Чтение онлайн

Прежде всего, я хочу заявить, что присутствие Британской армии является несомненным благом для Капской колонии. Кроме обязательной защиты, армия также создает дополнительный покупательский спрос. За все полученное, каждый британский военнослужащий, как правило, платит щедрой рукой. Лавочники везде очень довольны, наличие такой армии покупателей, и возможность кормить столь кредитоспособных воинов является воистину подарком судьбы. Несокрушимая вера, которую британская нация питает к своей армии, позволяет нам стойко смотреть в будущее. Многочисленные английские туристы, приезжающие в Южную Африку, прекрасно чувствую себя под нашей защитой. Приграничные чернокожие племена всегда могут рассчитывать на нашу надежную помощь. Опасности никакой нет, британская армия надежно стоит на страже наших интересов.

Довольно! — губернатор не выдержал и прервал полковника, одновременно, выплескивая накопившуюся злость, он зашвырнул с веранды хрустальный бокал, из которого пытался выпить вина, вниз в сад. — Я не это у Вас спрашивал.

За полковника вступился присутствующий тут же помощник губернатора сэр Фредерик Буллок:

Полковник сделал все, что мог, силы были выделены с учетом наших возможностей. Если бы не подлое нападение на наших отдыхающих солдат на нашей территории, то противник был бы, несомненно, наказан. Новых сил, мы сейчас, не сможем выделить для продолжения операции, придется или ждать окончание нашей компании в Эфиопии, или же тревожить просьбами метрополию. Нам здесь больше сил собрать негде, а еще двести солдат, как мы увидели, нашу проблему не решат. Да и что случилось? Ну, потеряли мы безвозвратно полсотни солдат, остальные скоро встанут в строй, так они могли и от неблагоприятного климата и болезней у нас выбыть. Лучше сделать вид, что ничего не произошло и пока воздействовать на ситуацию другими методами.

Но как же наш престиж? Все увидят что мы не так сильны, как всем говорим, это приведет к перестройке баланса сил в регионе — забеспокоился сэр Гарри — И кроме того, что же нам все-таки предпринять, какие такие методы. Может нам наложить эмбарго на поставки оружия бурам?

Напомню, что беспрепятственная закупка оружия, есть одно из главных условий заключенного с бурскими республиками соглашения. Кроме того, мы забываете, что расходы колонии превышают ее доходы, и торговля с бурами позволяет нам сводить концы с концами. То, что они торгуют через наши порты, сильно помогает колонии. Мы всеми силами стараемся держать буров в глубине страны, вдали от моря. А запрети мы им торговлю оружием, так это подтолкнет буров к желанию заполучить свой порт. Буры Трансвааля уже давно претендуют на португальское Мапуту, и только наша поддержка, позволяет португальцам держаться там. Но в случае введения эмбарго, бурам будет наплевать на наш авторитет, а лишних войск у нас нет. В крайнем случае, сами португальцы будут им продавать все необходимое. Так мы можем потерять бурский транзит, а мы должны помнить, что через год или два, когда будет введен в строй Суэцкий канал, тогда мы потеряем и европейский. С каких доходов, будет тогда существовать колония, с сельскохозяйственных? — пустился в длинные объяснения помощник губернатора.

Все равно, давайте запретим продажу оружия в западные округа Оранжевого государства, чтобы "Уменьшить кровопролитие" — предложил губернатор, уже явно успокаиваясь.

За стеной вдруг послышался какой-то шум, в соседней комнате напольные часы, после непродолжительных конвульсий, гулко пробили четыре часа.

Мы не сможем контролировать грузы, как только они пересекут наши границы, это все бесполезно — скептически заметил мистер Буллок, наблюдая как внизу, под балконом, чернокожие слуги нашли место падения бокала, и теперь убирают разбитые осколки стекла.

