Приговорен к любви
Шрифт:
— Ты должна поговорить со мной. То, что я тебе скажу, все изменит. Молли, пойми, пожалуйста…
— Нет! — заявила она. — Джефф, оставь меня!
Молли прекрасно понимала, что если Джефф войдет, то она уже не сможет его выгнать. Она снова покосилась на подругу. Та по-прежнему молчала, но явно сочувствовала Джеффу.
Тут Джессика вдруг улыбнулась и сказала:
— Джефф, эта дверь не заперта.
Молли подбоченилась и прокричала:
— Не прикасайся к двери!
В следующее мгновение дверь открылась, и Джессика тут же поднялась со стула.
— Не смей входить сюда! — снова закричала Молли.
Джефф взглянул на Джессику и сказал:
— Спасибо тебе. Я твой должник.
— О, не стоит благодарить. Просто я вдруг вспомнила, что мне пора домой. К тому же я не хочу сидеть здесь целый день и слушать, как вы спорите. — Взяв свою сумочку, Джессика достала ключи от машины. — Удачи тебе, Джефф. — Она рассмеялась и направилась к двери. Потом вдруг обернулась и добавила: — Я позвоню тебе вечером, Молли. А все дела закончим завтра.
— Нет-нет, не уезжай! — взмолилась Молли.
— Сожалею, дети мои, но мне надо ехать. Если что-нибудь случится, звоните. Вы знаете, что я вам доверяю и всегда доверяла.
Молли хотела еще что-то сказать, но Джессика уже ускользнула.
— Ну и подруга, — прошептала Молли. Она снова повернулась к Джеффу. — Уходи, иначе я действительно позвоню шерифу.
— Не торопись звонить. — Джефф приблизился на несколько шагов. — Молли, пойми, тебе нельзя продавать Пайн-Гроув.
Она попятилась.
— Джефф, уходи. И повесь на место мое объявление, иначе…
— Я пришел просить тебя, чтобы ты изменила свои планы. Молли, ты должна…
— Ни за что! — заявила она решительно.
Джефф подошел еще ближе.
— Видишь ли, Молли… — Он сделал глубокий вдох. — Молли, я вернулся ради тебя.
— Ты что, спятил? — Она посмотрела на него с искренним удивлением.
— Да, ради тебя.
Она вдруг почувствовала головокружение, и слезы снова подступили к горлу.
— Мне надо многое тебе объяснить, — продолжал Джефф. Он усадил ее на стул и сел рядом.
Молли отрицательно покачала головой. Потом, потупившись, пробормотала:
— Я не желаю с тобой разговаривать.
Она старалась не смотреть на него. Когда же наконец-то подняла глаза, увидела, что Джефф смотрит на нее как-то очень странно.
— Ты в порядке? — спросила Молли. — Я никогда не видела тебя таким…
— Я в полном порядке. Вернее, буду в порядке, когда скажу тебе все, что хочу сказать.
Сердце Молли забилось быстрее. Джефф же заглянул ей в глаза и тихо сказал:
— Если ты сейчас не готова выслушать меня, можно немного подождать. Но ты должна обязательно выслушать…
Молли пожала плечами. Пожалуй, не случится ничего страшного, если она позволит ему сказать то, что он хочет. Зато тогда он уйдет, и она больше никогда его не увидит.
— Говори, только поторопись. У меня множество дел.
Джефф судорожно сглотнул. Ему ужасно хотелось обнять Молли и прижать к груди, но он понимал, что должен сдерживать себя.
Собравшись с духом, он заговорил:
— Я был редкостным болваном. Я старался жить так, как требовал мой отец. Вернее, так, как он требовал много лет назад.
Джефф откинулся на спинку стула и задумался. То ли он сказал? Да-да, именно то, что хотел сказать. И теперь он наконец-то был честен перед самим собой и перед Молли. Но полюбит ли она его снова?
— Молли, я не посылал бумаг о лишении тебя права собственности.
— Но твоя компания владеет банком в Грейнджере. А ты мне об этом никогда не говорил.
— Вот поэтому я и оставил службу. Я предложил Банкрофту другой план, но старика он не заинтересовал. Я ушел из компании «Банкрофт инвестментс», потому что не хочу быть таким, как мой отец. — Молли промолчала, а он продолжал: — Я пришел к выводу, что не смогу стать по-настоящему счастливым, если не вернусь сюда. Если не вернусь к тебе.
Джефф вздохнул. Он видел, что Молли плакала. Но если ему удастся осуществить то, что он задумал, то Молли никогда больше не будет в печали.
— Я всю жизнь делал то, что требовал отец. Даже после его смерти. Но теперь я наконец-то понял, что должен уйти из фирмы Банкрофта. И должен помочь нашему городу.
— Джефф, я не могу понять, почему ты сразу не рассказал мне обо всем.
Он едва заметно улыбнулся.
— Я пытался сказать, но мы с тобой все время отвлекались.
— Верно, — согласилась Молли. Она вдруг поняла, что ей очень хочется поверить Джеффу.
— Банкрофт мог бы принять мой план, но он отказался. А я всю жизнь мечтал вернуться к тебе. И теперь не хочу откладывать свое счастье ни на секунду. К тому же я очень люблю наш город, поверь мне, Молли.
Ее глаза широко раскрылись.
— Что ж, я очень рада это слышать. Неужели ты действительно вернулся навсегда?
Он утвердительно кивнул.
— Да, навсегда. Потому что я люблю тебя, люблю этот город и людей, которые здесь живут.
Она внимательно посмотрела на него и с сомнением покачала головой. Но он не упрекал Молли за то, что она так скептически настроена. Ведь этого и следовало ожидать.
— Пойми, я правда вернулся домой и останусь здесь.
Джефф снова вздохнул. Не слишком ли поздно он вернулся? Простит ли Молли его когда-нибудь?
— Ты, кажется, говорил, что хочешь помочь нашему городу? Чем же именно?
— Да, я хочу помочь. Поэтому покупаю аптеку.
— Вот теперь я вижу, что ты и впрямь сошел с ума. — Молли снова покачала головой.
— Если я и сошел с ума, то только от любви к тебе. Молли, я хочу, чтобы ты опять стала хозяйкой аптеки. Разумеется, мы поговорим о том, как улучшить дело и расширить его. Об этом договоримся с некоторыми фармацевтическими компаниями.
— Ох, я не могу думать об этом… прямо сейчас. — Молли помассировала пальцами виски.
Джефф взял ее за плечи и, пристально глядя ей в глаза, прошептал:
— Я люблю тебя, Молли. И хочу быть с тобой. Я вернулся в Грейнджер, чтобы начать новую жизнь. И наш общий дом будет уютный и прекрасный, как наша любовь.
— А что будет с другими городскими предприятиями, которые тоже отбирают за неуплату? — спросила Молли. — Ты говоришь, что любишь наш город, но иногда одной любви недостаточно.