Чтение онлайн

— Может, пацаны всё придумали, а ты шум поднимаешь, — недослушал подполковник. — Они сейчас, знаешь, какие шустрые, а в таком возрасте, сам небось помнишь, на подвиги тянет.

— Да, нет, я узнал его лодку, да и самого Лёху признал. Тут во всей округе ни у кого нет такого шлема, как у Фролова. Только он один танкистом рассекает на моторке. С армии привёз, служил в танковых войсках в Забайкалье. Пацаны говорят, что тот мужик, который сидел рядом с моторкой, был весь в наколках. Спина и грудь разрисована, как картина. Там и церковь с крестами, и длинноволосые красавицы. Таких наколок, говорят мальчишки, ни у кого они не видели.

Даже у дяди Паши, сидевшего в Гулаговских лагерях, не было такой красоты. — Ещё Одинцов сказал начальнику райотдела милиции, что Фролов — мужик серьёзный и просто так — шутки ради, развлекаться не стал бы. — Так что положение очень серьёзное — спасать его надо. И чем быстрей, тем лучше, — добавил он выговорившись. — Кстати на эту самую Бурхалу позавчера отправилась племянница Татьяны Сорокиной Наталья. Приехала она с мужем аж из самого Питера и пошла на резинке под мощным американцем. У нас никто даже не слышал, чтобы на резинку ставили такие моторы. Моща такая, скажу тебе, что прямо с места рвёт. Видать, у Татьяниной племяннице лишних денег не меряно. Могла бы и у меня моторку взять или у кого другого. Чтоб не дали что ли? Сам знаешь, деньги всем нужны.

Каждый одолжил бы за умеренную плату.

— А зачем она туда пошла? — с интересом спросил Притыка.

— Татьяна говорит, по следам своего отца решила пройти. Так сказать, отдать ему дань памяти. Он был в наших местах по делам службы в пятидесятых годах, вот тогда и присмотрел старшую дочку Марфы Тарасовой Настю. Говорят, в молодости она была первой красавицей. Младшая Татьяна и сейчас хороша, а та была ещё краше. Так вот, как Настя уехала в большой город, так больше здесь её никто не видел. За все годы ни разу не заявилась.

— А с кем она пошла на Бурхалу?

— Да, я ж тебе говорю, с мужем. Только, на мой взгляд, он не похож на её мужа. Так, скорей всего, какой-нибудь любовник, или такой же искатель приключений. Ты же сам, знаешь, как молодежь теперь живёт: сегодня с одним, завтра с другим. Ой, как бы беда там не случилась, — резко переключился председатель на главное — из-за чего звонил в райотдел милиции. — И чего им надо на этой Бурхале? Чувствую, здесь что-то не то. Давай, принимай меры.

После телефонного разговора подполковник собрал оперативников. Притыка был из молодых выдвиженцев, как здесь называли тех, кто занимал, любой значимый командный пост. Только недавно он сменил долго сидевшего в этом кресле полковника Стычука, по заслугам слывшим опытным и удачливым опером. Своим стремительным взлётом Притыка был обязан успешно проведённой операцией по задержанию перекупщиков золота. Но ни для кого не было секретом, что главную роль в его выдвижении сыграл бывший начальник, хотевший видеть на своём месте толкового оперативника, а не спущенного сверху «родственника».

Теперь, чтобы быстрее получить очередное звание, Притыке нужно было раскрыть какое-нибудь громкое дело, вызвавшее общественный резонанс. Такое дело уже возникло, но кроме неприятностей пока ничего не принесло. Известие о смерти сержанта мгновенно дошло до райкома партии, и он получил уже очередное указание. Из республиканского министерства тоже пришло безрадостное сообщение. В радиограмме говорилось, что министр взял расследование этого дела под свой личный контроль.

— Похоже, нашёлся след гастролёров, убивших сержанта Савченко и обворовавших пассажира «Ракеты», — докладывал милицейский начальник своим подчинённым. — Кстати похороны Савченко назначены на послезавтра. Ждём судмедэксперта из Якутска. Так вот, эти гастролёры захватили в заложники жителя нашего посёлка Алексея Козлова, и пошли вверх по Алдану на Бурхалу. Понимаете, преступники выскочили из кольца оцепления. Мы ждали их на трассе, а они нас перехитрили. Товарищи, это серьёзная недоработка. Лодочную станцию надо было взять под контроль. Лейтенант Власов, это касается вас. Почему не отправили туда людей?

