. — Оставил бы ты вьетнамку в покое. Не она это.

— Угу, — упрямо фыркнул майор. — Я помню…

— Товарищ майор, — Николай понял, что другого выхода, кроме как рассказать другу правду, у него нет. — Тебя к вьетнамке, как магнитом, тянуло. Как ты думаешь, почему?

— Потому что она и есть чёртов психопат с ножичком, который…

— Потому что Фыонг — это Агафья, идиот! — не выдержал капитан. — И ты, со всеми этими магиями истинных и ещё чёрти чем, это чувствовал.

— Кто? — оторопел Макс, в буквальном смысле застыв с открытым ртом.

— Агафья! Конспираторша хренова. Я не знаю, что у неё с Гвоздём за дела, это ты лучше сам спроси. Но Фыонг — это её маска.

— Вот же ж… — проворчал майор, взлохматив волосы. — Ну, даёт… А ты-то откуда знаешь?

— Вчера браслет узнал. Тот, что порвался. Я сам его так, как ты, в лифте чинил, когда к Гвоздю ездил.

— Уверен?

— На все сто! — с облегчением воскликнул Николай. Реакция друга оказалась куда более мягкой, чем он ожидал.

— Вот ведь, засранка, — только и сказал Макс.

— Ну, это ты потом с ней сам разберешься, засранка она или нет, — усмехнулся капитан. — Но не маньяк — это точно.

— И кто же у нас тогда маньяк? Мои списки у тебя?

— У меня. Но чёрта с два ты там что-то найдёшь. Их слишком много…

— Надо же с чего-то начать, — буркнул Макс, всё ещё под впечатлением от неожиданных открытий. Он сам пока не понял, как реагировать на подобные новости. Агафья и Фыонг в его голове никак не хотели совмещаться в одну личность.

Но долго размышлять на эту тему ему не дали: затрещал скрипучий сигнал внутреннего телефона.