Чтение онлайн

М е л л е р (отобрав инструменты наконец и захлопнув портфель). Пошли!.. (Светловым.) Нет, в разведку его брать нельзя!..

Х а н к о в. Это вам не алкаш жэковский, какой-нибудь дядя Федя, с его примитивной таксой — «трюльником» за халтурную замену одной проевшейся прокладки на другую аналогичную… Дипломированный инженер!..

М е л л е р. Иди, иди, демагог…

Х а н к о в. А в чем дело? У человека должна быть не профессия вообще, а ремесло, которое его кормит! Как у врача, если толковый, у тренера, таксиста, скорняка…

М е л л е р. Рыбака!

Х а н к о в. И рыбака! А что?

М е л л е р (подталкивая Ханкова к дверям). Да иди же наконец вон!.. (Светловым.) Спасибо, ребятки!..

Х а н к о в. Не проклинайте!.. (Олегу.) Жена у тебя!

О л е г. Проваливайте. До завтра!..

М е л л е р и Х а н к о в уходят.

Скоро в столовках страны каждый день будет рыбный.

Л и д и я. Так Серега и правда в рыболовецкий колхоз собирается?

О л е г (кивнув). Авантюрист!..

Л и д и я. Обними меня.

Олег обнимает Лидию, и они медленно танцуют, словно не слыша быстрого ритма музыки.

(Остановившись вдруг.) Пора и нам.

О л е г. Куда?

Л и д и я (беря плащ). Отсюда.

О л е г. Почему?

Л и д и я. Пора. (Медленно обходит комнату, прикасаясь пальцами к одному предмету, к другому… третьему…) Эти фиговинки — из Японии?

О л е г. С острова Бали.

Л и д и я. Отец твой и в Индонезии был?

О л е г. Он везде был, а где не был — обязательно будет. Ты чего оделась?

Л и д и я (обходя комнату). А это и правда с Аляски?

О л е г. Чего оделась, говорю?

Л и д и я. Прощай, домик-пряник!.. Прощай, сюда я больше не вернусь…

О л е г. Раздевайся.

Л и д и я. Электричество везде не забыть… Это к отцу сегодня ездил?

О л е г (помедлив). Да.

Л и д и я. Поговорили?

О л е г (еще помедлив). Разошлись.

Л и д и я. От кооператива ключи ему оставил?

О л е г. И это…

Л и д и я (взяв ключ с камина). Отвези и от дачи. (Улыбаясь.) Не в свои сани сесть — тоже, получается, радости мало? Не признает семья — и все! Как вот меня…

О л е г. Забудь!

Л и д и я. Скажи… Мне уйти? Исчезнуть? Как тебе лучше?

О л е г. Ушла бы?

Л и д и я. Лучше будет тебе? Скажи?

О л е г. Ушла… (Обнимает Лидию.) Ты уникально красива. Икона.

Л и д и я. Скажешь…

О л е г. Видел такие лица на севере Вологодчины, под Архангельском. В сельских церквушках. На иконостасах. Русь в чистом виде… С прабабок твоих писалось.

Л и д и я. Простили бы они мне, думаешь, что сына с родным отцом развожу?

О л е г. Я решал и решил, я сам, ты при чем?

Л и д и я. Тем более — пора! (Протягивает Олегу его плащ.) Газ не забыть…

О л е г (взяв плащ). Переживем… А?

Л и д и я. Переживем.

О л е г. Не война! А?

Л и д и я. Не война… (Вдруг.) А что ты можешь про это знать?

О л е г. А ты?

Л и д и я. Это у вас здесь война кончилась в сорок пятом. А у нас еще и в пятидесятые по военным условиям жили… Такая еще была, от земли не видать, а — не забыть… Смеешься все, допрашиваешь, что хлеба много употребляю? Когда холодильник полный? Смеешься — фигуру не берегу… А я и сейчас еще, когда у людей, в гостях, — на икру, на рыбу и прочее и не смотрю — сяду за стол и первым делом черного хлеба смотрю — хватит ли мне? И накладываю себе, накладываю, кусков десять! Я до сих пор черного хлеба наесться не могу.

О л е г (не сразу). Все будет. У тебя. Все. (Обходя комнату, как только что ее обошла, прощаясь, Лидия.) Это дерево нравится? Привезем с Бали сами!.. Это стекло? Эта чеканка? Добудем! Привезем на память!.. Эта графика? Захватим из Исландии, когда насмотримся на глетчеры и гейзеры!.. И такие же стены себе отстроим!.. (Тихо.) А то ты тоже покинешь меня… как этот твой земляк-архитектор… И я умру.

Л и д и я. О чем ты, о чем, рыбка моя золотая?

О л е г. И в скорняки или в таксисты ради этого не пойдем, и паять-латать щитки и сортирные бачки по квартирам не отправимся… Придумаем… Чего-нибудь придумаем… Для чего-то ведь получал я свой красный диплом?!

Свет слабеет, музыка звучит уже в темноте… Вновь появляется свет — уже от тусклой электрической лампочки в проволочной сетке.

О л е г С в е т л о в застыл на койке, перед ним зарешеченное окно тюремной камеры. Ночь. Звучит, затихая, где-то вдали «Танцующая королева»…

Ш е л а г у р о в и К о с т р о в; в глубине — П а ш к о в. Управление внутренних дел.

К о с т р о в (протягивая тонкую синюю папку-брошюру). Вот.

Ш е л а г у р о в (листая). Расчеты… Приборы… Спецификации… Справочный материал для строителей, как я понимаю… Обычный справочник?

К о с т р о в. Не совсем. (Указывая на обложку.) Штамп. (Поясняя.) В штампе указывается организация, выпустившая материал. Наименование нашей фирмы неприметно, но существенно изменено, — вот, вставлено «спецпром», — а отпечатано на нашей множительной технике. (Вынимает из портфеля еще несколько аналогичных синих папок.) Частнопредпринимательская деятельность? Бизнес?

Ш е л а г у р о в (не ответив). Вы кто будете?

К о с т р о в (протянув визитную карточку). Костров Кирилл Романович. Замдиректора по общим вопросам. (Улыбаясь.) Завхоз.

Ш е л а г у р о в. Как установили?

К о с т р о в. Перерасход спецбумаги выявил. Проанализировал. (Складывая папки стопкой.) Обнаружил в помещении оргтехники. Кто заказывал — получать этот блок почему-то не явился… А распечатывали многократно: перерасход бумаги!