Лейтенант путано пытался объяснить причину, но подполковник не выдержал.

— Не будем терять время, разбор полётов проведём потом, а сейчас я ставлю новую задачу: задержать преступников, захвативших человека с моторной лодкой.

Это надо сделать, как можно быстрей, чтобы не получить новых проблем. О личности преступников пока ничего неизвестно, мы также не знаем, зачем они пожаловали в наши края. Я связался с аэропортом, все вертолёты на полётах, ни одного борта нет и в Магане. Поэтому действовать будем своими собственными силами. Старшина Кычкин и сержант Мерлич вы пойдёте за преступниками на катере. Учтите, они вооружены. У одного из них есть оружие, поэтому при задержании надо действовать предельно осторожно.

Весь день Алексей вёл моторку. Вначале шли верх по Алдану, потом вошли в устье Бурхалы. Будто, шутя, Щипач сел за руль. Попробовав на разных оборотах, неожиданно заглушил мотор и тут же быстро запустил. Лодка рванула с места и понеслась, поднимая волны. Ничего не говоря, он отдал руль Алексею, а сам пересел на прежнее место. Из немого жеста тот понял, что Щипач проверил, сможет ли сам управлять его моторной лодкой.

«При первом же удобном случае они со мной разделаются».

Ближе к вечеру остановились на песчаной косе. Щипач вытащил рюкзак с продуктами, Косой кинул на песок свою куртку. Алексей мгновенно оценил ситуацию. От лодки до леса было метров сто, такое расстояние быстро не преодолеешь, уйти незаметно тоже было нельзя. А до устья реки Некучан, куда стремился Щипач и Косой, оставалось немного.

«Тянуть больше некуда, пришло время дать бандитам отпор».

Перед тем, как спрыгнуть с лодки, Алексей вытащил заряженное ружьё и направил на Щипача.

— Оружие на землю! Одно движение и я стреляю без предупреждения.

Ничего не подозревавший Щипач даже побледнел от страха. Это был прокол, в котором можно было винить только себя. Скрипя сердцем, он расстался со своим стволом. Алексей поднял обрез и задом попятился к лодке. Когда оттолкнулся от берега и запустил мотор, считая себя в полной безопасности, краем глаза увидел пистолет в руке Косого. Только сейчас до него дошло, почему тот носился со своей курткой, как с писаной торбой. Ничего изменить уже было нельзя. Косой выстрелил.

Пуля попала в грудь, вторая — в плечо. Сознания Алексей не потерял и даже не сразу понял, что произошло то, чего боялся больше всего. В ответ он разрядил ружье. Косой запрыгал на одной ноге и завизжал от боли. Тяжёлая дробь, предназначенная для утиной охоты, задела бедро. Истекая кровью, Лёха погнал моторку назад, вниз по течению.

Для Щипача и Косого это был удар ниже пояса, какого никто из них не ожидал. Такого не могло присниться даже в самом кошмарном сне: одни в дикой тайге, без лодки, продуктов и одежды. Надежды на то, что где-то можно разжиться едой и снаряжением не было. Слабым утешением оставалось только то, что на обратном пути можно будет сплавиться на каком-нибудь плоту, который они сделают из валявшихся по берегу лесин. Но ни топора, ни каких-либо других подручных средств у них не было. По-хорошему, им следовало рассчитывать только на удачу, какая их пока не покидала.

Корчась от боли, Косой выл, как раненый зверь. На штанине алело пятно и нагоняло какой-то дикий страх. Разорвав свою футболку, Щипач забинтовал рану.

— Да что ты орешь, как недорезанный! Перестань, говорю тебе, — не выдержав, прикрикнул он на напарника. — Кость не задета, всё на месте. Тебя зацепило чуть-чуть, да и то вскользь, а ты воешь… Ну попало пару дробинок, так что ж умирать из-за такого пустяка. Радуйся, что отделался лёгким испугом, могло быть и хуже

— Чему радоваться, тому, что меня покалечили? — простонал Косой.