Ничего, все тайное, когда-нибудь становится явным, а у меня появится лишний рычаг воздействия на нужных людей- заметил сэр Гарри, поглаживая свои седые ухоженные усы. — К тому же, похоже, насчет алмазов Вы были правы, с севера привозят уже достаточно камней, что бы это было правда. Вот Вам и дополнительный источник дохода, и его нужно будет брать под контроль, так что я напишу в министерство по делам колоний Ее Величества, и обрисую им сложившуюся ситуацию, пусть они пришлют, нам еще батальон солдат. Надеюсь, доходов от южноафриканских алмазов, вполне хватит на то, что бы мы могли себе позволить содержать еще 400 человек на военной службе. Что там по нашему поляку?

Я переговорил с его Кейптаунским поверенным мистером Томсоном, и тот высказал полное намерение сотрудничать с властями. Как он сообщил мне, Квасьневскому поступают большие суммы из европейских банков, на которые он обустраивает свое поместье, значительные партии грузов и он широко нанимает людей, в основном по временным контрактам, чернокожих и азиатов. Вполне возможно, что он также нашел на своих землях алмазы и добывает их втихомолку. Но алмазы относительно редки, не может же он добывать двумя тремя сотнями человек больше чем пять тысяч старателей, так что, вероятно, это не основной его источник дохода. Похоже, что основные деньги поступают ему из Европы, из неизвестного источника. Пока что, нам предъявить поляку особенно нечего, его негры и азиаты нам не мешают, а насчет европейцев, мистер Томсон не совсем уверен, остаются ли они работать у Квасьневского, или же он просто помогает им добраться на место, когда они переселяются к бурам. Но мистер Томсон порекомендует Квасьневскому сотрудничать с нами, в противном случае его интересы в Капской колонии могут существенно пострадать, и таможня будет задерживать его грузы, и наши суды могут вдруг заинтересоваться его ролью в событиях на севере. В общем, мы будем склонять и его к сотрудничеству — доложил помощник губернатора.

Хорошо, продолжайте. Я тоже приму свои меры, а Вам полковник Кроули, я рекомендую привести войска в состояние боевой готовности, как бы и наши голландские колонисты, подогретые северными событиями, снова не затеяли беспорядки- завершил совещание губернатор и пригласил собравшихся отведать какие яства сегодня приготовил для гостей его умелый повар.

ГЛАВА 16.

Стивен Уотборн, немного опоздал к началу алмазной лихорадки, первая и вторая волна старателей ушла без него. Пока он добирался из Англии, где в тщетных попытках устроить свою жизнь проводил все время в тяжелой работе, пока там он увидел окончательное крушение всех своих надежд, и ему остался только призрачный шанс теперь начать все заново в колонии, все кто хотел, уже уехали. О Алмазных полях он впервые услышал, ступив из шлюпки на берег залива Кейптаун-Бей, над которым возвышалась прямоугольная громада Столовой горы. "На Алмазных полях нашли драгоценные камни, огромные, как булыжники! Они там под ногами валяются, все сапоги об них протрешь!" От этих слов по его коже побежали мурашки и встали дыбом волосы на затылке. В свете мгновенной вспышки интуитивного прозрения Стивен понял, что именно туда и приведет его судьба. Множество лет, тщетно потраченные в старой доброй Англии, в отчаянных попытках свести концы с концами, стали лишь преддверием этого момента. Дорога к его благополучию начинается именно в Алмазных полях реки Оранжевой.

Вместе еще с двумя десятками таких же, как он, опоздавших, Стивен в складчину нанял всего один фургон, в котором не хватало тягловых волов, но через сорок восемь часов эта повозка уже тащилась по пыльным дорогам в сторону Капских гор.

