Чтение онлайн

– Я это давно заметил, только, как это связано с входом?

– Ступенька и есть вход. Вставай.

Мун встал на ступень, Лэй за ним. Вдруг из ступеньки сбоку выдвинулась небольшая палка с запиской:

«Батут не надут. Подождите, пожалуйста!».

Мун не постеснялся посмотреть на Лэй. Но почему-то с недавнего времени это было всё сложнее и сложнее! А девочка просто вздохнула и уселась на ступеньку. Мун сел рядом, и когда случайно коснулся Лэй, резко убрал ногу. Мальчик осознал, что начинает стесняться девушки… Испытывать какие-то непонятные чувства, можно сказать, глупые! Обдумать происходящее ему не дали обстоятельства. Ступенька вдруг разъехалась, и ребята провалились. Летели метров пять, прежде чем упали на мягкий батут. Видимо, он был надут как раз для них.

Приземление получилось мягким. Лэй, правда, пару раз перекувырнулась, но в целом всё прошло удачно. Батут тут же начал сдуваться, и скоро ребята оказались на полу у ног огромного охранника. Он явно был не рад ни гостям, ни самому трактиру, ни себе, ни чему. Это пренебрежение в шаге до злости застыло у него на лице, и, видимо, находилось там давно, поскольку отображалось уже в морщинах, придававших лицу тот самый недружелюбный вид.

– Добрый вечер, – пробасил охранник. – Добро пожаловать в трактир «Волчий голод».

Мун решил, что с подобным субъектом должен общаться мужчина, т. е. он.

– Спасибо, – сказал Мун, как можно непринужденнее. К сожалению и величайшему позору, робость в голос все-таки просочилась. – Не подскажете, где можно сделать заказ?

Охранник посмотрел на Муна с таким гневом, будто тот обругал его… да что там обругал: нанёс укол в самое больное место! Лэй пнула незаметно Муна, и мальчик понял, что зря решился говорить.

– Я здесь не для… – начал басить охранник, Лэй начала энергично кивать.

– Извините моего друга, он первый раз. Мы сами найдем.

Лэй схватила Муна за руку и потащила прочь от охранника вглубь трактира. «Волчий голод» представлял собой огромный лабиринт, или множество закутков, которые были образованы из не поддающихся никакому молотку горных стен. В комнатах-закутках было по нескольку огромных деревянных столов, где могло поместиться человек двадцать. Незнакомые люди, от тесноты порой прижимавшиеся друг к другу, никакого дискомфорта не испытывали. Видимо, в «Волчьем голоде» это было в порядке вещей.

Помимо этого в каждой комнате стояло по уличному фонарю. Временами он давал разный свет. Делалось это, должно быть, таким же путём, как и на Ярмарке: в горючую жидкость внутрь плафона добавлялся порошок, который изменял цвет горения. Так посетителям, по замыслу владельцев, было веселее.

Впрочем, и без разноцветных фонарей жизнь в трактире кипела ключом. И в комнатах, где сидели незнакомые люди, и там, где огромные компании что-то праздновали с песнями и плясками. Мун не ожидал такой активности и без Лэй тут же растерялся бы. Девочка, к счастью, тащила его без остановки куда-то в дальний угол «лабиринта».

Барная стойка располагалась в самом большом помещении трактира. Она была квадратной и располагалась в центре помещения. Посетители могли выбрать любую из сторон. Внутри неё сновали бармены, подававшие напитки с невиданной скоростью. Помимо прочего, внутри квадрата умещалось помещение с большим количеством дверей. Внутрь постоянно забегали официанты и выходили уже с напитками и яствами.

Лэй постепенно дотащила Муна в такой закуток, о котором вряд ли знали даже многие постоянные клиенты. Зайти туда можно было, лишь протиснувшись сквозь расщелину в горе. В комнатке стоял крошечный стол, четыре стула, торчали четыре свечи.

– Моя любимая комната. Располагайся, – сказала она Муну.

На столе красовалась покрашенная в золото табличка:

«Место зарезервировано»

В самом её низу стояла разухабистая подпись.

– Вряд ли нам сюда можно, – робко произнёс Мун.

– Оно для нас и зарезервировано. Я обо всём уже договорилась. Помнишь разговор с Регистратором? Жельером?

Мун кивнул. Ему было, конечно, страшновато сидеть в этом месте, похожем на тюремную камеру, где если с тобой что-то случится, то никто не заметит. И, кстати, голод никуда не пропал. Потерпев минут пять, мальчик все же обратился к спутнице:

– Может, я закажу еды?

– Отличная мысль. Место зарезервировала, а сделать заказ забыла… Возьми наши деньги и перехвати официанта у барной стойки.

Когда Мун вернулся в комнату, там стало еще хуже. Лэй потушила три свечи, горела только одна, возле которой девушка и сидела.

– Я сделал заказ, сейчас принесут… Зачем ты потушила свечи?

– Скоро поймешь, – объяснила Лэй, чем-то сильно взволнованная. Сейчас ей было не до ответов.

Принесли заказ. Чайничек абарийского чая, две порции томатного супа с гренками и макароны с пятью сырами. Мун тут же приступил к поеданию. Только в середине трапезы он заметил, что голодная Лэй почему-то не ест.

– Да что с тобой, Лэй? Что случилось? – вылетело из уст мальчика.

– Я боюсь, Мун. – попросту ответила Лэй.

Такая очередная резкая перемена в Лэй обескуражила Муна.

– Чего ты боишься? – мягко спросил мальчик.

– Кого, а не чего. Я боюсь того человека, на которого помимо нас зарезервировано это место. Офицера Ги-доллана.

Мун вздрогнул.

– Почему? Я ничего не понимаю…

– Я думаю, ты понимаешь, что мой отец ищет меня. Он ищет меня и готов выложить немало, чтобы меня поймали и привели к нему в булочную. Я узнала, что он ищет человека, который мог бы меня найти. И через своих знакомых навела его на самого опытного убийцу. То есть, по сути, сделала заказ на саму себя. Ги-доллан славится на весь ярморочный подпольный мир, он нам очень нужен. Путем не сложных действий, я вывела его на нас. Прямо сюда. В эту комнатку.

Муна взяла оторопь. Он машинально взглянул на вход в комнатку.

– У нас есть немного времени. Доедай, – сказала Лэй, заметив движение Муна.

– Зачем?! Зачем ты всё это сделала?!

– У самого опытного наемника должно быть самое лучшее оружие. Логично? Ну вот. А нам нужно для похода в Лес хорошее оружие. И кроме как у серьезного убийцы мы его нигде не достанем. Прости, что опять втянула тебя.

– Ты хочешь украсть у опасного преступника оружие?!

– Да. В моем плане, кстати, и для тебя есть роль. Ты – опять мой любимый. Сядь ко мне поближе.

Вдруг в комнатку вбежал официант.

– Леди Лэй, он уже идет!

– Так рано? Не может быть! Мы не готовы!

– Моё дело предупредить. Я буду возле, как договаривались!

И официант исчез из прохода. Лэй сильно заволновалась; Мун, не оправившись от прошлых её слов, не понимал, что происходит.

– Обними меня!.. – прошептала Лэй. Мун не успел это сделать, так как Лэй сидела за другим концом стола, а в комнате тут же после её слов появился джентльмен, одетый с иголочки. От него прямо-таки исходил успех – и от белоснежной улыбки, и от каждой серебряной пуговицы пиджака, и ото всех запонок. Единственное, что выдавало в джентльмене наигранную бодрость, так это старость. Ги-доллану было явно за шестьдесят.