Чтение онлайн

— Ооооооо! — Меган села на своём месте, разбрызгивая повсюду крошки чипсов, и толкнула Рейвен локтем в рёбра. — Смотри!

Рейвен хмыкнула и потёрла бок. Меган стала бы ужасным частным детективом. Её чрезмерная реакция насторожила бы любую нервную или параноидальную цель. К счастью, Келли, казалось, не обращала внимания на окружающее, и, надеюсь, так оно и останется.

— Я вижу её.

Келли шла по тропинке большими, уверенными шагами. Узкие тёмные джинсы подчёркивали её длинные ноги, а топ в стиле бюстье с глубоким вырезом подчёркивал её значительное декольте. Её каблучки застучали по тротуару и эхом разнеслись в ночи.

— Не похожа на инвалида, — пробормотала Меган. — Или учителя.

Рейвен согласилась, по крайней мере, с первым замечанием. Она пыталась блокировать все свои воспоминания о школе. Она держала монопод с маленькой видеокамерой, прикреплённой к концу, и увеличила изображение лица Келли, идеально освещенного верхним светом. Девушка нашла свой свет, но Рейвен сомневалась, что она оценит свои сияющие черты лица, когда они покажут ленту в суде.

На щеках Келли появился естественный здоровый румянец. Её наращенные ресницы выглядели густыми и недавно наклеенными, или она была экспертом в нанесении накладных ресниц. Рейвен так и не овладела этим особым умением. У неё всегда заканчивалось тем, что клей для ресниц размазывался по макияжу глаз. Приобретение накладных ресниц было очень привлекательным, пока Рейвен не увидела ценник. Такая красота обходилась недёшево.

Меган подняла бинокль и тихо присвистнула. Ни один уважающий себя частный детектив не свистел в машине. Держать в руках бинокль было достаточно плохо.

— Красивые ресницы.

— И ногти, — добавила Рейвен, наблюдая за Келли с экрана камеры.

— И волосы.

Келли Клементин не пострадала из-за денег, и при снижении дохода это само по себе подняло красный флаг. Может быть, у неё был папочка? Или успешный побочный бизнес?

Как только Рейвен запечатлела лицо Келли, она увеличила масштаб, чтобы сделать снимок с головы до ног с небольшим увеличением сверху и снизу, и последовала за Келли, когда та неторопливо подошла к своей машине и скользнула на водительское сиденье без единой заминки в её шаге.

Много лет назад мама ударилась спиной, когда она споткнулась об один из строительных блоков Майка. Она не только продемонстрировала несколько красочных выражений, но и ковыляла неделями. Она, конечно, не выставляла напоказ свои желания и не бросалась в машину, чтобы уехать в ночь.

Прежде чем Рейвен бросила камеру, она увеличила изображение и сделала снимок номерного знака. Келли вывела машину из-за угла, и машина скользнула в темноту.

— Почему бы тебе просто не воспользоваться своим телефоном? — Меган оглядела её настройки.

— Канадская судебная система всё ещё не обновилась до уровня этого столетия. Хотя разрешение почти такое же, присяжным присуще недоверие к видео и фотографиям, сделанным с помощью телефона. Хотя я категорически не согласна с этим, сбор доказательств на моём телефоне, когда и где я могла бы использовать камеру или видеокамеру, заставляет меня выглядеть менее профессионально.

— Это глупо.

— Совершенно.

— Если тебе нужно использовать видеокамеру, почему бы тебе не взять штатив? — спросила Меган.

— Монопод тоже устойчив, и я нахожу его более универсальным. Мне не нужно ни на что его подпирать.

— Ха. — Меган повернулась лицом к Рейвен, несколько крошек упали с её груди. — Время идти?

Рейвен рассмеялась.

— Никто так не говорит.

— Ну, извините, мисс Профессиональный частный детектив. Не у всех есть ваш опыт. — Меган ощетинилась. — Так говорят в кино.

— Мне жаль. У тебя всё хорошо получается.

— Я чертовски права.