Все его пожитки легко уместились в фургоне: не так уж много нажил за свои тридцать с лишним лет жизни. Многие годы погони за красивой мечтой истощили все его запасы. Группа попутчиков, также спешившие на Алмазные поля тащилась пешком рядом с ним, несколько женщин и детей периодически сменяя друг друга, что бы размять свои ноги, ехали в фургоне. Каждую ночь будущие старатели ставили навесы посреди вельда, под безоблачным ночным небом, на котором далекие звезды ослепительно сверкали, словно алмазы, наверняка ожидавшие их всех в конце пути. Будущие богачи наперебой рассказывали друг другу, что скоро наполнят свои карманы и кепки алмазами — большими, сверкающими алмазами, — и тогда они, наконец, вернуться домой в добрую старую Англию, где будут вести свободную и беззаботную жизнь, о которой все они так давно и бесплодно мечтали. Так дни шли за днями, неспешно катясь со скоростью фургона, и превращались в недели — недели путешествия по залитой солнцем равнине, изборожденной высохшими руслами ручьев и усеянной темно-зелеными колючими деревцами, на ветвях которых висели громадные гнезда каких то птиц. Наконец, они добрались до места, но там все уже было занято. Весь берег реки и даже пыльная равнина на юге была поделена старателями. Там их уже собралось почти семь тысяч душ — черных, коричневых и белых. К пяти тысячам белых прибавилось более двух тысяч темнокожих помощников. Взгляд замечал кругом неряшливую редкую россыпь грязных, потрепанных непогодой парусиновых палаток. Дым от горевших костров пачкал высокую синеву неба мерзкой грязью, и на много километров вокруг старатели почти под корень свели заросли верблюжьей колючки, пустив их на топливо. Деревья у реки тоже были все уже давно пущены на дрова. Когда фургон их высадил, Стивен долго не мог понять, что делать, куда идти и где же получить свое сказочное богатство. Наконец, его приметил како-то замызганный оборванец

Новенький? — заметил он — здесь уже делать нечего, все участки вокруг поделены. — Но, мы собираем людей, решили пройти по берегу реки, чуть дальше на восток. Там, правда, опасно, буры периодически постреливают, что бы отогнать нас подальше. Если не повезет, то могут и убить. Но если нас соберется человек пятьдесят, то боятся практически нечего. А алмазов там, дальше на восток, видимо-невидимо. Так что уедем, все обратно домой, богачами. А иначе, не возвращаться же нам обратно, с пустыми карманами, тут все очень дорого, долго не прожить, никаких денег не хватит.

В последнем Стивен мог и сам убедиться, цены вокруг были рассчитаны на алмазных миллионеров, хорошо хоть вода в реке пока бесплатная. Поскитавшись по берегу несколько часов, он уснул с наступлением сумерек на голой земле, завернувшись в одеяло, а утром поплелся туда, где как сказал встреченный ему бродяга, формировали отряд, желающих пройти по берегу реки на восток.

