Чтение онлайн

— Так вот ты какой, северный… гуру, — пробормотала магичка и поднялась. — Ясненько. Спасибо за информацию, господа офицеры.

— Ты куда это собралась? — Нахмурился Николай. — Насколько я помню, мы договаривались о взаимности.

— Я сказала «посмотрим», — хмыкнула магичка.

— Макс, — с наигранным возмущением воскликнул капитан. — Ты понимаешь, на ком собираешься жениться? Тебе ж каждое её слово по двадцать раз уточнять и переспрашивать придётся. Начиная с «да» перед алтарём.

— Ладно, ладно, — орийка села обратно. — Но рассказывать мне особо нечего. Вы знаете гораздо больше меня. Я тоже не заходила за ворота. Впрочем, я и к воротам не приближалась. Мне хватило того, что я снаружи рассмотрела. Там орийские охранные артефакты. Слабенькие, паршивые… Но людям и такие взять негде. И ты мне объяснил, откуда они появились. Красс ведь артефактщик. И не из последних. Вот и нашелся гуру новой земной религии для богатых и знаменитых. — Она пропустила между пальцами маленький язычок пламени. — И я очень хочу с ним побеседовать, о богах в том числе.

— Какой религии? — оторопел Макс. — Ты о чём вообще?

— Клуб — секта, Макс. Банальная, хотя, может, чуть лучше, чем обычно, законспирированная секта. Только и всего.

— И ты считаешь, что Красинский её создатель? — Николай недоверчиво покачал головой.

— А кто же ещё? Или ты думаешь, что ориец захочет подчиняться местному клоуну?

— Я не знаю, кому там подчиняются орийцы, но, в свете того, что ты рассказала, у меня складывается впечатление, что ему самому эта секта поперёк горла.

— А у меня совсем другое впечатление, — хмыкнула Рикри. — Но, думаю, спорить нам ни к чему. Я узнаю ответ на этот вопрос у самого Красса, прежде, чем… — она на мгновенье запнулась и продолжила, — решить, что с ним делать. Как его теперь зовут?

— Карский. Адрес он нам сообщить не удосужился, так что извини.

— Ничего страшного, я найду того, кто послужит мне горсправкой.

— Ты хоть конечный результат не забудь сообщить, единоличница, — скривился Николай.

— Обязательно, — ухмыльнулась орийка.

Она встала и на мгновенье прильнула к Максу, который поднялся одновременно с ней.

— Почему ты всегда так быстро уходишь? — шепнул он, обнимая гибкую фигурку. — Я даже понять не успеваю, что ты действительно вернулась, как тебя уже опять нет рядом.

— Совсем немного осталось, родной, — на грани слышимости выдохнула магичка и мягким движением вывернулась из его рук.

Минуту спустя друзья остались в квартире вдвоём.

— Как ты считаешь, что она задумала? — закуривая спросил майор, закуривая.

— Чёрт её разберёт, — фыркнул Николай. — Твоя невеста и раньше-то предпочитала работать в одиночку, а теперь от неё и подавно слова лишнего не добьёшься.

— Скорей бы всё это кончилось, — проворчал в ответ Макс.

Майор не стал уточнять, что именно, он и сам этого толком не знал. Просто чувствовал, что назревают непонятные события, и они вот-вот прорвут тонкую грань нормального.

А Рикри в этот момент уже садилась на свой мотоцикл. Она заскочила на несколько минут к Иде и прихватила шлем и кожаную мотоциклетную куртку. Можно было бы обойтись и без этого, но орийка не любила привлекать к себе внимание по мелочам. Зачем рисковать, что остановит полиция, и тратить время и силы, внушая стражам порядка, что шлем на ней был, но его вот только-только сдуло ветром? Гораздо проще сразу надеть на голову эту неудобную железную кастрюлю.

Куда ехать, вопросов не вызывало. Рикри даже уже успела отругать себя за то, что не сделала этого гораздо раньше, поддавшись желанию наказать Меньшова за попытку сыграть с ней не по правилам. Авторитета-то она на место поставила, но что с того, если теперь вынуждена терять драгоценное время, занимаясь делами, которые могла бы завершить уже давно.

«Кто знает, сколько времени на любовь отпущено мне Создателями, — с раздражением думала магичка. — А теперь, вместо того, чтобы тратить его на любимого, я вынуждена по собственной глупости заниматься всякой ерундой!»

В главный офис Ланского орийка вошла едва не строевым шагом, одним взглядом осадив дёрнувшегося было охранника.

— Место, щенок, — прошипела она. — Хозяин у себя?

— Д-да, — отозвался тот, испытывая приступ непонятного ужаса. Он знал, что эта девушка с узкими китайскими глазами имеет право здесь находиться, имеет право идти, куда хочет, и любой, кто встанет у неё на пути, совершит очень большую ошибку. Несчастный охранник не представлял, откуда взялась эта уверенность, да и не мог сейчас думать об этом. Все его желания слились сейчас в одно: «Пусть она уйдёт. Куда угодно».

«Этот тип внушения действует на людей всегда одинаково», — равнодушно отметила магичка, пробежав глазами список кабинетов за стойкой. Хозяин, как она и предполагала, обосновался на верхнем этаже.

Девушка взлетела по лестнице, прошла длинным широким коридором с золочёной лепниной на стенах и остановилась у высокой дубовой двери. Вычурная табличка сообщала, что именно здесь трудится на благо компании господин директор.

Не обращая внимания на протестующий вопль секретарши, Рикри прошла через роскошную приёмную и без стука распахнула дверь в кабинет.

— Ну, кто там еще, — недовольно поднял голову от бумаг Ланской, — я же просил меня…

— Гости, господин Ланской, — холодно сказала магичка, не ожидая приглашения, усаживаясь в кресло напротив.

— Госпожа Нго, — хозяин кабинета отложил ручку и небрежно бросил влетевшей следом за орийкой секретарше. — Кофе нам сделай.

— Спасибо, я ненадолго, — отказалась Рикри, впервые вживую рассматривая врага Меньшова.

— Хорошо, — Ланской знаком отослал секретаршу. — Чем обязан? Надеюсь, это не попытка меня убить, госпожа Нго.

— Можно просто Фыонг, — качнула головой магичка. — Нет. Убивать Вас сегодня я не планировала.

Хозяин кабинета засмеялся, но под ледяным взглядом девушки смех быстро увял, сменившись непонятно откуда нахлынувшим страхом.

— В таком случае, повторю свой вопрос, — кое-как взял себя в руки мужчина. — Чем обязан?

— Слишком долго объяснять, — спокойно ответила она.

Ланской удивлённо посмотрел в узкие черные глаза, и стены вдруг качнулись, будто пол разом накренился под углом сорок пять градусов. Он судорожно схватился за столешницу, а странная вьетнамка, внушавшая непередаваемый ужас одним своим присутствием, уже поднималась на ноги.