Рейвен покачала головой и положила монопод на заднее сиденье. Она распахнула дверцу машины. Петли Жан-Клода протестующе застонали. Она поморщилась. Если бы у неё были деньги, она бы заменила этот кусок хлама. Он слишком выделялся и производил слишком много шума. Сливаться с толпой было ключом к хорошему наблюдению. К счастью, она редко устраивала слежки или слежки в автомобилях.

Включив виброзвонок и засунув телефон в карман джинсов, Рейвен пошла по улице и по дорожке к двери Келли. Мягкие подошвы её чёрных кроссовок шлёпали по тротуару. Джуни называла их своими кроссовками B&E.

Белая облицовка входа в цель смотрела на неё в ответ. Она постучала, не ожидая ответа. Предварительное исследование не выявило никаких значимых других людей, любящих детей, друзей или братьев и сестёр без уважения к границам. Однако, если бы кто-то ответил, у Рейвен был целый арсенал прикрытий.

Не услышав ни шагов, ни обычных криков, сопровождающих неожиданный визит, Рейвен повернулась к деревянному забору напротив двери. Она вытащила из кармана маленькую беспроводную шпионскую камеру. Примерно размером с её ноготь большого пальца, наружная скрытая технология не имела самого длительного срока службы батареи, поэтому ей нужно было разместить её так, чтобы датчики движения не срабатывали постоянно и не разряжали батарею.

Зажав защитную крышку между пальцами, она откинула пластик, чтобы обнажить клей, и прикрепила камеру низко на внутренней стороне столба, где её скроют естественные тени, а сорняки из заросшего сада не вызывали срабатывания датчиков при каждом порыве ветра.

Она засунула пластиковую плёнку в карман. Её телефон завибрировал. Рейвен застыла. Она сказала Меган написать ей, если кто-нибудь подъедет к дому. Её телефон снова завибрировал. Дерьмо. Одно дело — разговаривать с нежданным гостем в доме, и совсем другое — столкнуться с целью. Она не хотела встречаться с Келли, если только не было альтернативы. Даже с арсеналом оправданий, как только Келли увидит лицо Рейвен, шансы Рейвен проскользнуть незамеченной для будущей слежки резко снизятся.

Рейвен повернула на задний двор, который был отделён от дорожки массивными деревянными воротами. Запах кедра защекотал ей нос. Она проскользнула через вход и быстро закрыла ворота, осторожно опустив защёлку вручную, вместо того, чтобы позволить ей захлопнуться.

Рейвен вышла на задний двор с заросшей лужайкой и неухоженным садом. Она не могла быть поймана на полностью закрытом заднем дворе объекта. Отмазка «Я потеряла свою кошку» так далеко не работала.

Дальний конец двора выходил в переулок. Рейвен тихо застонала и побежала к кедровому забору, чтобы набрать немного скорости.

Она ухватилась обеими руками за верх забора и подтянулась всем телом. Она стиснула зубы и перекинула ноги. Её нога зацепилась за край. Залаяла собака. Её руки кричали. С тихим ворчанием она перемахнула через забор и приготовилась к удару.

Пластик и картон захрустели. Воздух со свистом вырвался из её лёгких. Она приземлилась на полные мешки для мусора.

Тьфу.

Как бы она ни была благодарна за то, что не приземлилась прямо на тротуар, перепрыгнув через пятифутовый забор, спелая вонь мусора, слишком долго оставленного на солнце, не была оценена по достоинству.

Калитка у дома щёлкнула. Слышала ли Келли шум? Неужели она решила провести расследование? Рейвен застыла. Теперь она не могла пошевелиться. Если бы она это сделала, Келли услышала бы, как шуршат пакеты. С тихим стоном Рейвен расслабила своё тело, прислонившись к супер набитым мешкам для мусора. У неё запульсировал рвотный рефлекс. Её голова прислонилась к небрежно завязанному отверстию, и край пакета из-под молока впился ей в щёку сквозь тонкий пакет. В нос ей ударил запах кислого молока. Что-то мокрое пропитало её штанину.