К вечеру следующего дня, вместе со Стивеном, набралось полсотни желающих, и их предводитель, разорившийся фермер из Капа, сразу повел их на восток, пока еще кое у кого имелись запасы еды. Все были вооружены, так как еще в колонии Стивену сказали, что места тут опасные и без оружия идти на север лучше и не пытаться. Два дня они продвигались вдоль реки, места становились все более безлюдные. Нет, редкие фермы буров стояли вдоль берега Оранжевой на равных промежутках друг от друга, но вот старателей вокруг явно поубавилось. На третий день они выбрались на пустой берег, здесь желающих искать алмазы, пока не было. Поделив берег на равные участки, старатели начали промывать речную грязь в поисках драгоценных камней. Лагерь они обустроили все вместе, беспечно рубя деревья и кустарники для своих костров. Кому принадлежала эта земля, есть ли у нее хозяин, разрешает ли он искать алмазы на своей земле, все это Стивена абсолютно не интересовало, впрочем, как и других. Люди здесь были все больше битые жизнью, об этом сразу говорили их кожа, иссохшая под солнцем, глаза, покрасневшие и распухшие от горя, грязные пряди преждевременно поседевших спутанных волос, которых давно не касались ножницы парикмахера, озлобленное выражение лиц. Два дня они провели в напряжении, держа оружия под рукой и выставляя одного человека дежурить в дозоре, как днем, так и ночью. Но ничего не произошло, оружие мешало работать, и дозор стал казаться просто потерей рабочего времени и вскоре, с полного согласия старателей, его отменили. Продукты уже заканчивались, рыбы в реке на всех не хватало, а охотиться было некогда. Алмазы же упорно не давались в руки новоприбывшим. За три дня упорно просеивая речную грязь люди, нашли лишь три мелких осколка. Бывалые люди сказали Стивену, что скупщик здесь даст за каждый не больше 5 шиллингов (1/4 фунта). Нужно было, что-то решать и вот утром их предводитель бывший фермер, сказал, что уходить смысла нет, но нужно будет завтра послать отряд на ближайшую ферму, что бы они отбили несколько голов скота, и пригнали их в лагерь. Купить коров за деньги ни у кого уже не было возможности. После завтрака будущие миллионеры вновь разошлись добывать себе богатство, Стивен поспешил также приступить к работе на своем новом участке у реки. Вдруг раздался выстрел, Стивен увидел, что его сосед упал вниз и остался лежать на отмели. Кровь его окрасила серую воду вокруг в темно-красный цвет. Сразу же зазвучали еще выстрелы, Стивен заметил, что старатели, один за другим, падают замертво. Нападающих нигде не было видно, и Стивен быстро принял решение. Он разбежался и нырнул в серые мутные воды реки, отдавшись ее течению, которое стало сносить его вниз. Он слышал еще выстрелы, но, похоже, что его оставили в покое, и он начал помогать течению руками и ногами, торопясь быстрее убраться из опасного места. Похоже, что богатство упорно избегало Стивена, как будто за что-то они обиделось на него, но, по крайней мере, он сегодня сохранил свою жизнь.

ГЛАВА 17.

Мой отряд со снайперами во главе ушел на запад и принялся вычищать территории от британцев. Старатели понятие не имели о военной службе и не знали, как бороться со снайперским огнем. Каждый был сам за себя, и даже если среди них и были хорошие стрелки, то смерть они принимали не в результате проигранной снайперской дуэли, а среди хозяйственных забот, в основном с промывочным тазом в руках (или же собирая дрова для костра, или же готовкой обеда). За пару недель на западе было убито почти две сотни англичан. Тем самым мы компенсировали тонкий ручеек пополнения, который тек к ним с юга. Еще сотни британцев три в панике снялась со своих мест и убралась подальше от нас. Теперь между нами и старателями лежали на 200 км свободные от англичан земли, так мы без значительных усилий стали вытеснять их с бурских территорий. Мои партизаны подрывники (я их называл отряд имени Сидора Ковпака) ушли на юго-запад, перерезать для британцев пути снабжения "рвать эшелоны". Эшелонов пока здесь нет, но фургоны с быками стоят дорого (по себе прекрасно знаю), не все хотят возить грузы за пределами колонии, а сейчас, скоро и вовсе, владельцы фургонов устроят старателям натуральный бойкот. А без подвоза припасов британцы там долго не придержутся, если мясо они еще могут отбирать у буров, то порох они сами производить не будут. А покупать все задорого, они не могут, не столько они там и зарабатывают, что бы еще и приплачивать за риск. Если у меня, в кимберлитовой воронке, нужно просеять два кубометра земли, что бы добыть 0,2 грамма алмазов, то там у них, нужно просеять двадцать кубометров земли, чтобы добыть этот же карат, а цена на алмазы сейчас упала, и если я в продаю камни в Европе, то старатели сбывают их алмазным дельцам на месте, и получат они за карат примерно десять шиллингов. А за десять шиллингов неделю хорошо прожить может только чернокожий (даже за пять), а белый рассчитывает на большее, цены на все вокруг на алмазных полях превышают аналогичные в колониях уже раз в пять. Что там можно получить за десять шиллингов — пару кусков мыла (а я слышал, там цены приблизительно такие)? Ладно, без мыла можно как-то обойтись, но бутылка виски (а спиртное нужно, что бы обеззараживать воду) стоит 12 шиллингов. Ну, хорошо, на 6 шиллингов ты купишь какого-нибудь дешевого самогона, а есть ты, что будешь за оставшиеся деньги? А скоро даже эти цены поднимутся еще больше, когда караваны будут взлетать в воздух, из за моих ребят. Но даже если старатели решат экономить и жить, себе отказывая во всем, то все равно за неделю, ты при всем желании 20 кубометров не просеешь, максимум, если будешь себе жилы рвать то кубометров 12. Так что не получится у старателей оправдать свои расходы, экономика не позволит. Конечно, алмазы распределены неравномерно, кому-то повезет, кто-то выйдет в ноль, но большинство людей разорятся. Они скоро поймут, что их труд себя не оправдывает, но сколько будет питать их надежда: месяц, два, три. Три месяца тяжелой работы и плохого питания в жарком климате Африки сделают из любого здорового человека очень больного. А я слышал, что там старатели живут скученно, питаются плохо, дезинфекцией пренебрегают, оттого многие болеют и многие умирают. Среди них свирепствует лихорадка. На кладбищах могилы выкапывают заранее — за свои услуги могильщики требуют почти фунт (вот уж кому алмазы искать не нужно) и вырытые ими могилы не долго пустуют. Так что без прихода новых и новых людей старатели на западе обречены. За этот год к ним прибудет еще 2000 человек, а мы уже сейчас опять перебили из них 200. В общем, дела у них неважные. Другое дело если они организуются, создадут что-то типа республики Алмазных полей, выберут себе толкового руководителя, он создаст настоящее войско, оно придет к нам и всех нас уничтожит, но это пока еще маловероятно, не затем эти люди сюда пришли, что бы в солдаты наниматься. А у меня все наоборот, работы меньше — алмазов больше. Мои люди прекрасно питаются, сырую воду они не пьют, спиртное и хинин в качестве лекарств регулярно принимают. Камни свои продаю в Европе, перевозка обходится не так дорого, скоро, надеюсь, и сам начну помаленьку их обрабатывать. Выучатся мои индусы и будут в Амстердаме потихоньку мои камни гранить. Правда, рентабельность огранки невысока, около 15 % прибыли, но и это деньги при хороших оборотах. А обороты у меня прекрасные. Так что мешают мне сейчас только британские колониальные власти. Пока я особо ничего с ними сделать не могу, разве с помощью своих зулусов их позлить. А вот дальше и британцы могут солдат подогнать из метрополии, и операция в Эфиопии закончится и войска освободятся, но и у меня еще люди приедут, а может быть и казаки некрасовцы подтянутся. Так что еще неизвестно кто кого. Плохо, что британцы могут мне палки в колеса для моих грузов вставлять, пока все что мне нужно ввожу через их порты, здесь нужна конкуренция. Но и так меры принимаю Ван Рейн из Амстердама, должен мне динамит прислать в ящиках прикрытых мылом, а излишек патронов в жестяных коробках внутри бочонков с оливковым маслом на имя Ричардсона. Но в целом это не дело. Хорошо бы, чтобы буры заняли какой-нибудь порт на побережье, может португальский Мапуту в Мозамбике. Но пока это мечты. Президент Бранд, политик в истинном смысле этого слова, всегда склонен искать компромиссы. Помню, я читал, что он даже во время первой англо-бурской войны, а это год у нас будет, так где-то 1881, будет и англичанам помогать и бурам Трансвааля, на словах дружить со всеми, так что решительных действий от него ждать не стоит. Стать что ли самому президентом? Не стоит, у меня и самого дел много, а президент, фигура во много церемониальная, много времени уходит на разную мишуру, пускать обывателям пыль в глаза. Так что, наверное, буду искать себе подходящую кандидатуру, нужна какая-нибудь марионетка, которая будет выполнять мои приказы.